Стезя и место - Евгений Красницкий

Аристарх снова сделал небольшую паузу и громко вопросил:

– Кто может назвать более достойного?

Ответом была тишина.

– Кто может назвать более достойного? – повторил вопрос Аристарх. – Говорите сейчас, ибо потом я уже не услышу!

Снова тишина.

– В третий раз вопрошаю: кто может назвать более достойного?

На этот раз пауза была более длинной. Аристарх не спрашивал согласия, не желал слушать возражения или комментарии, он просто задал вопрос, на который у ратников не было ответа.

– Подойди, отрок!

Мишка обогнул костер и по знаку Аристарха опустился перед ним на колени. Жрец положил ему на плечо посох из темного дерева, обвитый чеканными серебряными молниями, и торжественно провозгласил:

– Нарекаю тебя, брат, именем Окормля![20]Под сим именем впредь знаться тебе в братстве Перуновом. Встань.

Аристарх накинул на Мишку край медвежьей шкуры, прижал к себе, словно подчеркивая свою близость с новым собратом Перуновой дружины и вдруг командным голосом заорал:

– Кто взрастил и воспитал брата Окормлю?

– Корзень! – не в лад отозвалось несколько голосов.

– Кто возродил Младшую стражу по старине и заветам предков?

– Корзень! – отозвался хор голосов.

– Кто ныне подарил нам надежду на доброе будущее ратнинской сотни?

– Корзень! – Теперь уже имя сотника выкрикнули все, или почти все.

– Так чего же вы ждете?

Первым спешился и подошел к Корнею, протягивая ему рукоятью вперед свой меч, десятник Леха Рябой. Корней принял меч и тут же, держа на раскрытых ладонях рукоять и конец ножен, с поклоном вернул оружие десятнику. Тот до половины выдвинул клинок, поцеловал его и, низко поклонившись, отошел в сторону, освобождая место следующему.

– Смотри, парень, внимательно смотри! – прошептал Мишке на ухо Аристарх. – Кто-то из них доживет до того времени, когда вот так же из твоих рук оружие примет.

Мишка смотрел. Сначала на то, как ратники, один за другим, принимают оружие из рук Корнея-Корзня, потом – как проходят ритуальные испытания опричники, но мысли его витали далеко.

«Ну вот, вскрылся еще один пласт ранее недоступной информации… как матрешек одну из другой вынимают. Ладно, и с этим разберемся. А десятничество Тихона, надо понимать, приказало долго жить… так, может быть, утащить отцовский десяток в крепость? На свежую росчисть, в новые дома… пойдут ли? С дедом поговорить надо будет или с Аристархом сначала? Наверняка же оставит меня после церемонии, чтоб поговорить.

Однако, сэр Майкл, он же Михайла, он же Ждан, он же Окормля… как говорится: «Если хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах». Даже не насмешка Фортуны, а форменное издевательство – начали вы с мыслей о создании православного рыцарского ордена, а закончили посвящением в преемники председателя тайного общества имени языческого бога Перуна. Чего только в жизни не случается!»