Кровавая осень - Брайан Макклеллан

– Но здесь много соломы. Может случиться пожар.

– Мы не разжигаем огня ближе пятидесяти футов от склада. И всю работу делаем при дневном свете.

Адамат отметил, что она оставила мушкетон у входа. Похоже, они действительно соблюдают все меры предосторожности.

– Что вы можете сказать о взрывчатом масле?

– Пусть лучше папа расскажет.

Она остановилась возле стойла, переоборудованного в кабинет, и сделала приглашающий жест.

В дальнем углу за столиком сидел старик. Годы сгорбили его, волосы поседели, но в плечах он все еще был шире Соу-Смиза. Через большое окно внешней стены в кабинет проникал свет, и старик склонился над книгой. Адамат сразу обратил внимание на его руки, вернее, на то, что от них осталось. Обрубки заканчивались металлическими чашками, к одной был прикреплен сдвоенный крюк, а к другой – толстый стальной лист, по форме напоминающий весло.

– Папа, к тебе гости! – крикнула Малышка. – Папа! – Она с извиняющимся видом оглянулась на Адамата. – Он очень плохо слышит.

– Что?

Старик поднял голову, увидел незнакомцев и встал на ноги. Адамат невольно отступил на шаг. Флеррин-старший, или Флеррин Вышибала, был настоящим гигантом. Он возвышался над Адаматом как скала, и даже Соу-Смиз рядом с ним казался человеком заурядной комплекции. Левая часть лица Флеррина была обожжена, так что улыбка у него получалась кривой.

– Никак сам Соу-Смиз? – громко спросил он.

– Привет, Вышибала, – кивнул тот.

– Вышибала? – Флеррин вытянул к Соу-Смизу свои обрубки. – Теперь уже нет.

Он протяжно и сдавленно, почти механически рассмеялся.

Адамат дождался, когда они обменяются приветствиями, и представился сам. Флеррин отвел всех в угловую часть склада, перестроенную под комнату отдыха. Переборки здесь были убраны, а вдоль стен стояли диваны и кресла. Малышка спустилась в холодный погреб и вернулась с бутылкой вина. Пока отец говорил, она разлила вино по бокалам.

– Взрывчатое масло. – Старик покачал головой. – Это наше первое большое достижение. До этого мы делали особый порох для адроанской армии и Гурло-Бруданской торговой компании, но на взрывчатом масле могли бы безумно разбогатеть.

Адамат болезненно скривился, услышав про компанию Кларемонте.

– Вы поддерживаете деловые отношения с бруданцами?

– Все поддерживают. Было бы наивно думать иначе. Эта компания – крупнейший поставщик селитры. Разумеется, у нас есть и другие каналы, но бруданцы контролируют практически весь ввоз сырья. Так о чем это я? Ах да, взрывчатое масло.

– Вы не могли бы рассказать о нем?

– Что?

Адамат повторил вопрос громче.

– Это жидкая смесь… – начал Флеррин и вдруг замолчал. – Впрочем, я не собираюсь выдавать свои коммерческие секреты.

– Понимаю, – доброжелательным тоном произнес Адамат. – Ну а если не вдаваться подробности? Оно взрывается так же, как порох?

– Нет, гораздо быстрее. И обладает куда большей разрушительной силой. Для взрыва его требуется совсем немного. Стеклянного шарика или трубки, длиной с мой обрубок, – Флеррин помахал рукой, – достаточно, чтобы взорвать целую скалу. Мы рассчитывали с его помощью в корне изменить все горное дело. Но ничего не вышло.

Инспектор не мог не почувствовать ужасную пропасть между словами «безумно разбогатеть» и «ничего не вышло».

– Что случилось?

– У нас работал один химик по имени Борин. Хороший парень, очень смышленый. Я даже подумывал отдать за него замуж свою Малышку.

Девушка скорчила недовольную гримасу, передавая отцу бокал:

– Ты прекрасно знаешь, папа, что я никогда бы не согласилась.

– Я просто сказал, что подумывал об этом, радость моя. – Он ловко зацепил бокал крюком и сделал глоток. – Так или иначе, но это Борин нашел состав взрывчатого масла. Он работал день и ночь, чтобы добиться устойчивого состояния смеси. Понимаете, это масло очень нестабильно. Двое наших рабочих погибли при взрыве. Оно взрывается не от нагрева, а от сотрясения, и его чудовищно трудно перевозить.

От сотрясения. Это уже интересно. Адамат вспомнил о своем предположении, что бомбу в кабинет Рикарда не подложили, а забросили.

– Значит, вы так ничего и не продали?

– Разумеется, нет! Вы же не думаете, что я хотел убить своих клиентов? Я сам получил хороший урок обращения со взрывчатыми веществами. – Металлическим веслом, прикрепленным к левой руке, Флеррин показал на обожженное лицо. – Из-за этого нам и пришлось уволить Борина. Он хотел, чтобы его взрывчатое масло нашло практическое применение, и продал пару образцов одной горной компании.

– Значит, он все-таки продал ваше масло!

– Да. Но Малышка обо всем узнала, и мы решили, что не можем больше ему доверять. Мы заключили договор, по которому нам полагается процент с прибыли, если он продаст кому-нибудь формулу взрывчатого масла, и разошлись по-хорошему. Это случилось всего две недели назад.

Адамат едва сдерживался, чтобы не сорваться с места. Наконец-то он узнал нечто существенное, нечто такое, с чего можно начать расследование. Если Борин продал формулу тем, кто покушался на жизнь Рикарда, то их теперь можно отыскать.

– Вы не могли бы сказать, где сейчас Борин? Мне необходимо переговорить с ним.

Флеррин переглянулся с дочерью.

– Там, – сказал он, махнув крюком куда-то вправо. – И там, и вон там.

Малышка раздраженно фыркнула:

– Это злая шутка, папа.

– Понимаете, я всегда говорил своим химикам и рабочим: если вы взорвете себя, никто, кроме вас, в этом не виноват.

– Не стоит смеяться над мертвыми, папа.

У Адамата упало сердце.

– Значит, Борин мертв?

– Мертвее не бывает. Как если бы он встал на пути у разгневанного Избранного. Мы решили, что он упаковывал образцы и уронил один себе под ноги. Вы, наверное, видели грязное пятно у реки, когда шли сюда?

– Да.

– Раньше там стояло крепкое каменное здание. В нем работали наши химики. Оно было построено так, чтобы выдержать взрыв любой мощности. Возможно, оно устояло бы даже под артиллерийским обстрелом. Вместе с Борином погибли и результаты наших экспериментов. От парня не осталось даже мелких ошметков, а камни, разбросанные взрывом, мы до сих пор находим по всему участку.

Адамат откинулся на стуле и вздохнул:

– Сожалею о вашей утрате.

Флеррин пожал плечами:

– Это происшествие отбросило нас назад, но мои ребята сохранили все записи. Пропало все взрывчатое масло, которое у нас было, но я принял это за благословение проклятых небес.

– Папа…