Крылья Руси - Галина Гончарова

Предложение было такое, что Софья охнула и схватилась за голову.

– Ванька! Это ж… Оно не остановится! Оно пойдет и дальше косить людей!

– Мы сейчас тоже воевать не можем. Деньгами поможем – факт, но в остальном – некогда. У нас турки. Кстати, и с ними надо бы что-то подобное.

– Не получится. Потери будут намного меньше, чем хотелось бы…

– Так ты согласна?

– А если не получится?

– А чем мы рискуем?

– Мы – ничем. А вот те, кто будет исполнять, рискуют жизнью.

– Они знают, на что идут.

Софья посмотрела на мужа. На брата.

И мысленно схватилась за голову. Им идея нравилась.

Господи, а ведь это ее вина. Во многом – ее. И даже если она сейчас не согласится – все равно ребята сделают, как захотели. Если она не предложит ничего другого, а она попросту не знает, что тут можно предложить!

Это она их такими сделала.

Им ведь действительно плевать на всех, кто не русский, им не важно, сколько человек умрет в ходе этой войны…

– Мальчики, там же и мирные люди! Дети, женщины, старики…

– Мы постараемся выбрать момент. И скотину тоже. И вообще – такое уже было в истории.

Софья только вздохнула.

Да – было. Но…

Такое ни один Бог не простит. Есть вещи, которые делать не стоит, но ребята все равно поступят по-своему.

Только вот она остановить их не сможет.

И самое страшное, что это – Ваня. Ее Ванечка, ее любимый муж. Нет таких преступлений, на которые не пошел бы капитал…?

Да, примерно так. Ваня сейчас думает о своей стране – и экономит деньги, время, силы. А в итоге – ей страшно. Господи, ей так страшно…

Кто же получился из ее мужа, из ее брата? Какие чудовища живут в их телах? Она старалась воспитать государя и его верного помощника, а что в итоге? И ведь они не осознают, насколько эта идея страшна. Она целесообразна, вот где ужас-то!

– Ребята… не надо. Пожалуйста….

– Соня, мы не выдержим и турок, и французов одновременно. Ты же понимаешь, – Алексей смотрел даже и с удивлением. Как это так – сестра не осознает таких простых вещей? – Казна не настолько богата, а потому – придется играть грязно.

– Это иначе называется, – глухо сказала Софья.

– Неважно. Ты с нами?

Впервые брат и сестра настолько пристально вглядывались друг в друга. Впервые настолько ослабла связь между ними. Впервые.

Но потом Софья решительно тряхнула головой.

– До конца – с вами.

И у мужчин просветлели лица. Подумаешь там – приступ сентиментальности напал на женщину. Бывает даже с самыми лучшими, дело житейское.

Этим вечером она долго разговаривала с протопопом Аввакумом. Постаревший, но не утративший ни сил ни хватки, священник, принял ее, как родную. Исповедь?

Вот уж нет, скорее, обычное чаепитие, с вареньем в блюдечке, с сахаром вприкуску, с уютной вышитой скатертью – и тем страшнее был контраст между этой обыденностью и уютом – и ведущимся за столом разговором.

И Софья не могла сказать, что ушла успокоенная. На душе по-прежнему скреб целый отряд тигров. Но…

– Ты уверена, царевна, что другого выхода нет?

– Есть, наверняка. Но это дольше, сложнее, мы затратим куда больше времени и сил, жизней наших солдат…

– И все же, ты бы лучше поискала долгий путь?

– Да.

– Я попробую убедить государя. Но если мне не удастся?

– Я приму его решение. И помогу во всем.

– Царевна, ты не боишься на этом пути утратить душу?

– Нет.

Софья не договорила, но и она, и протопоп знали, как будет звучать остаток фразы.

Я давно уже отдала ее.

Но есть вещи, которым лучше оставаться недосказанными.

К чести протопопа, он пытался. Пытался долго и упорно, почти десять дней, после чего отступился и махнул рукой. Царь считал, что именно этот вариант надо принять. Точка.

Спустя десять дней Софья начала действовать. Стиснув зубы – начала. Выбора ей не оставили.

* * *

Получив от Софьи письмо, ее высочество Мария задумалась. Но сделала, как приказано – и отдала своей фрейлине указания царевны.

Она верила – та найдет, как выполнить распоряжение сестры. Только вот результат ее пугал. Сильно…

Идея Ивана была чрезвычайно проста.

Армию можно остановить другой армией.

Или – болезнью.

Так поступили монголы, осаждая Кафу, так поступил с индейцами Кортес – ничто не ново под луной.*

* 1346 год – монголы, 1518 – Кортес. Увы… сволочи встречались еще в те времена. А еще до них Ганнибал обстреливал крепости противника горшками с начинкой из гадюк. Прим. авт.

Все было просто.

Испания перенесла оспу. Даже еще не до конца перенесла.

Все, что требовалось – это найти десятка два больных людей, заплатить им – и перевезти либо их самих, либо тела поближе к французской армии. Разумеется, соблюдая все предосторожности.

Когда вспыхнет эпидемия, Людовику будет не до войны.

Мерзко?

Да еще как!

От предложения коробило не только Софью, но и Марию. Царевна отлично понимала, почему письмо адресовано ей, а не ее мужу – дон Хуан взбесился бы. Для него такой метод ведения войн был неприемлем.

А для Софьи…

Мария не была суеверна, но она долго молилась за сестру. Интуитивно она понимала то же, что и Софья. Только вот…

Будь она проклята, дорога правителя. Когда приходится делать такой выбор и принимать такие решения – чистым остаться не получится. И человеком, наверное, тоже.

* * *

– Я хочу, чтобы ни один испанский корабль не чувствовал себя в безопасности. И русский тоже.

Людовик не собирался щадить врагов. Русские давно стояли ему поперек горла. Полезли помогать испанцам – так пусть получат по заслугам!

– Государь, русские пока еще не вступили в войну.

– Вступят, – отмахнулся его величество. У него были относительно точные сведения. Увы, Эскуриал профильтровать было сложно, а потому…

Слово за слово, весточка долетела до ее величества Марианны, которая грустила в Толедском алькасаре, а оттуда и к Людовику. Конечно, она не любила короля-солнце, но ради того, чтобы насолить дону Хуану, была готова на все.

Ответ на распоряжение короля мог быть только один.