Звезды взаймы - Олег Кулагин

Ещё два тела на каменных плитах. Оцепеневшие фигуры. И взрослая безнадёжность во взгляде семилетней девочки.

А в глазах Кэй-Ми – смертельная тоска. Губы дрожат. Пальцы крепко, до белизны сжимают плазмоган.

Кажется, это Васькин. Три заряда…

Но если сейчас я брошусь вверх по ступеням – хватит и одного.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Потом она роняет плазменную винтовку на пол. И закрывает лицо ладонями.

Её плечи вздрагивают.

Ер-Кис подходит ближе, отшвыривает оружие ногой.

– Дура! – бормочет Васька.

А я смотрю на «бомжа».

Что будет дальше? Слишком высокая цена у невзрачного камня на моей ладони…

Ер-Кис выжил в том ущелье. Выжил и здесь, в Гробнице. Всё ради того, чтоб защитить это чёртово Око.

Кто скрывается под грязным рубищем – офицер, приставленный охранять последнее сокровище Верданы?

Бог знает, сколько месяцев он торчал в этой бескрайней, раскинувшейся на целый мир пустыне. И вдруг появились чужаки, для которых Гробница – отнюдь не наглухо запечатанная ловушка…

Почему он нам помог? Почему не застрелил – ещё там, в Арр-Махе? Единственных людей, способных достать артефакт…

А может, теперь он хочет исправить свою ошибку?

Трудно прочесть что-то в глазах Ер-Киса. И ведь нельзя толком ему рассказать, объяснить.

– Послушай, друг…

– Не тратьте время. Око Верданы у вас в руках – делайте, что считаете нужным.

Мы спускаемся по лестнице.

Пересекаем зал.

Минуем арку выхода.

И шагаем наружу – на выложенную шестиугольными плитами площадку.

Толпа расступается.

Я иду вперёд – медленно, словно чувствуя невыносимую тяжесть «булыжника» у себя в руке.

На самом деле он отнюдь не тяжелый. Просто горячий.

Мы покинули Пирамиду, а он нисколько не изменился…

Как его активировать-то?

И Ер-Кис не объяснил, даже не намекнул…

А что говорил Хранитель? В памяти опять всплывают загадочные слова: «Вы сами поймёте, когда придёт время…»

Время пришло!

Мгновеньями, будто кулаками, оно лупит в висок…

Только я до сих пор понятия не имею, как превратить в оружие бесполезный осколок породы!

А вот и встречающая делегация…

Справа и слева от арки выхода – отряды вооружённых наёмников. Их около сорока – полные бронекостюмы, плазмоганы – на изготовку. Два станковых излучателя. И лёгкое марево, окутывающее фигуры.

Ясно, все укрыты защитным полем. Вон те штуковины на тележках – точно генераторы.

– Такое впечатление – они собрались отражать танковую атаку… – сквозь зубы бормочет Дима.

Васька криво усмехается:

– Я что, похож на танк?

– Ты – круче. Что может быть опаснее трезвого и злого Лубенчикова?

– Пускай нальют! Может, я подобрею?

Угу, эти нальют…

Я хмуро озираюсь.

Неужели настолько нас боятся?

Троих безоружных. И двадцати семи гражданских на перекрестиях их прицелов…

Разыскиваю взглядом ту самую девчушку и улыбаюсь ободряюще.

А что остаётся?

Выть от отчаяния?

Этого уроды в бронекостюмах не дождутся! Пусть и дальше холодеют, воображая, какой могучий артефакт у меня в руке.

Я делаю ещё шаг.

И останавливаюсь.

– Эй, Гин-Малл! Мы вышли, отпусти заложников!

Толпа взволнованно всколыхнулась. А кто это там стоит, опустив голову, пряча глаза?

Неужели…

Я щурюсь.

Но зрение не обманывает. Какая встреча!

Дружище Нух-Бод.

Со связанными за спиной руками.

Награда нашла героя…

Командор не простил ему неудачи в Храме. И выставил под плазмоганы как обыкновенную живую мишень.

– Всех отпущу, – долетел голос из динамика, – но сначала отдайте Око Зари!

Разумеется. Артефакт – единственная наша гарантия.

Они давно могли бы снять нас из «глушака». И если до сих пор этого не сделали – значит, боятся поражающей волной зацепить Око. С непредсказуемыми последствиями…

Я крикнул:

– Так не пойдёт! Почему мы должны вам верить?

Разумеется, мы не собираемся ему верить.

Я не доверил бы гаду и сломанной табуретки. Но чем больше слов, тем больше отпущенных нам секунд.

– Даю честное слово командора!

Васька засмеялся.

Дима качнул головой.

А я… я, как последний псих, пытался мысленно беседовать с камнем: «Давай, щебёнка недотёсанная! Работай!»

– Цивилизованные люди всегда смогут договориться, – сообщил голос из мегафона.

Ага. Договориться…

Например, они опять начнут убивать заложников. И нам не под силу это остановить.

Гражданские – главный их козырь. И, кстати, главная их защита – на случай осложнений с артефактом. Гин-Малл уверен, что мы не осмелимся пустить его в дело, пока рядом – беззащитная толпа…

– Хорошо! – крикнул я. – Мы отдаём Око!

– Положите его на землю. И отойдите на десять шагов.

– Сперва мы хотим поговорить с вами, командор.

– А разве сейчас вы не говорите? – в его голосе почудилась насмешка. Он был абсолютно спокоен и уверен в себе.

– Нет, Гин-Малл, мы не будем общаться через динамик. Только лично!

Я произнёс это с равнодушной интонацией.

Раскрыл ладонь с «булыжником» и положил его у своих ног на землю.

Васька чуть толкнул меня в бок. В глазах у него светилось: «У тебя есть план?»

Я ободряюще хлопнул его плечу.

Плана у меня не было. Вместо этого – маленький бластер, который я взял у Лаг-Ни. Сейчас он лежал у меня в кармане.

Глупо рассчитывать, что мне удастся его использовать. Но других шансов вообще не было.

Я запрокинул голову, посмотрел в чистое, такое безмятежное, почти родное небо. И шепнул:

– Думайте о Земле.

Когда ничего не остаётся, когда холод подступает к сердцу – бояться уже поздно. Лучше с толком провести отпущенное время…

Вспомнить цветущие сады и запорошенные снегом аллеи. Мартовскую капель, осыпающееся золото осеннего леса. И пивной ресторан «Бавария» на улице Китаенко…