Дом Неба и Дыхания - Сара Маас

– Она сама решила, что ты не стоишь ее усилий.

Отцовские глаза вспыхнули. Он поставил графин и стаканчик на стол.

– Если меч пробудился и начал действовать, – сказал король, игнорируя колкость Рунна, – я бы предложил держать его как можно дальше от твоей сестры.

Слишком поздно.

– Я уже предлагал ей меч. Она отказалась. Сомневаюсь, что ей интересны твои политические авантюры.

Но ведь бросилась же она за ним в люк канализации, в зловонное пространство, кишащее жнецами. У Рунна сильно защемило сердце.

Отец налил себе вторую порцию. Единственный признак, что разговор вызывал у него раздражение. Однако в голосе Короля Осени ничего не изменилось.

– В древности соперники из числа Звезднорожденных резали глотки друг другу. Не щадили даже детей. Сейчас твоя сестра могущественнее нас с тобой, о чем ты любишь мне напоминать.

Рунн удержался и не спросил, не этим ли руководствовался отец, убивая последнего Звезднорожденного наследника. Он задал другой вопрос:

– Ты намекаешь, что я должен убить Брайс?

Прежде чем ответить, король глотнул из стаканчика.

– Будь у тебя хоть капля настоящего характера, ты убил бы ее сразу же, как только узнал, что она – Звезднорожденная. Ты этого не сделал. И кто ты теперь? Второсортный принц, владеющий мечом лишь потому, что она тебе это позволяет.

– Столкнуть нас у тебя не получится, – сказал Рунн, хотя слова «второсортный принц» глубоко задели его. – Мы с Брайс прекрасно ладим.

Король Осени допил виски.

– Сила притягивает силу. Ее судьба – быть связанной с мужчиной, который по силе равен ей. Не хочу даже думать, что получилось бы из ее союза с Умброй Мортисом.

– И чтобы этого не случилось, ты решил обручить ее с Кормаком.

– Я сделал это ради консолидации силы фэйского народа.

Рунн медленно поднял со стола Звездный меч и убрал в ножны, стараясь не встречаться глазами с отцом.

– Так вот в чем состоит твоя королевская миссия? В сохранении давнего дерьмового принципа: «Держи друзей вблизи, а врагов – еще ближе»?

– Остается выяснить, является ли твоя сестра врагом для фэйского народа.

Отец убрал графин в бар.

– Я – король фэйцев Вальбары. Мое слово – закон. Я не могу превысить свои полномочия, ибо они не имеют границ.

– А должны бы иметь.

Эти слова сорвались с языка Рунна раньше, чем он успел подумать.

Отец замер в позе, всегда указывающей на причинение боли – душевной или телесной.

– И кто же установит мне границы?

– Губернатор.

– Эта ангелица с наивными глазами? – Он сухо рассмеялся. – Астерии знали, что делают, назначив овечку управлять городом хищников.

– Возможно. Но держу пари: астерии согласятся, что твои полномочия имеют границы.

– Так почему бы, принц, не спросить у них напрямую? – Отец зловеще улыбнулся. – Глядишь, они меня сместят и сделают тебя королем.

Рунн знал: от ответа может зависеть его жизнь. Поэтому он равнодушно пожал плечами и направился к двери, бросив отцу:

– Возможно, астерии найдут способ дать тебе вечную жизнь. Меня ярмо королевской должности ничуть не привлекает.

Он вышел, не рискнув оглянуться.

26

Брайс прислонилась к стене кирпичного здания в переулке возле Черного причала. Она стояла с каменным лицом, скрестив руки на груди. Хант, да хранят его боги, стоял рядом и в такой же позе. Он появился сразу же, откликнувшись на ее звонок. Почувствовал, что ее подозрительно спокойный голос означал: случилось нечто очень важное.

Она успела произнести лишь несколько туманных фраз относительно жнецов, как они наткнулись на Кормака. Он рыскал в окрестностях, выискивая хоть какие-нибудь следы Эмиля.

Кормак стоял на другой стороне переулка и внимательно разглядывал причал. Сюда не забредали даже торговцы сувенирами, предлагавшие туристам разную дребедень.

– Что? – спросил авалленский принц, не сводя глаз с Черного причала.

– Ты способен телепортироваться, – тихо сказала Брайс.

Хант выпучил глаза. Это было его единственной реакцией. Он стоял неподвижно, как статуя, сложив крылья. Но неподвижность была обманчивой. В нем бурлила сила. Мгновение – и он обрушит на принца свои молнии.

– Способен. И что? – с нескрываемым высокомерием спросил Кормак.

– Что ты сделал с телепортированными жнецами?

– Забросил их на полмили в небо. – Авалленский принц мрачно улыбнулся. – Им почему-то не понравилось.

Хант удивленно вскинул брови.

– Так далеко? – спросила Брайс. – И у тебя получилось?

– Мне нужно знать место. Если задача похитрее: место находится внутри какого-то здания или нужно попасть в определенную комнату, тогда мне потребуются точные координаты. Моя степень точности – два фута.

Теперь понятно, как он появился на сборище в доме Рунна. Система наблюдения Дека зафиксировала Кормака, когда он телепортировался в пределы внешнего периметра дома. Оказавшись там, ему было несложно рассчитать, в каком месте он хочет устроить свое эффектное появление. Определив координаты, он попросту вышел из теней прямо в вестибюле.

– Продемонстрируй, – попросил Хант, указывая на мусорный контейнер в начале переулка. – Телепортируйся туда.

– Слева или справа? – уточнил Кормак, отвесив шутовской поклон.

Хант даже не улыбнулся.

– Слева, – с вызовом произнес он.

Брайс изо всех сил старалась не улыбнуться.

Кормак отвесил второй поклон и исчез. Через мгновение он появился слева от контейнера.

Хант пробормотал ругательство, почесывая затылок. Кормак совершил обратную телепортацию, туда же, где стоял.

– Как у тебя это получается? – спросила Брайс, отходя от стены.

Кормак убрал волосы со лба.

– Нужно четко представить место, куда хочешь попасть. Затем попросту позволить себе сделать этот шаг, как будто ты соединяешь две половинки листа, чтобы они полностью совпали.

– Вроде кротовой норы, – шелестя крыльями, задумчиво произнес Хант.

– Кротовая нора, телепортация, – небрежно махнул рукой Кормак. – Можно называть как угодно.

Брайс шумно выдохнула. Пока Кормак явно произвел на нее впечатление. Но ей требовались объяснения.

– Как ты узнал, где искать нас с Рунном?

– Если помнишь, я должен был с вами встретиться. – Кормак изобразил недоумение.

«Неужели сама не доперла?» – говорил его взгляд. Придурок!