Джордж Лукас. Путь Джедая - Брайан Джей Джонс

К январю 1985-го Лукас управлял компанией «Лукасфильм» самостоятельно, без формального президента, уже чуть больше года. Ему это нравилось, но у компании появилось слишком много разных проектов и источников дохода, так что Лукас не успевал следить за всем. Настало время пригласить президента, желательно кого-нибудь с опытом в финансовой сфере, а идеально – жесткого администратора, который сумел бы поставить интересы компании выше желания всем понравиться. Однако Лукас отказывался нанимать людей, хоть как-то связанных с большими студиями, потому что не собирался давать ключи от «Лукасфильм» голливудскому лазутчику. «Там у них, – так он всегда говорил о Голливуде, – на каждого честного истинного кинематографиста, пытающегося снять свой фильм, приходится сотня подлых продавцов подержанных автомобилей, которые пытаются выкрасть ваши деньги»^[1188].

Лукас обнаружил подходящего кандидата в своем собственном совете директоров. Это был Даг Норби, выпускник Гарварда и бывший финансовый директор «Айтел», компании, которая заработала, а потом потеряла миллионы долларов в мошеннических сделках по покупке и сдаче в аренду оборудования IBM. После краха компании Норби сотрудничал со следствием в попытках выяснить, что случилось, – и на основе добытых им улик несколько его партнеров по «Айтел» сели в тюрьму. Норби избежал обвинений, и, когда он вошел в совет директоров «Лукасфильм», некоторые сотрудники считали, что он всегда в первую очередь будет защищать свои интересы. Но Лукас ему доверял и ценил его прямолинейный, где-то даже агрессивный стиль. «Делай, что считаешь нужным, – сказал он Норби, – я не буду в это соваться»^[1189].

О назначении Норби объявили в феврале на всеобщем собрании в павильоне ILM. Норби в то утро держался гораздо лучше Лукаса: он уверенно и с энтузиазмом рассказал о трудных задачах нового года. Лукас, напротив, бранился, ворчал, что сотрудникам пора начать работать на компанию, а не вести себя как непрошеные гости в его доме, которые съели всю его еду и потратили все его деньги^[1190]. Норби, вновь взяв слово, дипломатично заявил, что для «Лукасфильм» просто настало время выйти на самоокупаемость. Компании нужно не только зарабатывать деньги на продаже лицензий и товаров с символикой или проводить время в ожидании нового фильма Лукаса. Лукас достаточно долго полностью содержал компанию из своего кармана. «Лукасфильм» должна начать приносить прибыль. Каждому подразделению предстоит измениться.

Это в том числе касалось и ILM. В то время ILM почти без исключения работала только над фильмами Лукаса и его друзей, а также над киноэпопеей «Звездный путь», единственным постоянным клиентом со стороны. Но Норби хотел, чтобы они взяли еще больше работы со стороны и выпустил пресс-релиз с объявлением, что ILM теперь открыта для всех. Бухгалтеров ILM попросили установить единую ставку для услуг компании – в среднем 25 миллионов долларов за фильм, – а также более точные цены за отдельные виды работ вроде создания моделей и дорисовки декораций, чтобы ILM могла заключать контракты на отдельные услуги. Это была большая перемена в философии компании, и некоторые с возмущением восприняли идею делать работу по найму – по сути, компания должна была идти за заказами к студиям с протянутой рукой. «Многие сопротивлялись такому столкновению с реальностью», – сказал Норби^[1191].

Объединившись с новым финансовым директором «Лукасфильм» Дагом Джонсоном (сотрудники называли Норби и Джонсона не иначе как «Даги»), Норби даже ввязался в дела любимого детища Лукаса, ранчо Скайуокер, работы на котором, как считал Норби, намеренно велись в черепашьем темпе, из-за которого некоторые контрактники наживались на манипуляциях с рабочими часами. Норби сообщил всем работникам, не занятым в строительстве напрямую – в основном художникам, стеклоделам и ландшафтным дизайнерам, – что пока он и Джонсон не разберутся с финансами, они могут собирать вещи и отправляться домой. Лукас удивленно приподнял бровь, но ему нравилось, что Даги без проблем исполняли роли плохих парней и брали на себя главную задачу, которой боялся Лукас: общались с людьми.

Постоянный приток денег все еще оставался проблемой. Не только раздел имущества истощил большую часть запасов Лукаса, но начал испаряться один из самых надежных источников дохода – деньги от игрушек «Кеннер». В 1985-м в «Кеннер» происходили большие перемены, очень похожие на изменения в «Лукасфильм», так как компания пыталась выйти из состава «Дженерал Миллз». В попытке улучшить свои финансы «Кеннер» перенасытила рынок излишком игрушек по «Звездным войнам». А так как на горизонте не было новых фильмов, бешеная потребность во всем с надписью «Звездные войны» не просто падала; как заявил один эксперт по продажам игрушек в «Уолл-Стрит Джорнал», «она исчезла»^[1192]. В 1985 году выручка от продажи игрушек по «Звездным войнам» обвалилась до 35 миллионов долларов по сравнению со 135 миллионами год назад. Прикинув цифры, Норби высчитал, что деньги у «Лукасфильм» закончатся примерно через пять месяцев. Норби был готов везде искать возможность повысить приток денег в компанию и даже убедил Маршу – которая теперь была замужем за Родригесом и недавно родила дочь – разрешить Лукасу растянуть выплаты по бракоразводному процессу на десять лет (Лукас в конце концов выплатил все деньги за пять). Он даже отважился поднять тему новых фильмов по «Звездным войнам» с Лукасом – верный способ пополнить закрома, – но тот уклонился, сказав, что истощен.

Поэтому сокращение сотрудников было неизбежным. Лукас его одобрил, так как считал, что компания обросла ненужным персоналом. «Я уезжаю снимать фильм и возвращаюсь два года спустя, а тут каждый уже нанял себе помощника», – сказал он «Нью-Йорк таймс», высказав недовольство даже публично^[1193]. Однако внутри компании считали, что Норби и Джонсон ни во что не ставят Лукаса и что Лукас, если бы знал, что на самом деле происходит, никогда бы не предложил что-то столь бессердечное, как сокращения. Представление сотрудников о том, что Лукас не мог совершать ошибок, показывало истинную силу Лукаса, как администратора, по мнению Боба Дориса. «Джордж такой, – сказал Дорис. – Он успешно создает миф о себе. Я уверен, что Даги не делали ничего, чего бы не хотел Джордж»^[1194]. На самом деле Лукас всегда был несколько необщительным администратором; когда он находился поблизости, сотрудники руководствовались неписаным протоколом, который в шутку называли «правилами Королевы»:

Не подходите к Джорджу.