Заговор богинь - Филис Кристина Каст

Стрела ударила Ахиллеса прямо в грудь, тут же превратившись в огненный шар, и горячая смола потекла по телу, как вулканическая лава. Сквозь отчаянную боль Ахиллес услышал крик Катрины, увидел, как она метнулась к нему, а мирмидоняне бросились на Париса, и он скрылся в бешеном водовороте мечей и крови.

Берсеркер, едва изгнанный, мгновенно вернулся. Ахиллес пытался сопротивляться ему, но, когда его тело охватило огнем, боль заглушила все. А потом перед ним всплыло лицо Катрины, и сквозь красный туман он увидел, как женщина схватилась за золотой медальон, висевший на ее груди, и рывком открыла его.

– Венера! Гера! Афина! Я призываю всех вас, чтобы вы исполнили обещание, которое дали мне!

Воздух задрожал, словно туман над утренним полем, и появились все три богини. Тело и разум Ахиллеса были охвачены пламенем, но он продолжал бороться с берсеркером, не желая терять себя.

– Я выполнила свою часть договора, – сказала Катрина, – А в качестве награды я хочу получить Ахиллеса. Я заявляю свое право на этого человека и прошу вас спасти его от монстра!

Ахиллес начал терять надежду, когда богини обменялись удивленными взглядами. Это было уж слишком... Но Катрина должна была попытаться. И он должен был попытаться. И все-таки его судьбу нельзя изменить... то, что было предсказано самими богами, не подлежит переменам, и те же самые боги ничего тут не могут сделать. Ахиллес закрыл глаза, сосредоточившись на том, чтобы удержать свою человеческую природу. Он хотел умереть человеком, а не уродом.

– Прошу вас... – Катрина умоляюще посмотрела на богинь.

– Дорогая, но если твой выбор именно таков, ты не сможешь вернуться в свой прежний мир, – сказала Венера.

– Ты проживешь всю жизнь и умрешь здесь, в Древнем мире, – добавила Афина.

– Подумай, действительно ли ты этого хочешь, – сказала королева Олимпа. – Уверена ли ты в этом?

– Я никогда и ни в чем не была так уверена за всю свою жизнь, – ответила Катрина, – Умоляю, спасите его!

Венера улыбнулась.

– Но ты уже спасла его. Возьми его за руку и позови!

Богиня любви послала Катрине воздушный поцелуй, и Кэт почувствовала, как ее словно ударило божественной силой. Она бросилась к Ахиллесу. Его тело было почти целиком охвачено огнем, но Катрина не колебалась. Она протянула руку сквозь пламя и схватила Ахиллеса за пальцы. Она не ощутила ни жара, ни боли, – только пылкую любовь к нему.

– Иди ко мне, Ахиллес! – Голос Катрины зазвенел над всей долиной вокруг Трои, многократно усиленный магией богини любви.

Она почувствовала, как Ахиллес содрогнулся. И что – то словно вспыхнуло в ее руке. Катрина потянула Ахиллеса к себе, и тут... из обгоревшего, изуродованного берсеркером тела великого воина вышел светящийся золотом человек. Он был не таким крупным, как Ахиллес, и выглядел на несколько лет моложе. На его теле не было ни единого шрама. Его глаза сияли чистой, ясной голубизной. В них не было ни боли, ни отчаяния, ни сожаления или чувства вины, которые сопровождали Ахиллеса более десятка лет. Он посмотрел на Катрину с таким счастливым видом, что ей показалось: ее сердце сейчас лопнет от радости. Ахиллес привлек ее к себе и нежно поцеловал. А потом, не выпуская руки Катрины, он повернулся к трем богиням. И опустился на одно колено. Мужчины, окружавшие их, последовали его примеру. Сражение прекратилось, и все глаза устремились на божественных красавиц.

– Пусть мое имя и не будут помнить в течение тысячелетий, но я клянусь: мои дети будут почитать богинь до тех пор, пока жизнь теплится в их телах.

– Вообще-то, мой дорогой, твое имя будут помнить вечно, – заявила Венера.

– Нет, богиня, – Ахиллес показал назад, на обгоревшее тело, которое уже почти полностью превратилось в тлеющий пепел, – Вон то – Ахиллес. А я – просто человек, не легенда, не миф, и уж конечно, не какое-нибудь божество.