Учись слушать. Серфинг на радиоволне - Марина Москвина

Ой, какой разразился скандал! Жанну вызвали к главному редактору и яростно стали допытываться, что мы всем этим хотели сказать? Откуда она всплыла, черт бы нас побрал! – столь недостоверная, подозрительная, вносящая смуту в умы и сердца, не имеющая ни малейшего научного основания информация? Весь этот бред, который обрушила на головы радиослушателей Москвина, где вы его взяли?

Это был первый бой, который за меня приняла Жанна. Она держалась твердо, как морской утес, и о него вдребезги разбивались океанские волны.

– Это всего лишь сказка, – отвечала она. – Людям необходимы сказки. Причем не только детям, взрослым тоже. Но особенно они нужны подросткам.

Сама Жанна всегда верила и продолжает верить в чудеса. Поэтому, если она идет по улице, а там какой-нибудь мошенник собирает деньги на озеленение Луны, она обязательно вынет из кошелька все его содержимое и безмятежно отдаст – на развитие благородного дела.

Мой бесценный друг и соратник Жанна Переляева своей феноменальной доверчивостью и уроном, который ей эта доверчивость приносит, могла бы пополнить Книгу рекордов Гиннеса и на этой ниве ужасно разбогатеть. А славы у нее и без того хватает – дети всей нашей бескрайней заснеженной Родины выросли на ее радиопередачах. И заслышав знакомый голос – в поликлинике, в магазине, в троллейбусе, где угодно, – люди самого разного возраста, порой почему-то весьма преклонного, восклицают, изумленные ее молодостью и красотой:

– Вы Жанна Переляева?! Мы же выросли на ваших передачах!

Она полюбила меня – с моими летающими тарелками, толпами привидений, стаями ангелов, йогами, странствующими фехтовальщиками, косматыми снежными людьми и разными другими запредельными сущностями, которые нам настойчиво звонили по телефону, писали письма, предлагали руку и сердце, заваливали эзотерической литературой, являлись в студию, усаживались нога на ногу перед микрофоном и очень важно разглагольствовали о разных чудесах в решете.

Единственное, что нас спасало, это здоровый скепсис и строго научный подход ко всякому невообразимому явлению.

Во-первых, мой папа Лев, памятуя о патологическом интересе дочери к иным мирам, аккуратно вырезал из газет каждое скупое сообщение о встречах нашего брата с инопланетянами или о том, что сияющий шар, позванивая, пронесся над Орехово-Борисовом в сторону Капотни.

Причем к подобным заметкам всегда прилагался комментарий видного деятеля науки, мол, все это ерунда, а ваше НЛО – мираж, северное сияние, шаровая молния, метеорит, свечение вокруг солнца – гало, фейерверк, плазменное образование или залетный метеорологический зонд.

В тех же 80-х потрясенный Лев явился из своего Института международного рабочего движения и сказал:

– Дети мои, что я сегодня услышал! Я знал, я всегда подозревал, что мы не одиноки во Вселенной.

Оказывается, у них на работе с лекцией выступили двое ученых со сказочными фамилиями: астроном Феликс Юрьевич Зигель и морской офицер, инженер Владимир Георгиевич Ажажа.

В тот памятный день сотрудники ИМРД выяснили, что живут в эру высочайшей активности НЛО. Именно это, а не противоборство сил империализма и социализма является важнейшей проблемой современности, и от нее не спрячешься, как страус, головой в песок.

Собравшимся марксистам поведали поразительные, леденящие кровь случаи, связанные с гостями из космоса. Продемонстрировали туманные слайды. Привели ошеломительную статистику. И, наконец, пригласили всей конторой учиться в университет «Базис», где они узнают главное: что делать, если станешь свидетелем приземления инопланетного корабля: кинуться ли навстречу или припуститься наутек, распахнуть объятия пришельцам или повременить и присмотреться.

– По окончании университета, – пообещал Владимир Георгиевич Ажажа, – выпускникам будет выдан сертификат, что они прослушали основополагающий курс.

– И что мы с ним делать будем, с вашим сертификатом? – спросил кто-то осторожно.

– А что вы делаете с дипломом об окончании школы марксизма-ленинизма? – парировал Владимир Георгиевич. – Ну, я не знаю, – развел он руками, – мыла вам по нашему документу не дадут, стирального порошка тоже… (По тем временам – редкость. – Авт.) Просто у вас будет удостоверение, что вы человек, продвинутый по этому вопросу.

Разумеется, я немедленно туда записалась.

В университете «Базис» на первом этаже под стеклом, как в нормальных учебных заведениях, висело расписание:

«Введение в уфологию» – 6 часов.

«Философские аспекты уфологии» – 3 и 3 часа.

«Палеоуфология» – 6 часов.

«Древняя астрономия и уфология» – 6 часов.

«Основы наблюдательной астрономии и наблюдений за НЛО» – 6 часов.

«Характеристики неопознанных летающих объектов» – 3 и 3 часа.

«Сбор и обработка данных об НЛО» – 6 часов.

«Исследования контактов высшей степени странности» – 3 и 3 часа (с демонстрацией слайдов).

«Биолокационные методы исследования НЛО» – 6 часов (можно договориться – поработать на местности).

«Психофизический аспект проблемы НЛО» – 3 и 3 часа.

Кинофильмы: «В поисках пришельцев» – наш.

«УФО» – Япония (весь наполнен наблюдениями за НЛО).

Эрих фон Дэникен «Воспоминания о будущем».

«Послание богов».

Резервная тема: «Контактант третьего рода» – рассказ человека, приглашенного пришельцами на борт НЛО, о том, как это случилось, что он видел внутри корабля, а также картины, представшие его взору, когда он высадился на другие небесные тела».

Итоговое занятие: вопросы, диспуты.

И список литературы, который я старательно штудировала, хотя там были издания на неизвестных мне языках.

С тех пор со всеми людьми на Земле – врачами, водопроводчиками, случайными попутчиками – я разговаривала только о пришельцах.

В Коктебеле мы сидели с мальчиком Ваней Юдахиным на крыльце и смотрели на звезды. Я спросила: «Вань, ты веришь в летающие тарелки?» А сама подумала: «Если он ничего об этом не знает, я сейчас ему ВСЕ расскажу!»

Он посмотрел на меня серьезно и промолчал.

Это был внук Феликса Юрьевича Зигеля.