Шелковый путь. Дорога тканей, рабов, идей и религий - Питер Франкопан

Ключ к разгадке получения такого богатства лежал в переходе Ост-Индской компании от простых операций по торговле товарами между разными континентами к обретению настоящей власти. Сдвиг в сторону наркоторговли и рэкета прошел гладко. На плантациях Индии в огромных количествах рос опиум, который обеспечивал покупку шелка, фарфора и прежде всего китайского чая. Импорт чая резко возрос. Официальные цифры говорят о том, что объем импорта увеличился с 142 000 фунтов чая в 1711 году до 15 миллионов фунтов годом позже. Причем эти цифры не включают контрабандные поставки. Рост тяги к предметам роскоши на Западе фактически отражал растущую зависимость от наркотиков в Китае^[1164].

Другая сомнительная деятельность приносила не меньшие доходы. Хотя местным правителям в Индии в XVIII веке была обещана защита на постоянной основе и в больших масштабах, решающий момент наступил в 1757 году, когда экспедиция под предводительством Робейрта Клайва была послана в Калькутту, чтобы разрешить конфликт после нападения на город наваба Бенгалии. Клайву вскоре предложили крупную сумму денег за поддержку одной из сторон, которая желала обрести власть. Практически сразу он получил контроль над диваном, собирающим налоги по всему региону, и смог сколотить состояние для себя самого благодаря доходам в густонаселенной и экономически оживленной части Азии, где находилось текстильное производство, на которое приходилось больше половины британского импорта с Востока. Буквально мгновенно он стал одним из богатейших людей в мире^[1165].

Комитет Палаты общин, который был создан в 1773 году, чтобы наблюдать за последствиями бенгальских завоеваний, обнаружил, что из бенгальцев были выкачаны огромные суммы денег. Больше 2 миллионов, что сейчас составляет примерно 10 миллиардов, были розданы в качестве «подарков». Почти все эти деньги осели в карманах сотрудников местного отделения Британской Ост-Индской компании^[1166]. Возмущение усугублялось ужасным, шокирующим положением в самой Бенгалии. К 1770 году цена на зерно взлетела настолько, что это привело к катастрофическим результатам, особенно когда наступил голод. Число погибших исчислялось миллионами, генерал-губернатор сообщал о том, что вымерла примерно треть всего населения. Европейцы думали только о собственном обогащении, в то время как местное население погибало от голода^[1167].

Этой ситуации вполне можно было избежать. Большое количество людей были обречены на страдания в угоду личной выгоде. На критику Клайв отвечал как глава банка, у которого есть проблемы, что его основной приоритет – защита интересов акционеров, а не местного населения, и он не заслуживает критики за проделанную им работу^[1168]. Ситуация становилась все хуже. Уменьшение рабочей силы в Бенгалии привело к разрушению местного производства. В связи с сокращением доходов резко возросли расходы. Началась паника. Было похоже, что золотой гусь снес свое последнее яйцо. Это спровоцировало падение акций Британской Ост-Индской компании и подтолкнуло компанию к грани банкротства^[1169]. Так как правление компании отнюдь не состояло из суперлюдей и гениев администрирования, способных заработать миллионы, ее деятельность поставила финансовую систему на колени.

* * *

После серии напряженных дискуссий правление в Лондоне пришло к выводу, что Британская Ост-Индская компания была слишком крупной для того, чтобы распустить ее, и приняло решение поддерживать компанию на плаву. Однако для ее финансирования требовались деньги. Мысли обратились к колониям в Северной Америке, где налоги были гораздо ниже, чем в самой Британии. Когда в 1773 году правительство лорда Норта приняло Закон о чае, это казалось элегантным решением проблемы финансирования Британской Ост-Индской компании, но также привело к тому, что налоговый режим в американских колониях стал практически равен британскому. Это спровоцировало недовольство поселенцев по ту сторону Атлантики.

В Пенсильвании распространялись листовки и памфлеты, которые описывали Ост-Индскую компанию как «оплот тирании, хищений, угнетения и кровопролития». В таких заявлениях отражалось то, что происходило с самой Британией, где высшее сословие наслаждалось собственным обогащением за счет обычных людей^[1170]. Корабли, перевозящие чай, разворачивались обратно, так как колонисты отказались подчиняться требованиям правительства, которое не позволяло им участвовать в политике. Когда в Бостонскую гавань прибыло три корабля, между местными жителями и властями началось напряженное противостояние. В ночь 16 декабря небольшая группа людей, переодевшись «индейцами», забралась на корабли и сбросила груз чая прямо в гавань. Они предпочли утопить весь товар, чем платить налоги Лондону^[1171].

Если смотреть с американской точки зрения, цепь событий, которая привела к созданию Декларации независимости Соединенных Штатов, имела сугубо американский контекст. Однако, если смотреть на вещи более широко, причины можно найти в том, что щупальца Британии постоянно находились в поиске новых возможностей, а также в том, что эффективность Шелкового пути привела к дисбалансу из-за слишком быстрых темпов роста. Лондон пытался сбалансировать конкурирующие потребности разных сторон света и использовал доходы, полученные в одних регионах, чтобы покрыть расходы в других, что привело к разочарованию, неудовлетворенности и, как результат, бунту. Стремление к прибыли было неистребимо, оно порождало уверенность в себе и высокомерие. Ост-Индская компания, как говорил Клайв следователям, находясь на пороге краха, была имперской силой во всем, кроме названия. Она правила странами, которые были «богатыми, густонаселенными и плодородными», и «владела 20 миллионами человек»^[1172].