Мятежная весна - Морган Родес

Клео все еще прижимала книгу к груди. Ник склонил голову, чтобы прочитать название: «Песнь волшебницы».

Нет, нельзя отвлекаться. Он обязательно должен сказать ей кое-что, пока им не помешали. Дворцовому стражнику, даже служившему поневоле, как он, редко удавалось оставаться наедине.

– Надо удирать из дворца, – прошептал Ник. – Надо уходить, пока это еще возможно… Пока существует шанс, что нас не заметят. Сегодня ночью!

– Нет, Ник. – Клео прямо смотрела ему в глаза. – Это мой дворец и мой трон. Я отсюда не побегу. По крайней мере сейчас.

– Я каждый день об этом думаю. Я больше не выдержу, Клео! Когда вернется принц… Я не могу защищать тебя от него каждый час, днем и ночью. Допустить, чтобы он убил тебя, как убил Миру…

– Ник… – При упоминании о погибшей подруге в ее глазах появилась боль. – Я скорблю о Мире так же глубоко, как и ты. Но твою сестру убил не принц, а король. – Она отложила книгу и взяла его за руки. – Магнус пощадил тебя. И он защитил меня в Лимеросе, когда на нас бросился убийца!

Он смотрел на нее, не веря своим ушам.

– Ты что, пытаешься защищать парня, убившего Теона? Который бился плечом к плечу со своим отцом, завоевывая нашу страну? Ты же… ты же не влюбляешься в него? Или как?

Клео отшатнулась, как будто он ударил ее по лицу.

– Да ты о чем? Я Магнуса не выношу, и это никогда не изменится!

Ник сглотнул, пытаясь отделаться от уколов совести, он ведь обвинил ее в чем-то совершенно немыслимом.

– Тогда я не понимаю, почему ты не хочешь без оглядки отсюда бежать.

– Потому, что здесь прошло мое детство. Шестнадцать лет счастья. Здесь живет память об Эмилии и об отце. И о твоей сестре, кстати. Это мое королевство. Это наша страна!

– Теперь все изменилось!

– Ты прав. Изменилось. – Клео посмотрела на книгу и коснулась обложки. Помедлила и наконец глубоко вздохнула. – Ладно. Ты все равно видел картинку. И понял, как нарисованное кольцо похоже на то, которое я ношу.

– Ну… видел. – Ник нахмурился. К чему она клонит?

Она вновь поймала его взгляд:

– Они не просто похожи. Мой перстень и есть тот, что здесь нарисован. Отец передал его мне, умирая… – Ее голос прервался. – Внятных сведений о нем очень немного, но кое-кто верит – оно есть ключ к отысканию Родичей и обузданию их могущества. Этот перстень некогда принадлежал волшебнице Эве. Благодаря ему она могла прикасаться к кристаллам и не гибнуть от источаемой ими силы. Ник, я должна найти эти кристаллы. Мне нужна их магия. С их помощью я одолею Гая и верну свое королевство.

У него голова шла кругом.

– То, о чем ты говоришь… Сумасшествие какое-то!

– Нет, Ник. Это все правда. Я знаю.

Ник честно старался переварить услышанное.

– Почему ты раньше ничего мне не говорила?

– Я не хотела подвергать тебя лишней опасности. – Она замялась. – И потом, я сама толком не знала, что делать и во что верить. Во всяком случае, не полностью. Теперь знаю. И эта книга подтверждает: предположения были правильны. Мое кольцо способно помочь мне свергнуть короля Гая.

У Ника даже в животе заурчало. Сколько откровений, и каких! Вот только цель его прихода сюда осталась прежней.

– Если еще хоть кто-то узнает, что кольцо у тебя… – Он взял ее за руку, фиолетовый камень захолодил ему пальцы. – Давай сегодня сбежим и все, что надо, вместе отыщем!

– Ник!.. – Ее взгляд стал горестным. – Пойми, пожалуйста: я бежать не могу.

Должна была быть веская причина того, отчего она не желала принять его план. И ему в голову лезла только одна. Источник его душевных мук, постоянных и невыносимых.

– Когда ты поцеловала его в Лимеросе, это выглядело так по-настоящему… как будто ты проделывала это очень даже охотно…

Клео застонала в отчаянии и отняла руки:

– Я уже говорила тебе. Все, что ты тогда видел, было просто спектаклем.

Ну да, в то время он готов был поверить. Но образ Магнуса – как он притянул принцессу к себе и поцеловал на глазах ликующей толпы – пролил ему в душу медленно разъедающий яд. Ник должен был все прояснить. Нужно было высказать все, что лежало на сердце. А то станет слишком поздно.

Ник вновь сжал обе ее руки и опустился перед ней на колени.

– Клео, я люблю тебя. Люблю больше всего на свете. И я прошу тебя бежать со мной. Прочь от всего этого!

Другие стражники наконец обратили на них внимание и на всякий случай подошли ближе.

– Все в порядке, ваше высочество? – окликнул один из них.

– Да, конечно! – отозвалась она. – Мой друг просто решил пошутить! – Клео послала им ослепительную улыбку, после чего сурово посмотрела на Ника. – Будешь так себя вести, тебя же в темницу упекут!

У него в груди разгорелась такая боль, словно его пырнули кинжалом. Некоторое время он молчал, совершенно сокрушенный отчаянием. Потом поднялся. Сердце в груди было тяжелей камня.

– Мне пора. Пойду подумаю…

– Ник!

Он покинул дворик, не оглянувшись.

– Еще! – Ник махнул рукой прислуге. Он уже потерял счет бокалам, которые осушил, и не намерен был останавливаться.

– Она не любит меня, – запинаясь, выговорил он и опрокинул в рот порцию огненно-крепкого вина. – Что ж… да будут обе наши неизбежные смерти… в самом логове врага… по возможности быстрыми и безболезненными…

Таверна именовалась «Тварь», ибо со стороны напоминала огромное черное чудище, восстающее из грязи. А еще оттого, что ее завсегдатаи наутро мучились жутким похмельем и чувствовали себя ничтожными тварями. Ник это знал, но в данный момент ему было плевать.

– Судя по твоему виду, денек выдался скверным. – В голосе собеседника ощущался легкий заморский акцент. – Ну и как? Выпивка помогает?

У полупьяного Ника уже клубился перед глазами туман, и все же он испытал удивление: рядом с ним уселся не кто иной, как принц Ашур из Крешии. Нику было известно, что принц, явившийся на свадьбу, решил задержаться в гостях и временно поселился в западном крыле замка. Все дворцовые охранники получили от самого короля приказ пристально наблюдать за великолепным холостяком. Шептались, что будто бы король усматривал в госте угрозу своей власти. Так или иначе, отец Ашура завоевал половину населенного мира, и проделал это с такой легкостью, словно отнял конфетку у младенца.

Ник на некоторое время лишился дара речи.

– Это вино делают из перебродившего риса, – ответил он наконец. – Его везут морем из Терреи. И – нет, не помогает. Пока не помогает, я имею в виду. Но со временем…

– Эй, прислуга! – окликнул принц Ашур. – Еще по стаканчику рисового вина моему другу Нику и мне!

Слуга очень быстро поставил перед ними стаканы. Ник смотрел на собеседника с любопытством.