Путь чужака - Андрей Прусаков

— Не всякая правда полезна. Эта приведет к войне, которую мы пытаемся предотвратить.

— Каким это образом вы предотвращаете войну? — усмехнулся Стас. — Молитвами, что ли?

— Молитвами тоже, — сухо ответствовал Мирхем.

— Я поняла! — вдруг сказала Элор, прерывая их спор. — Вы ждали иного! Вы думали: я — самозванка и теперь не знаете, что предпринять!

— Камень Судьбы разрешил этот вопрос, — ничуть не смущаясь и не отвечая прямо, ответил жрец. — Теперь мы знаем правду.

— Так вы поможете мне?

— Мне трудно сказать… Кто я такой, чтобы решать? — уклончиво проговорил Мирхем. — Будет решать Совет Храма.

— Что там решать? Надо всего лишь сказать людям правду! — воскликнул Стас.

— Все в воле Совета, — повторил жрец. — В любом случае я извещу Совет о том, что истинная правительница определена! — с тенью растерянности, но торжественно произнес Мирхем. — Мы изъявим наше решение, вы же можете отдохнуть. Вам покажут ваши комнаты.

— Я могу присутствовать на Совете? — спросила Элор.

— Нет, моя королева, — поклонился Мирхем. — Прошу простить, но так заведено издревле. Совет закрыт для посторонних.

— Даже для тех, чью судьбу он решает? — спросил Стас.

— Увы, это так, — твердо ответил жрец и удалился.

Тотчас явились другие жрецы. Они проводили гостей к столу, на котором Стас не увидел ни рыбы, ни мяса, ни вина. «Пост у них, что ли?» — мысленно усмехнулся он, но желудок ставра такая еда устраивала на все сто. Он с удовольствием поел. Элор не могла справиться с волнением и не могла есть. Едва сев, она вскочила из-за стола и заходила по комнате.

— Я волнуюсь, Мечедар.

— Я вижу, — он встал и приобнял ее. — Успокойся. Не придавай большого значения словам жрецов. Согласятся они или нет — это лишь приблизит или отдалит неизбежное. Айрин падет, а ты будешь править! Я это знаю безо всякого камня!

— О храме ходят разные слухи, — прошептала, приблизившись к нему, Элор. — Говорят, жрецы — настоящие маги, которые могут многое, недоступное смертным. Отец всегда говорил о них с почтением. Жрецы-советники помогали ему править. Но думаю, им выгодно поддержать меня в обмен на кое-какие вольности. Если мы победим.

Прошел томительный час. Торжественно ступая, явился босоногий жрец, с поклоном пригласив следовать за ним. Гостей привели в зал с камнем, только теперь в нем находились около двух десятков жрецов.

«Сколько их тут вообще? — подумал Стас. — Десятки? Сотня?»

Большинство жрецов были стариками, длинные седые волосы и бороды иных спускались до пояса, но были и несколько молодых.

— Совет готов поддержать вас, Элор, — провозгласил Мирхем, — и объявить истинной королевой Ильдорна. Но… мы опасаемся Айрин! Храм надежно защищен, но наши братья в Ильдорне будут в опасности. И еще одно.

Он посмотрел на Стаса:

— Совет желает, чтобы ваш спутник тоже принес клятву храму.

— Зачем? Я доверяю ему! — недоуменно произнесла девушка.

— Камень Судьбы не ошибается! — холодно промолвил Мирхем. — Каждый из нас проходил испытание камнем.

— Ваш камень видит ложь? — Стас посмотрел на жрецов. На их лицах было ясно написано: даже сомнение в силе камня кажется им кощунством. — Что ж, я согласен на присягу, если это поможет Элор. Мне бояться нечего.

— Тогда подойди к камню и возложи руки, ставр.

Стас положил трехпалые ладони на холодную верхушку скалы.

— Назови свое имя и поклянись, что не вынесешь из храма ни слова из того, что услышишь и увидишь здесь.

— Я, Мечедар, вождь клана Буйногривых, клянусь…

Ладони ожгло холодом, Стас инстинктивно отдернул руки — и не смог! Его ладони намертво приклеились к дьявольскому камню, их неимоверно жгло! Стас застонал от боли. Жрецы вытаращили глаза, рты некоторых открылись. Элор ахнула:

— Что с тобой, Стас?

— Не знаю-у… — застонал он. Стас сжал зубы, от сильной боли хотелось упасть на колени.

— Скажи правду, Стас!

Проклятый камень! Он и не подумал…

— Я не ставр, я — человек…

Руки вмиг отлипли. Стас сунул окоченевшие ладони под рубаху.

— Как такое возможно? — пролепетал Мирхем. — Кто он такой, королева?

— Чужак! — зашептались жрецы. — Это чужак!

— Что значит «чужак», Мирхем? — волнуясь, спросила Элор. Она подбежала к Стасу и заглянула в глаза.

— Ничего страшного, — хрипло выдавил Стас. — Все в порядке.

Но стоящие вокруг жрецы попятились от него.

— Я не понимаю! — крикнула Элор. — Объясните мне!

Верховный жрец с опаской глядел на Стаса:

— В священных летописях сказано, что в наш мир иногда приходят… чужаки. Они отличаются от всех людей, они необычны…

«Значит, я — не первый», — подумал Стас. Отогреть отмороженные до костей ладони было непросто.

— Но иногда это не люди, а чудовища, которых надо уничтожать…

«Надеюсь, меня они чудовищем не считают? — Стас взглянул на жрецов и встретил настороженное и враждебное молчание. — А меч-то я сдал…»

— Он — не чудовище, Мирхем! Он — прекрасный, честный и благородный человек в обличье ставра! Мечедар спас меня от Айрин, он спасал мне жизнь много раз!

— Он ставр, а не человек! Мы все видим это! — изумленно воскликнул Мирхем. — Но камень не лжет! И он сам признался!

— Я человек! — произнес Стас. — Когда-то я был таким же, как вы, и жил в своем мире. Но потом что-то утащило меня в ваш мир, и я оказался в шкуре ставра. Вот и все.

Изумленные жрецы молчали, разглядывая его.

— Я не чудовище, я такой же человек, как вы, — повторил он.

— Он чужой! — крикнул какой-то жрец. — Как ему доверять?

— Изгнать чужака! — выкрикнул кто-то.

— Он сказал правду! Я знала, кто он, уже давно, — возразила Элор. — Стас не предаст ни меня, ни вас.

— Ты так уверена в нем, королева, — верховный жрец кашлянул. — Но он — чужак, пришелец из другого мира — ты не можешь знать, что у него на уме.

— Что вы спорите? — крикнул Стас. Ему было страшно, но он шагнул и вновь возложил ладони на камень. — Вы хотите присягу? Я, Стас Колодников, человек, клянусь защищать королеву Элор, клянусь быть ей верным…

Он почувствовал взгляд и обернулся: Элор смотрела так, что он понял: надо сказать больше…

— …потому что я люблю ее!

Жрецы ахнули и загудели, но для Стаса уже не существовали ни они, ни храм. Он видел лишь ее глаза и улыбку.

Он с легкостью отнял руки от камня.