Закон девяток - Терри Гудкайнд

— А ты почему такой чистенький и опрятный?

— Успел сходить в душ, пока ты спала.

— А-а… — протянула Джекс, возвращаясь в комнату. — Мы вроде договорились, что ты уступишь мне первую очередь.

Он усмехнулся:

— Люблю во всем быть первым, даже если приходится нарушать кое-какие правила.

Джекс подарила ему многозначительный взгляд.

— Рада это слышать.

— Ну как ты себя чувствуешь?

— Будто родилась заново.

— Но твоя красота осталась на месте.

Она улыбнулась:

— Ты тоже ничего.

— Ладно, раз уж тебе сейчас лучше, пора поговорить, — заявил Алекс, переходя на серьезный тон. — Перед нападением моя мать сказала, что врачи задавали ей вопросы насчет какой-то «заставы». Я хорошо помню, что это слово на тебя очень сильно подействовало. Ты, похоже, догадалась, о чем идет речь и чего добиваются эти люди.

Она кивнула:

— Да, они ищут заставу.

Алекс нетерпеливо закатил глаза.

— Объясни толком, что это значит.

— Ну… — забормотала она, одновременно складывая грязные вещи и запихивая их в спортивную сумку, — помнишь, как я рассказывала, что хотела захватить с собой твой пейзаж? Подаренную тобой картину?

Алекс кивнул:

— Ты еще сказала, что по дороге она потерялась, и, дескать, это подтверждает опасения, что из моего мира ничего нельзя принести в твой.

— Вот-вот. С другой стороны, возникает вопрос: если ничего нельзя перемещать, то с какой стати Раделл Каин в течение столь долгого времени упорно засылает сюда своих людей? Что же им нужно?

— Например, какие-то знания…

— Пожалуй, такой вариант тоже нельзя сбрасывать со счетов, однако лично мне кажется, что он хочет найти нечто более фундаментальное. И совершенно особенное, если учесть все те усилия, которые они на это затратили. Например, зачем им понадобилось столько лет держать твою мать в заточении? И что им было нужно от тебя?

— Ясно: они ищут доступ к какой-то заставе, но я понятия не имею, что это такое. — Алекс беспомощно развел руками. — Какая такая застава? На кой ляд она им сдалась?

Джекс засунула наконец сложенные джинсы в сумку и выпрямилась.

— В определенных кругах уже давно существует гипотеза, что после разделения наших миров некая форма связи между ними все-таки сохранилась. Впрочем, это очень туманная теория.

Алекс подозрительно уставился на девушку.

— И что именно она гласит?

— Ты помнишь, как я рассказывала, что лорд Рал выслал всех своих противников, чтобы положить конец междоусобице?

— Да. Ты сказала, что часть твоих соплеменников попала сюда иным путем, не как ты. Дескать, миры на какое-то мгновение были соединены между собой; после их расстыковки противники волшебства оказались тут, а сторонники магии остались там.

— Правильно. Вот почему то событие называется «Раскол». Принято считать, что лорд Рал на краткий миг протянул мост между мирами, чтобы переправить сюда всех тех, кто не желал существовать в мире, пропитанном волшебством.

— Они прошли через пресловутую заставу?

— Нет, но… Понимаешь, должна иметься некая физическая точка для такого соединения, как бы крошечная брешь в пустоте, которая разделяет наши миры. Нечто вроде окошка в пространстве и времени, которое позволило сохранить баланс в момент соприкосновения миров. Тот факт, что мы способны попадать сюда и затем возвращаться, считается доказательством, что это соединение до сих пор существует; в противном случае, заявляют сторонники гипотезы, мы не могли бы пересекать разрыв между нашими мирами… Так вот, кое-кто полагает, что застава является побочным эффектом Раскола. Это артефакт, своего рода аномалия, которая сохранилась по сей день. Другие сторонники гипотезы о существовании заставы утверждают, что речь идет о некоем механизме балансировки, который был вынужден создать лорд Рал, иначе Раскол не смог бы состояться.

— Хм… А почему ты говоришь «гипотеза», «теория»? Разве ничего более конкретного не известно?

— Когда-то имелись летописи, однако длительный период «золотого века» завершился войнами, много ценных архивов было уничтожено. Темное было времечко, и когда оно закончилось, мы остались практически без истории.

Алекс вздохнул.

— Выходит, ты считаешь, что после Раскола между нашими мирами остался некий… э-э… акведук? «Кротовая нора»?

Джекс поморщилась.

— Кроты здесь совершенно ни при чем. А образ «акведука» слишком уж упрощает дело, хотя… да, пожалуй, сравнение в чем-то справедливо. Лучше, однако, воспринимать эту заставу как своего рода отдушину, которая помогает сохранить необходимый баланс между колоссальными силами по обе стороны.

— А ты сама как думаешь: застава реально существует или же народ просто выдумывает небылицы?

— Это гипотетические выводы, вытекающие из того немногого, что нам известно про Раскол. Ну и, разумеется, к этим выводам пришли люди, которые сами подписались под теорией о существовании заставы.

— А почему ты только сейчас об этом заговорила? Откуда такая необходимость? Почему раньше об этом не упоминала? Как ни крути, застава звучит очень внушительно.

— На самом деле я пересказала тебе невнятную и заумную теорию. Если на то пошло, ее всегда считали несусветной фантазией. Мне и в голову не приходило, что Раделл Каин ухватится за такую безумную идею… Но потом твоя матушка произнесла это слово… Понимаешь, когда я узнала, что ее расспрашивают именно о заставе, все вдруг встало на свои места. Как по щелчку.

— Ну хорошо, а вот такой вопрос: пусть даже эта застава некогда существовала, где гарантия, что она сохранилась до сих пор?

— Не знаю. Зато Раделл Каин, как ты видишь, твердо в это верит. Его люди расспрашивали твою мать, и меня пытали таким же вопросом. Да и тебя, наверное…

— И меня, — признался Алекс. — Я бы даже сказал, что ни о чем другом они разговаривать вообще не хотели.

— В общем, твоя матушка дала мне ответ, который я долго искала. Раделл Каин намерен найти заставу.

До Алекса внезапно дошло.

— Постой-ка… Мое наследство… Застава должна находиться на той земле, которая перешла мне по завещанию!

Джекс кивнула.

— С самой первой минуты все вращалось вокруг твоей земли.

— Но зачем им тогда моя мать? Или я сам? Если они подозревают, что застава находится на моей территории, отчего бы не взглянуть на нее собственными глазами? В конце концов, там сплошные лесные дебри. Отдаленное глухое место. Им ничто не помешало бы завладеть заставой втихую.

— А вдруг они не смогли ею воспользоваться? Может, именно по этой причине их так заинтересовал род Ралов?