От Дубно до Ростова - Алексей Исаев

От вопросов стратегических вернемся к судьбе двух советских армий. 28–29 июля фронт 18–го механизированного корпуса оказался растянутым, а потом и попросту разорванным на три части. В Журнале боевых действий 18–й армии А. К. Смирнова о судьбе корпуса находим лаконичную запись:

«18 механизированный** к*орпус** распался на три части, спешно отходит, оголив правый фланг армии. Разрыв между 18–й и 12–й армиями составил 20 км. Одна часть (47–я т*анковая** д*ивизия**) отошла к 18–й армии на юг, другая часть примкнула к левому флангу 12–й армии».

Основные силы 47–й танковой дивизии и 218–я моторизованная дивизия действительно отошли к 18–й армии на юг в район Джулинки, но 93–й танковый полк 47–й танковой дивизии оказался в нескольких десятках километров от них, севернее Умани. 39–я танковая дивизия целиком примкнула клевому флангу 12–й армии. Разрозненные отступающие части корпуса, в виде резервов, подчинил себе командующий 12–й армией П. Г. Понеделин.

Что собой представлял на момент описываемых событий 18–й механизированный корпус П. В. Волоха, показывает табл. 4.3.

Фактически 18–й механизированный корпус на 1 августа был не танковым соединением, а тремя мотострелковыми бригадами под руководством корпусного управления.

Таблица 4.3. Состав 18–го механизированного корпуса на 1 августа 1941 г.

Такое состояние корпуса, составлявшего опору правого крыла 18–й армии, создавало предпосылки для глубокого охвата 6–й и 12–й армий пехотными соединениями XXXXIX горно-стрелкового корпуса. Более того, немцы поставили себе задачу широкого охвата всего правого крыла Южного фронта: