Зеркало любви - Галина Гончарова

– Шпиона? – без обиняков уточнила девушка.

– Для этого будут другие люди. А вы должны стать подругой. Вы уже сделали первый шаг, сделайте и второй.

Малена слушала молча.

Что тут скажешь, роль ей достанется гаденькая. Следить за настроением Дилеры, сообщать, контролировать, а потом еще и дети пойдут…

Гнусно?

А, наплевать!

Она же не для себя, она для Аллодии стараться будет. А выбора, похоже, и правда нет. Ну, его высочество… подложил свинью.

Оставалось только согласиться и попробовать сделать шашлыки. Вдруг да получится?

* * *

Матильда не осталась во дворце. И Рид не позволил себе ничего лишнего, к немалому неудовольствию девушек. Но…

Это – его невеста. Пока.

И ее компрометировать нельзя. Да и некогда, завтра – королевская свадьба.

Матильда Домашкина

– Малена, привет!

– Сережка! Привет! – обрадовалась Малена.

Давид поднял брови, но пока смолчал.

– Как у тебя дела? Петь когда придешь?

Малена вздохнула.

– Сережа, я, наверное, завяжу с этим.

– Почему? У тебя ж хорошо получается.

– Я замуж выхожу, – просто объяснила Малена, – вряд ли муж одобрит мое увлечение.

На том конце провода подавились слюнями.

– Т… кхы! З-муж?!

– Да, Сережа.

– За кого? Не секрет хоть?

– За Давида Асатиани.

Слюнями подавились вторично.

– Ты че… всерьез?

– Вполне.

Сережа раздумывал недолго.

– Малена, приглашай нас на свадьбу оркестром! Мы такое сбацаем! Все от зависти сдохнут…

Малена подумала пару секунд.

– Хорошо, я поговорю с Давидом, и если он будет не против…

– Йес!

– Если он не откажет, ты понял?

– Понял. Но – йес!

Малена повесила трубку и подумала, что они останутся друзьями. Это хорошо.

Сергей повесил трубку и подумал, что хоть ничего с богатой невестой и не вышло, но, может, выйдет с пиар-кампанией? Тогда их ансамблю прямая дорога на заработки, а это неплохо.

Давид подумал, что у него умная невеста. И – согласился.

Узнав об этом, Сережа подавился слюнями в третий раз. От восторга. И помчался звонить ребятам, чтобы организовать все заранее. Они должны быть круче всех! И никак иначе!

Мария-Элена Домбрийская

Королевская свадьба.

Кому-то видится торжественное мероприятие?

Пир, бал, фейерверк?

Ага, безусловно. И гулянье для простого народа. Его величество, он же счастливый жених, передвигается исключительно в кресле, которое тягают два дюжих гвардейца, а еще два по сторонам оглядываются, чтобы на жениха не покусились.

Невеста в белом, вся нежная и восторженная…

Ага. Малену пустили к Дилере за два часа до свадьбы.

Час они рыдали (Дилера – в принципе, Матильда – из сострадания и чтобы пострашнее быть), полчаса принцесса рассказывала, какой замечательный Найджел и какое чудовище его отец, а за оставшиеся полчаса запустили служанок. Можно бы и раньше, но ее высочество уже двух до больницы довела.

Вазометание – это такое специальное боевое искусство у аристократок. Две вазы – две выбывших служанки, еще одну, и можно приз давать за меткость.

Сделать что-то симпатичное из этого огородного пугала Матильда даже и не пробовала. Кое-как запудрила все, что подвернулось под руку, и нарисовала на получившейся маске глаза и губы. Выглядело страшновато.

С другой стороны, королю с ней не спать. Как еще принц справится… хотя у него есть свободный выбор. Полежать на девушке – или полежать на плахе. На второй, правда, недолго, но Найджел выбрал первую.

Сейчас он находился под ласковым присмотром архона Реонара, и выпускать его оттуда никто не собирался. Даже на свадьбу.

Принц болен, оттого и свадьба так быстро, оттого и не до церемоний… единственный наследник, торопиться надо, чтобы дубликат был. Дети-то в пять минут не делаются!

Ринию написали письмо. Но пока оно еще дойдет, там три раза все будет кончено. Отбирать жену у Остеона – себе дороже выйдет, да и Дилера не согласится.

К чести Рида, о том, что Дилеру придется убирать, он Малене не сказал. Даже не намекнул. Просто попросил пожалеть девушку. И Малена, как подруга, вела сейчас отчаянно некрасивую девушку к такому же отчаянно больному супругу, испытывая потрясающее чувство дежавю. Тот же архон, те же слова, разве что храм другой, но в Ромее они все похожи.

Только кругом марево враждебных лиц. Наверное, единственные, кого Малена могла разглядывать без отвращения, – это были Ардонские, попавшие, благодаря ей, на этот праздник жизни и светящиеся собственным светом от счастья.

Какие тоскливые глаза у Дилеры…

Матильде оставалось сжимать руку принцессы, отчаянно ей сочувствуя, и ждать, пока все завершится. Хорошо хоть, нюхательные соли дали, а то принцесса три раза порывалась в обморок упасть.

Но наконец все закончилось.

Малена проводила ее высочество в спальню и помогла раздеться.

– Останься, пожалуйста, – попросила Дилера, сжимая пальцы девушки. – Мне страшно…

– Обещаю, – шепнула Малена.

Такой выверт средневекового сознания. Смерти они не боятся – все равно к богам в гости не страшно, а вот потерять девственность – это страшно. Где логика?

Малена ее найти и не пыталась и не сильно удивилась, когда в спальню вошел его величество, пошатываясь от слабости. Едва успела поддержать его, чтобы на кровать не упал, а сел. Идет бычок, шатается… зеленый, как трава.

– Ваше величество!

Остеон махнул рукой, мол, топай отсюда, но тут уже пискнула Дилера:

– Ваше величество, пусть Малена меня проводит. Мне страшно…

Остеон закатил глаза, но дал «добро». Долго ждать не пришлось, потайной ход открылся, пропуская маркиза Торнейского. Рид поклонился.

– Ваше величество, ваше величество… Малена…

– Малена меня проводит, – распорядилась Дилера. – И подождет, да?

– Разумеется, ваше величество, – поклонилась Малена. Плохо, что ли? С мужем побыть лишних пару часов?

– Тогда – прошу вас, дамы…

Рид поклонился, и дамы скользнули в потайной ход.

* * *

Ход продолжался достаточно долго, но был благоустроенным. Не свисала с потолка паутина, не попадались под ногами корни, только ровные плиты. Рид нес факел и освещал дорогу.