Война ведьмы - Джеймс Клеменс

Убедившись, что девочка его слушает, Джабиб заговорил громче, чтобы все могли его слышать.

— Скажи, малышка Шишон, ты знаешь, зачем тебя сюда привели?

Шишон неуверенно покачала головой. Она засунула большой палец в рот, но Джабиб мягко отвел ее руку в сторону.

— Ты должна выбрать себе защитника. Ты знаешь, что это значит?

— Мадер говорит, что я должна показать на папу, — едва слышно ответила она.

— Значит, ты хочешь, чтобы твой папа умер?

Шишон широко раскрыла глаза, и по ее щеке покатилась слеза.

— Умер?

Джабиб кивнул. Он развернул Шишон лицом к Альстеру.

— Этот большой мужчина разрежет живот твоему папе огромным мечом, если ты укажешь на папу. Ты хочешь его выбрать?

Теперь слезы потекли по обеим щекам девочки.

— Нет, — сдавленным голосом проговорила Шишон. — Я не хочу, чтобы папе резали живот.

Пинорр больше не мог этого выносить.

— Оставь ребенка в покое, — сказал он, и его сердце наполнилось болью. — Пожалуйста.

Джабиб погладил девочку по голове и встал.

— Вы слышали ее слова. — Его голос разнесся над притихшей толпой. — Она отказалась от Пинорра.

Альстер выступил вперед.

— Она должна выбрать защитника, который будет участвовать в кровавом поединке со мной. Была объявлена джакра.

— Давай прекратим этот позор, — сказал Пинорр. — Ты можешь покончить со мной, но не втягивай девочку в наши разногласия.

— И убить шамана? Чтобы на мой корабль пало проклятие богов? Я не думаю, что команда с этим согласится.

Пинорр пристально посмотрел на Альстера.

— Значит, ты готов убить невинного ребенка? На глазах у всей команды?

— Это не мой выбор, — заявил Альстер. — Я лишь хотел ее наказать. Пара ударов хлыстом, ничего больше я не собирался делать — вам обоим необходим небольшой урок. Но ты выбрал другой путь — ты, а не я.

Пинорр скорчил гримасу, но ему было нечего возразить. Он считал себя таким умным, таким умудренным опытом.

— Если ты заберешь у меня Шишон, я найду способ тебя уничтожить. Обещаю.

Альстер пожал плечами.

Мадер Джил разрешили вернуться, чтобы успокоить Шишон. Старая женщина обняла девочку и шептала ей слова утешения.

Пинорр понимал, что проиграл. Он попытался подойти к внучке, но охранники его не пустили.

Джабиб вновь опустился на колени возле маленькой Шишон.

— Ты должна кого-то выбрать, дорогая, чтобы он сражался за тебя.

Пинорр перестал слушать. Все было кончено. Никто не согласится.

Шишон высвободилась из объятий Мадер Джил. Ее застывший взгляд был направлен куда-то далеко. Страх заставил девочку уйти в себя. Шишон подняла голову вверх, к потолку.

— Они там, — пробормотала она.

Неожиданно удар грома раздался где-то совсем рядом, словно треснул киль лодки. Все вздрогнули.

Джабиб коснулся плеча Шишон.

— Выбирай, — нетерпеливо сказал он.

Когда Шишон овладевало безумие, в ее руках появилась сила взрослого мужчины. Она стряхнула с плеча руку Джабиба и побежала к толпе матросов. Команда расступилась перед ней. Никто не осмеливался встретиться с ней взглядом. Никто не хотел отказать ей, если выбор Шишон падет на него.

Джабиб помчался за Шишон. Толпа раздалась, позволяя Пинорру и Альстеру последовать за Джабибом. Шишон бежала по трапу на верхнюю палубу. За ней следовали Джабиб, Пинорр и Альстер, остальные матросы не отставали.

Когда Пинорр выбрался из тесного душного помещения на палубу, его поразил холод. Погода стремительно менялась. Вновь ударил гром. Небеса на юге превратились в сплошную стену черных туч. Даже к садящемуся солнцу подбиралась темная пелена. И только море оставалось необычно гладким. Едва заметные волны в лучах заходящего солнца стали похожи на кованое железо.

На мачтах других кораблей флота мелькали сигнальные огни. Моряки брали рифы на парусах, обрывки отчаянных приказов разносились над неподвижной водой.

Пинорр повернулся к Альстеру.

— Ты так и не объявил тревогу, — сказал шаман.

По лицу Альстера промелькнуло виноватое выражение. Однако его взгляд был прикован к черной стене туч.

Пинорр понимал, что не может свалить всю вину на Альстера. Когда шаман узнал об опасности, грозящей Шишон, он забыл о предупреждении морских богов. Они оба оказались глупцами — и теперь всему флоту грозила опасность.

Шишон стояла возле правого борта и смотрела на приближающуюся бурю. Казалось, ее глаза что-то ищут в небесах. Джабиб подошел к девочке. Альстер и Пинорр присоединились к ним.

Первый помощник посмотрел на своего капитана.

— Нам необходимо задраить все люки и спустить паруса. От такого шторма убежать не удастся. Остается лишь молиться, чтобы корабль остался на плаву.

Альстер молча кивнул. Молодой шкипер первый раз видел убийцу кораблей и потерял дар речи.

Пинорр воспользовался страхом Альстера.

— Только морские боги могут защитить нас этой ночью. Избавь Шишон от джакры, и я попрошу кровавый выкуп у богов. А если ты откажешься — будешь молиться сам, и тогда ты узнаешь, как мало боги прислушиваются к обычным людям.

Альстер повернулся к Пинорру.

— Это все твоя вина! — прорычал он, и его страх, словно огонь, зазмеился по груди шкипера. — Ты призвал на нас это чудовище!

Джабиб попытался успокоить капитана, положив ему руку на плечо, но тот оттолкнул его, и первый помощник ударился спиной о борт.

— Нам потребуются все молитвы, — с тревогой сказал Джабиб, — в особенности молитвы шамана.

Альстер грубо схватил Шишон за плечо.

— Пинорр проклял нас. И перед тем как начнется шторм, я лишу предателя самого дорогого. — Альстер попытался оторвать Шишон от поручней у борта, но она не поддавалась. Лицо Альстера исказилось от ярости. — Морские боги увидят, что я выполняю кодекс дри'ренди, и защитят нас.

Джабиб оставался рядом с капитаном. Пинорр видел, что он встревожен. Первый помощник понимал, что план Альстера безумен. Пролить кровь на палубе перед штормом — худшей приметы не существовало. Кровь потребует новой крови. И команда не станет это терпеть.

— Я требую начать кровавый поединок! — заорал Альстер. — Немедленно! — Ему наконец удалось оторвать руки Шишон от поручней.

Она вскрикнула от страха и попыталась ухватиться за Пинорра.

Пинорр встал на пути разъяренного шкипера. В глазах Альстера старый шаман увидел зеркальное отражение наступающего шторма. Когда сила приближающейся опасности отнимала у человека разум, дри'ренди называли такое состояние лихорадкой бури.