Смех победителя - Дмитрий Казаков

Похоже было, что «Рваная сандалия» решила развалиться.

Хорст спешно вскочил, всунул ноги в сапоги, схватил лежащие на стуле ножны с мечом и только тут осознал, что с улицы тоже долетают вопли, полные совсем не радости.

– Помилуй нас, Владыка-Порядок! – пробормотал маг. – Землетрясение!

Дверь с треском открылась, внутрь ворвался Альфи. Глаза его мрачно горели, а на роже красовался свежий синяк.

– Пойдемте на улицу, господин! – рявкнул лысый наемник. – Там безопаснее!

– Пойдем! – не стал спорить Хорст.

Они выскочили в коридор, чьи стены раскачивались с надсадным скрипом, по лестнице сбежали в большой зал. У дверей царила давка, раненые и здоровые, отчаянно пихаясь, пытались выбраться наружу.

– Окно! – Мгновенно сориентировался Альфи, хватая тяжеленную лавку.

Лицо его побагровело, на предплечьях надулись жилы, с нечленораздельным кряканьем лысый наемник оторвал лавку от пола, и в тот же момент земля прекратила качаться.

Стих доносившийся из глубины тяжелый рокот, перестало скрипеть и трещать качающееся здание, остались только вопли испуганных людей.

– Неужели все? – Альфи мгновение помедлил, а потом с выдохом опустил лавку на место.

– Все, – ответил маг.

Он не мог сказать, откуда знает, что землетрясение прекратилось, но ничуть не сомневался в этом.

– Отлично! – Альфи вытер лысину, глаза его неожиданно выпучились. – Господин, да у вас кровь на лице…

– Да? – Хорст облизал губы, ощутил соленый вкус. Шмыгнул носом и только тут понял, что из обеих ноздрей сочится кровь, а кашлянув, с удивлением обнаружил, что течет она и изо рта.

Волной накатила слабость, все закружилось перёд глазами.

Мир исчез во вновь накатившем рокоте, тонком и пронзительном, как визг пилы.

Спать не хотелось, и Хорст сидел у окна, глядя в заполненную сонмищами снежинок темноту. Из коридора доносились шаги поставленного Альфи часового, а сам наемник храпел в соседней комнате.

Двое суток после землетрясения Хорст просто-напросто проспал, лишь сегодня очнулся с тяжелой, как чугунок, головой и ноющей болью по всему телу. Только попарившись в бане, почувствовал себя более-менее нормально, а сейчас, сидя в темноте и тишине, ощущал, как возвращается способность мыслить связно и четко.

Проход, запечатанный за многие тысячелетия до прихода людей на Полуостров, он, судя по всему, успешно открыл, проложив обратную дорогу давним хозяевам степей.

Но вот что произошло потом?

В самом ли деле треснула и развалилась доска Вечной Игры, существующая неизвестно сколько времени? Или все видения промелькнули в голове рехнувшегося от непомерного усилия мага, а случившееся землетрясение произошло по самым обычным причинам?

Проверить Хорст не мог. На то, чтобы выйти в пространство над доской и посмотреть, что там творится, не было сил. Знакомая сосущая пустота воцарилась внутри.

– Вразуми меня Владыка-Порядок! – пробормотал маг, почесывая шрам на щеке.

Ветер за окном засвистел, словно тысяча разбойников, и принес отчаянный, надрывный звон. Колокол в порту старался вовсю, сообщая горожанам, что с моря пришел враг.

При одной мысли, что это может быть за враг, Хорст похолодел.

– Раздери меня Хаос! – пробормотал он, поднимаясь. Рука сама нащупала висящую на стуле кольчугу, не ту, продырявленную в схватке с «морскими людьми», а новую, из запасных.

Натянув кольчугу, почувствовал себя увереннее, нацепил пояс с мечом и вышел в коридор.

Собравшийся зевнуть часовой так и застыл, распахнув рот и выпучив глаза.

– Буди всех, – сказал ему маг. – Пусть вооружаются и готовятся сражаться.

– Да, господин. – Часовой, принадлежащий к Слугам Сына Порядка, и не вздумал усомниться в правильности приказа, а тут же ринулся по лестнице. Снизу донесся его громкий голос.

Радульф и Альфи проснулись, стоило Хорсту легонько стукнуть в их дверь.

– Что такое, язви их в печенку? – хриплым со сна голосом осведомился бывший десятник.

– «Морские люди» пришли, – ответил маг. – И, похоже, опять за мной.

Через мгновение в коридор выбрался сопящий и зевающий Альфи, уже в кольчуге и с оружием, за ним показался мрачный, как погребальная песня холиастов, Радульф.

– Вы точно уверены, господин? – спросил он.

– Колокол звонит, – ответил Хорст. – В тот раз эти твари явились, чтобы убить меня… Что еще может заставить их вылезти из воды в такую погоду? Ведь всем известно, что холода они не любят…

– В любом случае нужно готовиться к худшему. – Альфи задумчиво огладил лысину. – То есть к битве.

Втроем спустились на первый этаж, где царила деловая суета. Легкораненые и те, кому повезло обойтись без повреждений в предыдущих схватках, облачались в кольчуги и шлемы, проверяли мечи.

Во взглядах вчерашних горожан не было страха, он остался там, на поле, где лежали тысячи улыбающихся трупов.

– Тяжелораненых лучше отнести наверх, – сказал маг. – А окна первого этажа задвинуть чем-нибудь…

– Дельная мысль, – кивнул Альфи.

– Вот вы и выполняйте, а я отправлюсь наружу и погляжу, что к чему!

– Я с вами, господин! – вызвался Радульф. – Я город знаю лучше вас.

– Пойдем, – не стал спорить Хорст.

Едва выйдя за порог, оказались в полной власти метели. Косо летящий снег оседал на одежде, залеплял лицо, мешая глядеть, очертания домов казались смазанными, дрожащими. Колокол продолжал звонить, и видно было, как в домах один за другим зажигаются огни.

Обитатели Сар-Тони хорошо понимали, что князя с дружиной в городе нет, что им придется обороняться самим.

На первом же перекрестке Хорст и Радульф столкнулись со спешащими к порту мужиками. Мрачные и насупленные, в толстых тулупах и со щитами, они выглядели довольно воинственно.

– Может, этих тварей остановят еще в порту? – сказал бывший десятник, глядя вслед ополченцам.

– Хотелось бы мне в это верить, – ответил маг. – Ну что, дойдем до Рыбной площади и обратно?..

Но добраться до площади им не удалось. Ветер плюнул в лицо очередной пригоршней снега, а спустя мгновение из тьмы появились две мощные длиннорукие фигуры.

Пара «морских людей», непонятно каким образом прорвавшихся к центру города.

– Язви их в печень! – Радульф с трудом увернулся от удара.

Хорст успел вытащить собственный клинок и подставил его под нацеленное прямо в горло костяное лезвие. Раздался глухой стук, рука занемела, но тут же пришлось отражать повторную атаку.

Бывший десятник ловко отскочил в сторону, и его противник, увлекаемый инерцией, пролетел вперед.