Царство селевкидов. Величайшее наследие Александра Македонского - Эдвин Бивен

Важно заметить, как указывает Страк, что эти титулы не подразумевали какой-либо должности, хотя их, конечно, постоянно давали тем, кто занимал высокие посты в правительстве, в армии или при дворе. Их ближайшей аналогией в нашем мире являются почетные ордена европейских дворов.

Точно так же, как «друзья» вцелом отличались багряной одеждой, судя по всему, имелась и ступенчатая шкала роскоши для различных слоев. Мы слышим о золотой броши, которую было в обычае дарить «родичам» царя^[1916],– такой знак отличия делает еще более близкой аналогию с нашими орденами.

Допуск в класс друзей зависел исключительно от желания царя. Положение аристократа не было чем-то, чем он обладал сам по себе или мог бы передать своим наследникам^[1917],– оно отражало личные отношения с государем и прекращалось, когда корона переходила к другому^[1918]. Таким образом, не нужно было никаких особых достоинств, кроме умения угодить монарху, чтобы попасть в число друзей. Любой из толпы паразитов, кого привлекал к царскому двору шанс получить богатство или почести, мог получить такой ранг, и не имело значения, родился ли он в пределах царства или за границей, был ли он греком или варваром^[1919].

Из крупных государственных должностей самой высокой обладал человек, которого называли ὁ ἐπὶ τῶν πραγμάτων^[1920]. Его положение соответствует должности великого визиря в исламских королевствах. Когда царь был несовершеннолетним, именно он стоял во главе правительства и сочетал с должностью премьер-министра должность регента или опекуна (ἐπίτροπος)^[1921]. Возможно, в большинстве случаев (если не во всех) он обладал рангом «родича»^[1922].

Имелся также ἐπιστολογράφος, «госсекретарь». Дионисий, который занимал этот пост при АнтиохеIV, смог выставить тысячу рабов в процессии в Дафне: каждый нес серебряное блюдо ценою тысяча или более драхм^[1923]. Битис, эпистолограф Антиоха Грипа, воздвиг статую этого царя на острове Делос, на постаменте статуи он указывает свой титул как «родич»^[1924].

Еще одной из главных должностей был министр финансов (ὁ ἐπὶ τῶν προσόδων): этот пост Антиох Эпифан даровал своему фавориту Гераклиду^[1925].

О придворных должностях мы узнаем из надписи с Делоса^[1926], которая была воздвигнута в честь евнуха Кратера. Он сочетал должности главного врача (ἀρχίατρος) и «начальника спальни царицы» (ἐπὶ τοῦ κοιτῶνος τῆς βασιλίσσης); его ранг – один из первых друзей. Два человека, которые были связаны с домом Селевка в качестве придворных врачей, оставили свой след в истории греческой медицины: Эрасистрат, врач СелевкаI, и Аполлофан из Селевкии, которого мы видели при дворе АнтиохаIII^[1927].