Институт моих кошмаров. Никаких демонов - Алиса Дорн

Ну да, нашла кого спросить. Диза, считавшего, что пятиминутный разговор – вполне повод взять у человека контакты и добавить его везде, где можно. Я закатила глаза.

– Что ты хотела у них узнать?

– Я… – я запнулась. – Не знаю, сколько могу тебе рассказывать.

– Если ты имеешь в виду, не скрыт ли в татуировках узор, связывающий твою речь и от которого умрешь, сказав больше, чем должна была, то «Хантерс» не отслеживает, кому и что ты говоришь.

Удивительно.

– Они поступают проще: убивают своих сотрудников при появлении малейших подозрений.

Я фыркнула:

– Похвальная предосторожность. У них текучка не зашкаливает?

– Дураков пойти против них мало.

Только маленькая глупая Наташа.

– Подожди! Но я ведь встречаюсь с тобой…

– Это не подозрения. Это факт.

И потому все в порядке? Странная логика.

– Поделишься кофе? – попросила я. Диз передвинул свою чашку ко мне. – Я хотела выяснить, почему Мюнхен. У них с друзьями был общий маршрут: Лондон, Амстердам, Бремен, Гамбург, Копенгаген… И тут он один срывается в Мюнхен. Почему? Причем я смотрела его перемещения: совершенно непонятно, зачем он приехал. И зачем прерывать поездку посередине, почему не поехать с остальными в Стокгольм, а завернуть в Мюнхен потом? Я думала, может, он говорил кому-то из своих друзей… Я жду еще ответы, но пока выяснила только то, что никто ничего не знает.

Одноклассники, с кем он отмечал в поездке выпуск и которых допрашивали после его исчезновения, ничего не смогли ответить. Сказали лишь, что Харви было важно попасть в Мюнхен именно в эти даты. Почему?

Не отрываясь от экрана, Диз достал из кармана айфон и набрал номер.

– Ради чего стоит приехать в Мюнхен в августе? – вместо приветствия спросил он.

– В августе? – переспросил женский голос на громкой связи. – Поживее сезон не мог выбрать? На месяц позже, к примеру? Нет, конечно, Театрон^[44] идет, но давай лучше я свожу тебя в Лидс^[45]. Почему ты не сказал мне, что будешь на Земле?

Голос странно задвоился. Я только успела повернуть голову на звук, как из ниоткуда на крыше появилась высокая брюнетка. Ну конечно. Кому еще мог Диз позвонить? Я пожалела, что вообще завела разговор о Харви. Делая вид, будто материализоваться из воздуха – это совершенно нормально, брюнетка продефилировала к нам. Сбросила мне на колени многочисленные пакеты и устроилась на перилах. Прямо перед моими глазами оказались слишком длинные и совершенно не прикрытые кружевной юбкой ноги.

– Почему охранное плетение на тебя не отреагировало? – поинтересовалась я у Таны, сгружая ее покупки на пол.

Вместо ответа кера^[46] окинула меня полным пренебрежения взглядом.

– Видовое превосходство, – объяснил за нее Диз.

Понятно. Опять эта концепция про смерть как силу природы.

– Она все еще жива? – задала встречный вопрос Тана, обращаясь к брату.

– Сам удивляюсь.

– Это становится дурным тоном. Хочешь, помогу? – любезно предложила ему сестра.

Лично я не хотела.

– Следующее предложение будет классифицировано как угроза в адрес сотрудника «Хантерс инкорпорейтед», – предупредила я, не дожидаясь, что скажет Диз.

– Она пытается отращивать коготки? Умилительно.

Тана протянула руку, чтобы потрепать меня по щеке. Я дернулась, когда острые ногти царапнули кожу.

– Не обращай внимания, – посоветовал мне Диз, продолжая читать что-то на планшете. – Она просто завидует.

Тому, что у других любовники не умирают вскоре после знакомства? В чем-то я могла ее понять. Но явно недостаточно, чтобы забыть о втором уже предложении меня прикончить. Да и о первом, сделанном в Аду, тоже…

– Так что насчет Лидса? – фыркнув, Тана закинула ногу на ногу. – Могу освободить для тебя пару дней.

– Сомневаюсь, что Мартин одобрит.

– А тебе так нужно его одобрение?

Диз кивнул.

– Сплошная работа и никаких развлечений… Ты скучен, – Тана посмотрела на один из четырех циферблатов, висевших у нее на запястье. – А у меня ужин с агентом через час. Зачем позвонил?

Диз наконец оторвался от переписки.

– Мюнхен. Август. Тебе известны все мало-мальски интересные ивенты в этом мире.

– Не тот город, не тот месяц, – она качнула ногой.

А год? Харви исчез пять лет назад.

– В две тысячи двенадцатом? – уточнила я.

Недолго продержалось мое намерение Тану игнорировать.

– Все ясно, – она вздохнула, оборачиваясь ко мне и признавая мое существование. – Что тебе нужно?

Я вспомнила даты исчезновений, которые вывел на экран Лукас. Далеко не все укладывались сюда, но некоторые… Август. Раз в пять лет. И большинство пропавших были туристами.

– Что-то, что повторяется. Что привлекает сюда наших. О чем известно далеко не всем… Ты знаешь, о чем речь, – поняла я по выражению ее лица.

– Что мне за это будет?

– Отсутствие претензий со стороны «Хантерс» за сокрытие важной информации.

– Что ты хочешь? – подал голос Диз.

– Твою комнату.

– Забирай, – разрешил он. – Скажи только перенести книги в одну из гостевых.

– И доступ ко второй карте.

Диз ухмыльнулся, оглядывая пакеты:

– Одной тебе недостаточно?

– Всегда можно больше. И лучше.

– Отец бы прослезился, услышав, что ты его цитируешь. Жаль, ты в недостаточной степени его дочь, иначе хоть у одного из нас остался бы шанс оправдать родительские ожидания. Нет.

– На время! Я взамен одену ее. Если ты так твердо намерен и дальше таскать ее за собой, пусть она будет выглядеть прилично. Это, – указала она на меня пальчиком с ярко-красным лаком, – стыдно.

Что я говорила насчет того, что мое присутствие наконец отметили? Беру свои слова обратно. Диз встретился со мной взглядом.

– Если она захочет, сама к тебе обратится, – невозмутимо ответил он. – На твоем месте, Нат, я бы поговорил с Ди. Мартин не поможет, Тана вне его юрисдикции, но Диана – другое дело.

Кера посмотрела на него в веселом изумлении.