Охотники за костями. Том 1 - Стивен Эриксон

Флакона бросило в холодный пот, и маг отступил ещё на шаг назад, жалея, что не вооружён ничем, кроме короткого ножа, который держал в правой руке.

Вокруг кипел бой. Крики, бряцанье металла, звон кольчуг, рычание и хрип.

А сверху продолжали сыпаться стрелы.

Одна из них угодила Смычку в затылок шлема, бросив малазанца на колени. Сапёр обернулся, поднимая арбалет, и пригляделся к зданию напротив – на верхних этажах было полно лучников.

Флакон подался вперёд и схватил Корика за перевязь:

– Назад! У Скрипа «ругань»! Все! Назад!

Сержант вскинул арбалет к плечу и прицелился в окно…

К ним присоединилась тяжёлая пехота: Флакон заметил, как Таффо из взвода Мозеля врубился в толпу врагов в десяти шагах от здания, в которое целился Смычок…

И арбалет щёлкнул, неказистый снаряд отправился в полёт, прямо в оконный проём.

Флакон бросился на землю, накрывая руками голову…

На верхнем этаже прогремел взрыв, стены местами вспучились, а затем обрушились на улицу. На Флакона посыпались осколки.

Кто-то накатился на него сверху, и маг почувствовал, как что-то тяжёлое и скользкое плюхнулось ему на плечо. Внезапно завоняло желчью и испражнениями.

Перестук камней, жалобные стоны, языки пламени. Затем ещё один обвал – остатки верхнего этажа обрушились на нижний. Ближайшая стена с треском осела в пыль. И наступила тишина, если не считать стонов.

Флакон поднял голову. И увидел, что рядом с ним лежит капрал Харбин. У солдата не было нижней части тела, внутренности разлетелись по мостовой. Глаза неподвижно уставились в небо из-под шлема. Флакон отодвинулся подальше, опустился на четвереньки и по-крабьи перебрался на другую сторону усыпанной каменными обломками улицы. Там, где Таффо сражался с кучей врагов, не было ничего, кроме кучи щебня и нескольких рук и ног, торчащих из-под неё. Ни одна из конечностей не двигалась.

Корик прошёл мимо мага, добивая оглушённых противников мечом. Флакон увидел Улыбку, которая двигалась навстречу полукровке. Клинки малазанки уже были по рукоять в крови.

Улица была усыпана телами. Кое-кто медленно поднимался на ноги, тряся головой и сплёвывая кровь. Флакон развернулся, стоя на коленях, опустил голову, и его вырвало прямо на мостовую.

– Скрипач, ублюдок ты этакий!

Кашляя, но уняв на миг желудок, Флакон увидел, как сержант Мозель подходит к Смычку.

– Мы добили бы их! Мы уже штурмовали это треклятое здание!

– Ну идите тогда штурмуйте вон то! – огрызнулся Смычок, указывая на дом на другой стороне улицы. – Мы их только отбросили и всё – в любой момент на нас снова посыплются стрелы…

Выругавшись, Мозель подал знак трём оставшимся тяжелым пехотинцам – Подёнке, Смекалке и Уре Хэле – и они скрылись в дверном проёме.

Смычок снова заряжал арбалет, на этот раз «шрапнелью»:

– Бальгрид! Кто остался из вашего взвода?

Тучный маг, хромая, двинулся к сержанту.

– Чего? – прокричал он. – Я тебя не слышу! Чего?

– Тавос Понд!

– Здесь, сержант. С нами Может, м-м-м, Бальгрид – но у него кровь из ушей идёт. Мазку досталось, но должен выжить, если его исцелят. Мы валим отсюда…

– К Худу вы валите. Вытаскивайте Мазка – его подберёт следующий взвод – остальные идут со мной.

– Но Бальгрид оглох!

– Лучше бы онемел. У нас есть сигнальные жесты, помнишь? Напомни этому придурку тоже. Флакон, помоги Битуму выбраться. Спрут, бери Корика, дуйте к тому углу впереди и ждите нас. Улыбка, заряжай арбалет – чтобы он торчал вверх и ты следила за всем, что на крышах и ниже.

Флакон поднялся на ноги и добрался до места, где Битум пытался выбраться из-под обломков – на него обрушилась часть стены, но судя по всему доспехи и щит выдержали удар. Битум безостановочно ругался, но не от боли.

– Так, – сказал Флакон, – давай мне руку…

– Сам справлюсь, – прорычал капрал и рывком высвободил ноги. Он по-прежнему сжимал в руке короткий меч, на острие которого прилип кусочек пыльного скальпа с волосами, с которых всё ещё капало.

– Ты только посмотри, – пробормотал солдат, обводя рукой заваленную обломками улицу, – тут даже Спруту нечего добавить.

– У Скрипа не было выхода, – ответил Флакон. – Слишком много стрелков…

– Я не жалуюсь, Флакон. Нисколько, Видел, как Бордук погиб? А Хабб? Мы могли быть на их месте, если бы сюда первыми добрались.

– Бездна меня побери, об этом я не подумал.

Маг смотрел, как приближается средняя пехота – сержант Шнур – Ашокский полк и всё такое.

– Что тут, Худ побери, произошло?

– Засада, – объяснил Флакон. – Сержант Смычок был вынужден снести здание. «Руганью».

Глаза Шнура расширились.

– Проклятые морпехи, – буркнул сержант и отправился туда, где сидел Смычок. Флакон и Битум последовали за ним.

– Вы собрались? – спросил Шнур у сержанта. – Мы тут идём за вами, аж на пятки друг другу наступаем.

– Мы готовы, но надо послать весточку в штаб. Будет много засад. Леоман хочет, чтобы мы полили своей кровью каждую улицу. Кулак Кенеб может решить послать сапёров снова вперёд, под прикрытием морпехов, чтобы снести здания – так будет безопаснее продвигаться.

Шнур огляделся:

– Безопаснее? Нижние боги.

Он обернулся:

– Капрал Осколок, ты слышал Скрипа. Отправь вестового к Кенебу.

– Есть, сержант.

– Синн, – добавил сержант, обращаясь к молодой девушке неподалёку, – убери нож, он уже мёртв.

Синн подняла на него взгляд, но её клинок не остановился, отрезав правый указательный палец у павшего воина. Девушка повертела трофей в руках, осматривая, а затем убрала его в поясную сумку.

– Какая у вас милая девочка, – заметил Смычок, – у нас когда-то тоже такая была.

– Осколок! А ну стой! Отправь Синн с посланием, ладно?

– Я не хочу назад! – закричала Синн.

– Это приказ, – отрезал Шнур. Затем обратился к Смычку: – Мы с тяжами Мозеля пойдём прямо за вами.

Смычок кивнул:

– Ну что, взвод, идём полюбуемся следующей улицей?

Флакон сглотнул, отгоняя очередной приступ тошноты, и присоединился к остальным, пробираясь к Корику и Спруту. Боги, зверская будет ночка.

Сержант Геслер чуял: эта ночь пахла неприятностями. Вокруг чернели провалы окон, скалились распахнутые двери домов, а с соседних улиц, там, где шли другие взводы, то и дело долетали отзвуки сражений. Но у пятого взвода всё было тихо – ни движения, ни звука. Морпех поднял правую руку с двумя согнутыми пальцами и махнул ей, будто тащил что-то вниз. За его спиной послышался топот сапог по брусчатке – один из солдат бросился налево, а второй направо, и оба притихли, заняв позиции у домов на разных сторонах улицы. Истин слева, Пэлла справа, оба с арбалетами наготове, наблюдали за крышей и окнами здания напротив.