Зеркало любви - Галина Гончарова

Мария-Элена Домбрийская

Малена расчесывала волосы перед зеркалом. Она была под впечатлением от вчерашнего.

Давид приехал поздно вечером, ничего толком не рассказал, только показал купчую на бывший храм, а ныне пристань, и отправился спать. Ну, девушки тоже отправились.

– Как ты думаешь, какие перспективы? – Малене было интересно.

– Для Асатиани? Осмотрят все, вытащат все, покажут – мизер. Находка принадлежит тому, кому и земля принадлежит. Или, там, строение. Допустим, найдут иконы, или клад, или еще что… Кстати, и поп мог быть в курсе и в доле, это надо раскапывать подробности… мог спрятать там и посуду, и еще что… К примеру, посуду покажут, или монеты какие, а самое ценное заначат.

– И с нами вряд ли поделятся.

– Это уж вовсе из голливудских опер будет сюжет. Ты видела где-нибудь, чтобы волк отрывал кусок от добычи и отдавал крысе?

– Нет. Но мы и не крысы…

– По меркам Асатиани у нас масштаб микроба. Не прикопали бы…

Малена поежилась.

– Ты поэтому вчера не спорила?

– Ты – официальная наследница. Легитимная, так сказать. Мать, конечно, но ей пасть заткнуть несложно. Ее прессе не предъявишь, а вот тебя – о да! Тут такую шумиху поднять можно, такой пиар продвинуть, что старший Асатиани будет с этого десять лет кормиться, еще и за рубежом отметится. Если поймет свою выгоду, конечно.

– Должен понять.

– Но это по размышлении, не сгоряча, понимаешь? А потому для нас лучший вариант пока исчезнуть с глаз долой и разводить руками. Все на доверии, вы же не обманете сироту…

– Еще как обманут.

– Если ты выходишь замуж за Давида, то все остается в семье. Чего тут обманывать?

– У вас разводиться можно, я помню…

Матильда хмыкнула.

– Малечка, давай цинично? Развод будет таким, какой Давид захочет. На его условиях. Мы с ним бодаться не сможем чисто физически.

– Почему?

– Я никогда не верила сказке «Золушка». Никогда.

– Почему?

– Потому что сказки заканчиваются свадьбой. А каково оно в семейной жизни? От печки во дворец?

– При чем тут одно к другому?

– Да при том, Малечка. Что сиськи-письки…

– Матильда!

– Пофиг! Пойми, никогда ничего не решали секс и внешность. Никогда. Нужно образование, воспитание, база нужна, самоуважение… да много чего.

– Но ведь живут же семьи?

– У нас разводиться можно, ты помнишь?

Малена вздохнула.

– Так много нужно знать, уметь… а если я не смогу?

– Попробуем. Исходные данные у нас сильные, а что уж там будет… не знаю, Малечка. Справимся. Обязаны.

– А… Рид?

– А, то же самое. Только здесь нам еще и сложнее придется, Рид старше, и техникой секса его точно не удивишь.

Герцогесса покачала головой. Но что уж тут…

– А что, ты думаешь, внизу?

– Колодец, скорее всего. Может, потайной ход. Может, клад.

– Колодец быть должен. Это правильно. У нас всегда колодцы устраивали… потайные.

– И в Донэре есть?

– Есть…

– А ублиет?^[19]

– А что это такое?

Разъяснить Матильда не успела. В дверь постучали.

– Ваша светлость?

– Да?

– Курьер. Из дворца…

Матильда вылетела вихрем. И не обратила внимания на Лорену, которая проводила ее злобным взглядом.

– Что тут у нас?

Курьера подхватила верная Аманда, повела на кухню, кормить и денег давать, а Матильда сломала королевскую печать.

– Оп-па!

– Ваша светлость?

– Ро, ты на свадьбу не хочешь? – непринужденным тоном поинтересовалась Матильда.

– Чью? Вашу? Ой, то есть простите…