Джордж Лукас. Путь Джедая - Брайан Джей Джонс

Не пытайтесь заговорить с Джорджем.

Если Джордж начнет разговор, не выходите за рамки обсуждения работы.

«Мне казалось, что компания специально организована так, чтобы защитить [Лукаса], оградить его от остального мира, чтобы он мог делать что хочет, – говорил сотрудник «Пиксар» Малкольм Бланшар. – Такова его личность. Стеснительный парень, который любит снимать фильмы»^[1195].

Лукас хотел, чтобы его компания занималась только кино. Все остальное – за исключением подразделения видеоигр, одного из немногих, которое приносило хоть какие-то деньги, – считалось напрасной тратой времени. «В компании появилось слишком много направлений, – жаловался Лукас сотрудникам. – Мы собираемся сосредоточиться на кино»^[1196]. Компьютерное подразделение старалось; недавно команда создала еще одни сногсшибательные спецэффекты, в этот раз для «Молодого Шерлока Холмса» Спилберга: в фильме появился витражный рыцарь, первый персонаж на экране, созданный исключительно при помощи компьютерной графики. Автором спецэффектов указана ILM, но вся работа была сделана на компьютере Pixar, а разработал персонажа Джон Лассетер. Но в то время никто не смог его оценить; все, что не было связано с кино напрямую, сворачивали, реформировали, реорганизовывали или продавали.

Это относилось и к цифровому монтажному оборудованию. С «ЭдитДроид» и «СаундДроид» у Лукаса теперь была своя цифровая монтажная система – или хотя бы ее зачатки. Но оба аппарата глючили, а технология, в основном полагающаяся на видеодиски, была дорогой. «Лукас хотел лицензировать всю крутую технику, которую они разработали, – сказал Боб Дорис, – но ее производство его не интересовало»^[1197]. Так что «ЭдитДроид» и «СаундДроид» были выделены в новое подразделение под названием «Дроид Уоркс», которое основало совместное предприятие с производителем монтажного оборудования «Конвердженс» (и взяло на себя продажу и рекламу аппаратуры). Лукас почти не вмешивался в дела компании, но следил за развитием цифровых технологий, для создания которых он столь многое сделал, и ждал, когда они наконец будут достаточно совершенны, чтобы использовать их в кино.

Оставалось только решить судьбу компьютерного подразделения и «Пиксар». «Мы не можем себе позволить финансировать их», – сказал Норби Лукасу, когда занялся Кэтмеллом и его командой. «Было очевидно, что Лукас вынужден нас распустить», – сказал Элви Рей Смит^[1198]. Некоторое время Кэтмелл думал, что Лукас уволит всех сотрудников и продаст компьютер «Пиксар» тому, кто предложит побольше, но Лукас надеялся, что с компьютерным подразделением получится то же, что и с «Дроид Уоркс»: он объединит его с венчурным инвестором, который сможет оценить потенциал технологии. У Лукаса были весьма благородные надежды на «Пиксар»: он считал, что компьютер может быть полезен для томографии в медицине или в научных симуляциях, и шли серьезные переговоры с «Сименс» и «Филипс», которые увидели в «Пиксар» потенциал для компьютерной аксиальной томографии в высоком разрешении. Переговоры не зашли далеко. Компании считали, что запрашиваемая Лукасом цена в 35 миллионов долларов слишком высока, хотя покупатель получил бы не только «Пиксар», но еще и Кэтмелла со всей командой. Переговоры затянулись до конца 1984 года, и тогда Элви Рей Смит спросил своего друга, Алана Кэя, не знает ли тот каких-нибудь потенциальных инвесторов – в идеале кого-нибудь подкованного в компьютерах, чтобы он мог оценить, что именно получает вместе с «Пиксар», а также понять, что Кэтмелл и его команда стоят этих денег. Кэй решил, что знает, как раз подходящего человека, и позвонил своему старому другу, который по случаю не только разбирался в компьютерах, но и был мультимиллионером, – сооснователю «Эппл» Стиву Джобсу.

Очаровательный и непостоянный Джобс – в то время он вел войну с советом директоров «Эппл», которую в итоге проиграл, – встретился с Кэтмеллом, Смитом и бухгалтерами «Лукасфильм», чтобы обсудить «Пиксар» и взглянуть на цифры. Что касалось оборудования, то оно ему понравилось. «Это был один из тех самых моментов откровения, – сказал он позднее. – Я помню, как в первые десять минут знакомства с графическим интерфейсом пользователя я уже знал, что однажды так будут работать все компьютеры; это было очевидно сразу». Но Джобс, как и другие, посчитал цену слишком высокой: «Я склоняюсь к цене между 10 и 15 миллионами долларов», – сказал он им и решил подождать, не упадет ли стоимость^[1199].

Упала. В ноябре 1985-го, когда сложная сделка с «Филипс Электроникс» и «Дженерал Моторс» сорвалась в самую последнюю минуту, Джобс позвонил Норби и узнал, что тот готов отделаться от «Пиксар» за бросовую цену. Позднее стали неверно сообщать, что Джобс купил «Пиксар» напрямую у «Лукасфильм», но в действительности все было несколько сложнее. На самом деле Джобс вложил в «Пиксар» десять миллионов долларов, пять из которых «Пиксар» затем заплатила за эксклюзивные права на разработанную технологию – хотя Лукас ясно дал понять, что у «Лукасфильм» останется право использовать технологию, в развитие которой она вложилась. Другие пять миллионов были пущены на развитие компании, Эд Кэтмелл стал ее президентом, а Элви Смит – вице-президентом^[1200]. Так что на самом деле компанию выкупили Джобс и четыре десятка сотрудников «Пиксар». Единственной преградой в сделке стало место ее подписания. Джобс хотел, чтобы Лукас приехал к нему в Вудсайд, примерно в ста двенадцати километрах к югу от ранчо Скайуокер, а Лукас хотел, чтобы Джобс приехал к нему. Они остановились на встрече в Сан-Франциско, в офисе юристов Лукаса, который находился примерно посередине, и заключили сделку в феврале 1986 года.

Многие считают, что Лукас «упустил» «Пиксар». Под руководством Джобса «Пиксар» достигла стоимости в семь миллиардов долларов и выпустила множество успешных семейных мультфильмов, и бухгалтеры «Лукасфильм», безусловно, заламывали руки, думая об упущенных возможностях. И конечно, «Пиксар» – тот редкий случай, когда Лукас неправильно истолковал или совсем не понял гигантский потенциал собственной технологии. Но эта близорукость стала следствием невероятной сосредоточенности и мотивации самого Лукаса. При продаже «Пиксар» он не потерял ничего в творческом плане – все-таки он сохранил возможность использовать компьютер, – и ему не пришлось идти на компромиссы в своих представлениях о кино и кинематографе. Для Лукаса продажа компании попросту была правильным бизнес-решением, принятым в верное время. «Как только [компьютер «Пиксар»] заработал, нам больше не нужна была компания по производству компьютерного оборудования, – прямо сказал Лукас. – У меня не было особого желания становиться производителем оборудования. Так что мы продали ее»^[1201].