Тень луны - Оксана Алехина

Вскоре бой превратился в кровавое месиво: лилась кровь, падали отсеченные конечности, покалеченные тела, вываливались внутренности из вспоротых животов, хрустели под копытами кости. Боевые кличи, звон мечей, лошадиное ржание, крики боли, предсмертные хрипы и стоны сливались в один невыносимый гул, разносящийся над полем брани. Судьба для многих обрядилась в белый саван и щедро собирала ужасную дань с подопечных Зерануса. Никто не заметил, как в самый разгар битвы среди бьющихся насмерть воинов, словно из воздуха, появился человек в черном плаще.

Ноздри резанул сильный запах крови с примесью сладковато-приторного зловония смерти. Убивать, терзать, рвать на части любого, кто попадет в поле зрения, не разбираясь, свой или чужой, - это все, что сейчас хотел оборотень. Ярость привычно заклокотала в груди, быстро растеклась по всему телу, попытавшись захватить рассудок. Неимоверным усилием воли он заставил ее отступить и подчиниться разуму, своей человеческой сути.

Мирослава чуть не сшиб с ног вражеский солдат в черно-красной тунике. Он налетел на оборотня спиной и сразу же поплатился за свою невнимательность: тот толкнул его прямо на меч иверского воина, который благодарно кивнул неожиданному помощнику, и тут же схватился с другим неприятелем. Молодой человек увернулся от нацеленного на него копья, ухитрился перехватить его и тыльной стороной древка толкнуть напавшего в живот. Дерево, не выдержав силу удара, расщепилось, пронзив врага острым сколом насквозь. Противник выронил щит, схватился руками за древко, рухнул на колени, жадно глотая ртом воздух, а затем завалился на спину. Мирослав подхватил с окропленного кровью снега щит, сбил им с ног какого-то излишне прыткого вояку из отряда лорда Иверского, который в запале боя чуть не рубанул его клинком, и осмотрелся в поисках самого графа. Он увидел Михала среди постепенно рассредоточивающегося скопления синих туник. И направился в его сторону.

Оборотень ударил щитом набросившегося на него противника, опрокинув его. Тот упал, выронив меч, которым не преминул воспользоваться Мирослав. Он всадил клинок в грудь распростертого на снегу солдата. Выпрямляясь, молодой человек краем глаза заметил несущегося на него врага. Лезвие меча с громким чваканьем покинуло поверженное тело, описало полукруг и прошло сквозь торс напавшего, разрубая его пополам, разбрасывая кольчужные кольца и кровяные брызги.

Багряные капли попали на лицо, заставив чуткие ноздри затрепетать от пьянящего аромата крови, и Мирослав понял, что уже не в силах сопротивляться слепому желанию убивать. Зверь проснулся, заслонил человеческий разум своим огромным черным телом. Оборотень не знал, что удерживало его от перекидывания, помогало отличать врагов и своих. Он не помнил, как прокладывал себе дорогу среди неприятельских солдат, как оказался спиной к спине с лордом Михалом и как долго они сражались вместе, словно два соратника. Мирослав опомнился, услышав над собой ржание поднятого на дыбы коня. Перед лицом в опасной близости мелькнули копыта и тяжело опустились на землю. Блеснул наконечник копья, приготовленного для удара. Но направлено оружие было на графа Иверского. Оборотень отшвырнул щит и шагнул вперед. Жеребец снова взвился на дыбы, попятился назад.

Всадник, чудом удержавшись в седле, ухитрился метнуть копье, но промахнулся: оно вошло в снег в шаге от лорда. В поисках бросавшего Михал обернулся и увидел, как незнакомец в черном, тот, который причинил в Ивере ему столько неприятностей, одним сильным толчком завалил коня в черно-красной попоне вместе с седоком. В воздухе только и мелькнули красные перья плюмажа на шлеме. К удивлению графа, рыцарь довольно резво поднялся, обнажил меч и, обогнув пытающегося подняться жеребца, с криком бросился на человека в черной одежде. Что было дальше, Михал не увидел. Его оттеснил вихрь сражения.

Мирослав одним выверенным ударом выбил меч у противника, перехватил руку с кинжалом, нацеленным ему в сердце, и с силой сжал ее. Послышался звук дробящихся костей и хриплый крик боли. Оборотень отшвырнул вояку в сторону. Тот упал на бок, потеряв при падении шлем, но, невзирая на боль, быстро подскочил, подобрал с земли клинок и с упорством разъяренного вепря снова атаковал. Мирослав увернулся - лезвие меча со свистом рассекло воздух. Противник рыкнул и повторно замахнулся. Оборотень снова уклонился, схватил его запястье и вывернул, хрустнув костью. Уронив оружие, рыцарь взвыл от боли. Удар в челюсть оборвал его крик. Мирослав отпустил его руку, и обмякший воин грузно рухнул на снег. Добивать вояку не пришлось, но безумный взгляд мертвых глаз отрезвил победителя. Оборотень осмотрелся вокруг: смерть, кровь, боль... И каждым движет стремление выжить любой ценой...

- Всеслав! - Анетта бросилась на грудь мужу. Тот не ожидал увидеть ее на крепостной стене и как-то неловко обнял, стесняясь окружающих их воинов. Те понимающе отвернулись, обсуждая происходящее на поле перед Антарой.

- Что ты здесь делаешь? - нахмурился молодой супруг и мягко отстранил ее от себя.

- Ты... ты ранен, - словно не слыша его вопроса, сказала она и с сочувствием посмотрела на юношу.

Лишь после ее слов Всеслав вспомнил, что так и не надел шлем, принесенный Энри, и до сих пор таскает его в руке.

- Анетта, что ты здесь делаешь? - повторно спросил он.

- Тебе больно?

- Ерунда... царапина... - смутился юноша и покосился в сторону стоящих неподалеку воинов, в надежде, что те не прислушиваются к их разговору.

- Хотела сама убедиться, что с тобой все хорошо и ты цел и невредим... Я так боюсь за тебя... - произнесла она, глядя влюбленными глазами на мужа. - Не хочу тебя потерять! - девушка снова прижалась к нему, совсем не брезгуя запятнанной кровью одеждой.

- Как только лорд Казимир мог тебя отпустить? Мне сказали, ты занималась его раной.

- Я сам с ней пришел, - раздался рядом голос барона Антарского. - Отдыхать некогда. А твоя жена даже мертвого уговорит выполнить ее просьбу! - несколько раздраженно заявил он. Затем, слегка прихрамывая, подошел к своим рыцарям и спросил: - Что там творится?

- Предполагаем, их атаковал граф Иверский, - ответил капитан. - Больше некому. Возможно, с ним Барток.

- Отец! - Всеслав оставил супругу и приблизился к родителю: - Нам бы им помочь! Ведь разобьют их! Конница быстро в пехоте вязнет. Враг не ожидает, что мы решимся выбраться из крепости! Я не могу допустить, чтобы из-за меня погиб друг...

- Остынь! - осадил сына барон и задумался. Все замерли в ожидании его решения. Наконец лорд Казимир произнес: - Ладно. Собирай людей. Возьми пятьдесят человек.

- Спасибо, - обрадовался юноша.

- Милорд, можно и мне со своими воинами? - спросил разрешения Милан.

- Хорошо, - согласился барон, подумав, что вассал - опытный рыцарь и присмотрит за мальчишкой. Порыв ветра поднял и бросил в их сторону едкий дым от горящего тарана. - И демоны вас задери, потушите скорей эту штуковину у ворот, пока все не задохнулись! Всеслав, твоя работа?! - парень кивнул. - Вот и исполняй, если хочешь как-то за ворота выбраться!