Соблазненные луной - Лорел Гамильтон

Адайр стоял столбом, лицо как у истукана. Он даже невзглянул в мою сторону.

– Нам нужно сообщить королеве о покушении. – Дойлпотянулся к ручке двери.

Адайр первым преградил ему путь, но Бри тут же последовалего примеру, их руки скрестились перед дверями.

– У нас очень точный приказ, – сказал Адайр,пытаясь придать голосу ту же невыразительность, что и лицу. Ему не удалось, вкороткой фразе слышна была бритвенно-острая ярость. Настолько острая, что покоридору лучом метнулась магия, обжигая нам кожу. Он очень, очень старалсясправиться с собой.

Я потерла руку в месте, где меня обожгла его магия, ипрокляла в душе свою тетушку. Она добилась, что Адайр подчинится ее приказу иляжет ко мне в постель, – но добилась и того, что ни один из нас неполучит от этого удовольствия.

– И каков этот приказ? – спросил Дойл голосом нижеобычного – его звук будто полз по позвоночнику, нацеливаясь на жизненно важныеорганы.

Ему ответил Бри – умиротворяющим, спокойно-разумным тоном. Яего понимала – совсем не хотела бы оказаться между Дойлом и Адайром, когдаопускаются забрала.

– Если кольцо признает и Готорна, и Иви, они должныбезотлагательно предложить свои услуги принцессе. Если кольцо кого-то из них непризнает, то один из нас должен заступить место отвергнутого. – Бриулыбнулся Дойлу, стремясь понизить уровень напряжения. Впустую.

– Уйди с дороги, Бри. Нам много нужно рассказатькоролеве, и сведения наши не только опасны, но и не предназначены для чужихушей. Не стоит обсуждать их в коридоре.

Бри и правда отступил, но Адайр – нет. Я почему-то былауверена, что он не отступит.

– Королева страстно желала убедиться, что я выполню ееприказания. Я сделаю, как она велела, и выполню ее... распоряжения до последнейбуквы. Я не дам ей нового повода меня наказать. – Его злость вродепоутихла, нас не жалило огнем, но Дойл передернулся, как конь от укуса слепня.Может, весь жалящий гнев достался на этот раз ему одному.

– Капитан стражи я, а не ты, Адайр.

– Рад твоему возвращению, капитан, – почетноезвание прозвучало у него насмешкой, – но королева стоит чуточку повышетебя. Она наша госпожа, а не ты. Она очень, очень хорошо мне это объяснила.

Мужчины едва не нос к носу теперь стояли, слишком близко,чертовски близко – близко к драке.

– Ты отказываешься выполнить мой прямой приказ?

– Я отказываюсь не выполнить приказ королевы.

– Последний раз спрашиваю, ты уйдешь с нашего пути?

– Нет, Мрак, не уйду.

По коридору дохнула магия. Первый жаркий вздох, какнапряжение мышц перед ударом. Я была уверена в Дойле. Он Мрак королевы, онпобедит. Но казалось страшно глупо тратить время и силы на ссоры между собой,когда есть настоящий враг. Я еще не знала, кто этот враг, но меня ужепопытались убить. Нам стоило приберечь силы на него, а не тратить в бесцельныхсварах.

– Успокойся, Дойл, – сказала я тихо, но отчетливо.

Магия сгустилась, словно сам воздух задержал дыхание.

– Я сказала, успокойся, Мрак! – это было ужесовсем не тихо.

Нарастающая энергия затрепетала, помедлила. Но Дойл не отвелвзгляд от своего противника, только прорычал:

– Он стоит у нас на пути, а нам нужно видеть королеву.

– Мы и увидим, – сказала я, проталкиваясь впередмимо стражей. Посмотрев на Усну и Аблойка, я спросила: – Вы не отказываетесь отсвоих слов, вы доложите королеве все, что ей нужно доложить?

– Я совсем забыл, как мерзко быть трезвым, скорей бы отэтого состояния избавиться. Я скажу королеве, что видел, от своих слов я неотказываюсь. – Он попытался даже поклониться, но не сумел – похоже, из-заприступа головной боли.

– Усна?

Он улыбнулся в любимой манере – с видом слопавшего канарейкукота – и сказал:

– Разумеется, принцесса, мое слово верное.

– Я никого не пропущу, пока мы не выполним все указаниякоролевы, – отрезал Адайр.

– Ты вправду думаешь, что сможешь сопротивляться мощистольких Воронов? – спросил Баринтус, не приближаясь, впрочем, к дверям.Наверное, он опасался последствий, если применит свою магию. Я опасалась точно.

Я шагнула из-за спины Холода и успела разглядеть упрямоелицо Адайра, прежде чем Холод снова загородил мне обзор.

– Ты слишком близко подошла, Мередит, – сказал он.

– Нет еще, Холод.

Он нахмурился.

– Не для того я спасал тебя от убийцы-человека, чтобысейчас тебя ранили собственные стражи.

– Ничего со мной не случится. Сейчас по крайней мере.

Серые глаза посмотрели удивленно, Холод нахмурился сильнее:

– Не понимаю.

Времени объяснять не было. Воздух опять пропитался магией. Ябросила взгляд на Адайра – кожа у него начала светиться.

– Меня не человек пытался убить, Холод. – Яповысила голос, чтобы все услышали. – Человек был под воздействием магиисидхе. Магии сидхе, наложившего заклятие на Дойла, чтобы помешать ему менязащитить. Только сидхе сумел бы заколдовать самого Мрака.

Бри подал как раз ту реплику, которой я ждала:

– Кто же смог зачаровать Мрака, кроме разве самойкоролевы?

– Есть такие, кто смог бы, но никто из тех, кто стоялтогда со мной рядом. – Дойл рычал, глядя на неярко светящегося Адайра: –Это был кто-то достаточно могущественный, чтобы наслать чары издали и так, чтоникто из нас не заметил их вовремя.

– Я тебе не верю, – сказал Адайр.

– Да сгложут мои кости слуа, если я лгу! – ответилДойл все с тем же угрожающим рычанием. Словно настоящее собачье рычание,слишком низкий звук для человеческого горла.

Сияние Адайра слегка померкло по краям, лицо теперьсветилось изнутри, будто подсвеченное свечой.

– Пусть даже я вам поверю и соглашусь, что принцессадолжна немедленно повидать королеву, все равно я окажусь на милости королевы,если позволю вам пройти невозбранно. – Он потянулся потрогать волосы, ноотдернул руку – словно сопротивлялся желанию снова и снова трогать почтиобритую голову. – Я уже испытал милость королевы и не хочу повторения.

– Пусти меня, Холод.

Холод подчинился, пусть и нехотя. Я тронула Дойла за руку:

– В третий и последний раз повторяю, Дойл, –успокойся.

Он глянул на меня черными глазами, потом вздохнул такглубоко, что содрогнулся всем телом, как только что проснувшийся пес, и сделалмаленький шажок в сторону:

– Как велит принцесса.

Голос у него все еще звучал ниже обычного, и наверное,только я расслышала в его рычании вопросительную нотку.