Всеобщая история религий мира - Вольдемар Карамазов

Среди этих «центров», несомненно, особенным признанием пользовалась с самого начала церковь Римская, церковь апостолов Петра и Павла, церковь столицы империи. Но очень скоро возникли и некие трения: свой авторитет римские епископы обеспечивают уже формальными «правами», традицию «председательства в любви» толкуют все более и более юридически. Но каждый раз такого рода претензии наталкиваются на согласную отповедь всей церкви – одинаково на западе и на востоке империи^[43].

До XI в. существовала единая Христианская Вселенская церковь. Что же привело к ее расколу? Первой политической предпосылкой раскола был раздел в 395 г. Римской империи на Восточную и Западную. Это обстоятельство предопределило претензии каждой из сторон на единоличное руководство церковью.

По-разному сложилась судьба Западной и Восточной империй. Западная Римская империя вскоре была завоевана германскими племенами. На территории западных римских провинций со временем образовались самостоятельные феодальные государства. В Восточной Римской империи (позднее получившей название Византия) надолго сохранилась сильная императорская власть. Развитие восточных и западных областей некогда единого государства пошло различными путями.

За разобщением государственным и экономическим последовало и церковное. Официально церковь оставалась единой, до конца связи не обрывались, но со временем Восток и Запад не только политически, но и церковно замыкаются каждый в своем горизонте. В период иконоборческого движения Византией были разорваны последние связи, соединявшие ее с папством Западной империи. Создаются два мира, две традиции, две церковных психологии, уже мало знающие друг о друге, и если формально единство церкви все еще сохранялось, в жизни его уже не было.

Папа римский Пий V

Папам в это смутное и бурное время «темных веков» было не до Востока, Византия же, погруженная в свои трудности, перестает думать о Западе. Восточная церковь привыкала совсем обходиться без Рима, замыкаясь окончательно в своей «имперскости». Все, что находилось за пределами Восточной империи, определялось в Византии термином «варвары», и отношение к этим варварам было неопределенным.

Мария, Иосиф и младенец Иисус. Витраж

Не только по-разному шел процесс феодализации в образовавшихся частях бывшей Римской империи, но и отражался он по-разному на западном и восточном христианстве. В западных областях становление феодальных отношений совершалось более стремительными темпами, здесь осталось сильным влияние римского права, прежде всего той его части, которая касалась хозяйственных отношений. В симбиозе с договорными законами германцев эта правовая система стала основой развития феодальных отношений вассалитета, что было отражено и в церковном праве^[44]. Учитывая быстро меняющуюся обстановку, Западная церковь соответственно вносила поправки в свое вероучение и обряды, в толкование постановлений Вселенских соборов и христианских догматов.

Феодализация восточных частей бывшей Римской империи шла значительно медленнее. Застойность общественной жизни обусловила и консерватизм церковной жизни православия. Так, под влиянием вполне конкретных исторических обстоятельств сформировались две характерные, сохранившиеся до настоящего времени особенности восточного и западного христианства. У Западной церкви – это гибкость, быстрая приспособляемость, у Восточной – консерватизм, тяготение к традиции, к обычаям, овеянным и освященным стариной.

Как ни парадоксально, обе ветви христианства в дальнейшем успешно использовали эти свои особенности. Западное христианство оказалось удобной формой религии для стран, в которых социальная обстановка менялась сравнительно быстро. Восточное христианство более подходило для стран с застойным характером общественной жизни. Особенности Западной церкви формировались в условиях феодальной политической раздробленности. Христианская церковь оказалась как бы духовным стержнем раздробленного на ряд самостоятельных государств западного мира.

Иисус поддерживает Петра на воде

В этой обстановке западное духовенство сумело создать собственную международную церковную организацию с единым центром в Риме, с единым главой – римским епископом. Возвышению римского епископа способствовал целый ряд факторов. Одним из них стал перенос столицы империи из Рима в Константинополь. На первых порах это ослабило авторитет римского иерарха, впоследствии получившего титул папы, но вскоре в Риме оценили и выгоду, которую можно было извлечь из новой обстановки. Западная церковь избавилась от повседневной опеки со стороны императорской власти. Очень выгодным для западного духовенства оказалось и выполнение некоторых государственных функций, например сбор налогов римским иерархом.

Иисус Христос выходит из пещеры, в которой был погребен

Постепенно Западная церковь приобрела все большее экономическое и политическое влияние. И по мере роста ее влияния рос и авторитет ее главы. К моменту разделения империи на Западе действовал только один крупный религиозный центр, а на Востоке их было четыре. Во времена Никейского собора было три патриарха – епископы Рима, Александрии и Антиохии. Вскоре звания патриархов добились также епископы Константинополя и Иерусалима.

Восточные патриархи нередко враждовали между собой, боролись за первенство, каждый стремился упрочить свое влияние. На Западе у римского епископа не было таких мощных конкурентов. В условиях феодальной раздробленности Запада христианская церковь долгое время пользовалась относительной самостоятельностью. Играя роль духовного центра феодального мира, она даже боролась за первенство своей власти над светской властью и подчас добивалась серьезных успехов. Ни о чем подобном и мечтать не могла Восточная церковь. Она тоже временами пыталась померяться силой со светской властью, но всегда безуспешно.

Сильная императорская власть, гораздо дольше сохранявшаяся в Византии, с самого начала определила восточному христианству второстепенную роль более или менее послушного слуги. Церковь постоянно находилась в зависимости от светских государей. Император Константин и его преемники, укрепляя свою власть, превратили христианскую церковь в государственный институт. Константинопольский патриарх, по существу, был министром по религиозным делам.