Закон девяток - Терри Гудкайнд

— Что ж, превосходно. Кстати, тут в новостях передали сообщение о крупном пожаре в вашем городе, что-то такое насчет психиатрической больницы… Вы слышали?

Алекс не был уверен, к чему клонит адвокат, поэтому решил не вдаваться в подробности.

— Ну да, что-то мелькало по телевизору…

— Понимаете, один из моих партнеров — мистер Бакман — в начале года заболел, и его врач заподозрил нервное истощение, которое начало перерастать в психоз. До основной причины добраться не удалось, вот его и решили поместить в ту больницу… «Мать роз», если не ошибаюсь. Похоже, они специализируются на такого рода проблемах. Это частная клиника, где мистеру Бакману обеспечили особый уход и спецлечение.

У Алекса пересохло во рту.

— «Спецлечение»? Под чьим руководством? Вам известно имя лечащего врача?

— Некто доктор Хоффманн… Я просто хотел узнать, нет ли у вас каких-нибудь дополнительных сведений, а то журналисты частенько путают факты. Видите ли, мне до сих пор не удается выяснить, как дела у мистера Бакмана. Не знаю даже, пострадал ли он при пожаре. Репортеры заявляют, будто большинство жертв приходится именно на девятый этаж, где лежал мистер Бакман…

Алекс и Джекс переглянулись.

— О-о, понимаю… В пожаре погибла моя мама. Как раз на девятом этаже.

— Господи!.. — Фентон пару секунд молчал. — Простите, ради Бога, я не знал!.. Мистер Рал, мои искренние соболезнования!

— Да, мистер Фентон, благодарю вас.

— Я прекрасно помню, что ваша матушка не смогла вступить в права наследования из-за какой-то болезни, однако я и не подозревал, что она проходила курс лечения именно там… Какое поразительное совпадение! И она, и мистер Бакман лежали в одной и той же клинике, да еще на одном и том же этаже…

— Да, совпадение на редкость удивительное.

Алекс не верил в совпадения. В голове крутился вихрь мыслей.

— Мистер Фентон, а вы не пробовали связаться с властями штата Небраска? Может, ваш коллега числится среди людей, которые благополучно выбрались из пожара? Я слышал, там царил подлинный хаос, но многие пациенты все же сумели спастись.

— Да-да, я тоже это слышал, но пока что никак не удается найти концы; судя по всему, там до сих пор не успели навести порядок. Как вы знаете, я адвокат, а поэтому сумел преодолеть обычные бюрократические рогатки и вышел на руководство… Вы не поверите, они по сей день ищут список пациентов!

— А как дела с другими документами? — поинтересовался Алекс.

— Мне заявили, будто все архивы погибли в огне. Правила требуют дублировать записи и хранить копии файлов в другом месте, но что-то у них случилось… то ли компьютерный вирус, толи еще что… Словом, никто ничего не подозревал, а когда стали считывать файлы, то выяснилось, что они повреждены и восстановлению не подлежат. Другими словами, руководство больницы понятия не имеет, сколько у них лежало пациентов. Даже не могут определить число погибших… Ах, простите, я совсем заболтался. Все про мистера Бакмана говорю, хотя вы потеряли там родную мать… Вам, наверное, сейчас совсем не до этого, много других дел, организация поминок…

— Нет-нет, все дела уже сделаны. У меня не осталось родственников. Дед умер не так давно. А мама… Все эти годы она провела в психбольнице, без друзей или хотя бы хороших знакомых… В общем, нечего мне организовывать. Остается лишь ждать, когда обнаружат ее останки… если, конечно, вообще обнаружат. Пожар был чрезвычайно сильным.

— Понимаю-понимаю… И… вы собираетесь заехать к нам?

Алексу почудилось, что в голосе мистера Фентона скользнули какие-то странные нотки.

— Да. Постараюсь взять билеты на ближайший рейс до Бостона.

— Билеты?.. Вы разве не один?

— С невестой.

Очередная пауза.

— О! Чудесная новость! Поздравляю!

— Спасибо. Вам нужно с ней познакомиться, она удивительный человек. Помогла мне пережить потерю мамы. Ее зовут Джекс. Она сейчас здесь, рядом стоит. Можете сказать ей «привет», в моем мобильнике включен динамик.

Алекс нетерпеливо махнул рукой, и Джекс нагнулась к телефону.

— Здравствуйте, мистер Фентон.

— Приветствую вас, Джекс! Очень жаль, что вам с Алексом приходится сейчас переживать нелегкое время.

— Спасибо. Держимся как можем.

— Тогда до скорой встречи. Жду с нетерпением.

— Мы тоже.

— Я сообщу, как только узнаю номер рейса, — вставил Алекс.

Долгая-предолгая пауза.

— Э-э… мистер Рал… я бы не рекомендовал вам лететь самолетом.

В Алексе сработали все антенны и датчики тревожной сигнализации.

— То есть? Почему?!

Вновь пауза.

— Мистер Рал, могу ли я быть с вами откровенен?

— Разумеется…

— Мне кажется, что кое-какие люди желают вас… э-э… найти.

Алекс похолодел.

— Кое-какие люди?..

— Да-да. Не исключено, что вам грозит опасность. Те, кто ожидает вашего прибытия в Бостон, могли взять под наблюдение аэропорт и автовокзалы… вернее сказать, любые виды общественного транспорта. Я бы не хотел лишний раз вас тревожить, мистер Рал, однако мне представляется, что эти люди опасны.

— По-моему, я догадываюсь, о ком вы говорите.

Потянулась еще одна пауза, довольно продолжительная, словно мужчина на том конце линии прикидывал, чего и сколько можно сказать по телефону.

— Э-э… к вам уже кто-то обращался… или угрожал?

— Полагаю, мы имеем в виду одних и тех же людей. Да, я уже успел на них наткнуться.

— Но вы в порядке? — торопливо уточнил мистер Фентон. В его голосе звучала неподдельная тревога.

— Да-да. Полагаю, мне лучше всего приехать как можно быстрее. Помнится, ваш адрес…

— Нет.

— Нет?

— Видите ли… — Вновь пауза. — Боюсь, эти люди следят за моим офисом, хотя я не уверен. Извините, не хочу вас понапрасну пугать. Не исключено, что у меня просто паранойя.

Алекс сделал глубокий вздох.

— Мистер Фентон, дело слишком важное, чтобы ходить вокруг да около. Вы честно сказали мне о своих подозрениях; теперь моя очередь быть откровенным. Слушайте внимательно, очень внимательно. Эти люди — убийцы.

Он не знал, как отреагирует собеседник: рассмеется или просто повесит трубку.

— Да-да, слушаю вас, мистер Рал!

Адвокат не стал шутить. Напротив, голос его звучал настороженно, даже испуганно.

— Прежде всего зовите меня Алекс.

На том конце провода раздался вздох облегчения.

— А меня зовут Майрон, но если вы вздумаете хотя бы раз произнести это имя в моем присутствии, я подам на вас в суд за причинение тяжкой психологической травмы. Для всех я просто Майк.