Соблазненные луной - Лорел Гамильтон

– А если бы оно удалось – ей все же сказали бы? –поинтересовалась я тоном, больше подходящим для Иви.

– Ты забрала к себе всех, у кого хватит сил дразнитьзверя в его логове, принцесса, – сказал Готорн.

– Мрак, Холод, Баринтус – все учительские любимчики утебя, – продолжил Иви.

– Мистраль остался, – сказал Дойл.

Готорн качнул головой:

– Он ее боится, Мрак, как и мы все.

– В последнее время с ней говорить стало легче, –сказал Баринтус.

– Для тебя – возможно, лорд Баринтус, – несогласился Готорн.

– Дайте нам закончить, – сказал Иви. – Апотом можете бросить жребий, кто из вас пойдет к королеве с такими новостями.

– Можно подумать, ты жребий бросать не будешь, –хмыкнул Рис.

– Мы не будем, – сказал Иви.

– Готорн, объясни, – потребовал Дойл.

– Мы подарены принцессе, если кольцо нас признает.

– Это ты уже говорил, – сказал Рис.

Дойл сердито на него глянул, и Рис пожал плечами:

– Говорил же.

– А если кольцо вас признает?.. – спросил Холод.

– То мы должны предложить принцессе разделить с намипостель. – Готорн упорно не отводил глаз от Дойла, словно меня тут вообщене было.

Иви хмыкнул, будто стараясь сдержать смех.

– И что смешного? – глянул на него Дойл.

– Королева выразилась иначе.

– Я точно передал смысл ее слов, – заявил Готорнтоном оскорбленного достоинства.

Иви расхохотался.

– Так что же сказала королева, Иви? – усталоспросил Дойл, словно слышать он не хотел, но понимал, что выбора нет.

– Если кольцо вас признает... – тут он так точносымитировал голос королевы, что у меня волосы на затылке дыбом встали, –...то трахните Мередит прямо на месте. Если она заартачится, уведите в еекомнаты или к себе. Плевать, лишь бы дело было сделано.

– Ну, – протянул Гален. – Это уж...

– Не слишком романтично даже для королевы, –закончил Рис.

– Н-да. – Гален был несколько шокирован.

– А я слово имею? – спросила я.

Готорн склонился так низко, что едва не задел лбом каменныйпол:

– Прости меня, принцесса.

– Готорн тебе вот чего не сказал, – пояснилИви. – Он спросил, что нам делать, если принцесса Мередит не пожелаетотправляться с нами в постель, едва переступив порог.

Он подражал интонациям Готорна.

– И что ответила моя тетя?

Иви усмехнулся мне в лицо, и темно-зеленые глаза вспыхнулинепонятной мне злой радостью.

Ответил Готорн, не поднимая головы, голосом таким женесчастным, насколько тон Иви был ироничным:

– "Вы неблагие сидхе или кто? Убедите ее".

Иви смотрел на меня с той же мрачной усмешкой:

– Он спросил, а если мы ее не убедим? – Он опятьтак точно воспроизвел голос королевы, что у меня мурашки побежали. –"Убедите, или возьмите так, или передайте, что я сказала, и пусть это ееубедит. Если Мередит откажется от предлагаемого ей удовольствия, может, онапредпочтет взамен страдания? Потому что мы, неблагие, щедры что на одно, что надругое. Напомните ей об этом, если ее чувства слишком тонки для траха".

– Я бы сделал все что мог, только бы что-тоизменить, – сказал Готорн, падая на пол ничком.

Я повернулась от насмешливой улыбочки Иви к Баринтусу:

– Ты, кажется, сказал, что в последнее время с нейстало полегче?

– Так и есть... было, – поправился он и имелсовесть смутиться.

– Ну же, принцесса, – поторопил Иви. –Протяни нам прелестную ручку, и посмотрим, что будет. Если кольцо нас непризнает, мы все вздохнем свободно.

– Он прав, – сказал Дойл. – Пусть коснутсякольца, и если оно останется холодным, пойдем к королеве с докладом.

– А если не останется? – спросил Холод.

– Будем трахаться прямо у стенки, – хихикнул Иви.

– Через мой труп, – заявил Гален.

– Ну, если пожелаешь, – не унимался Иви.

– Мальчики... – позвала я.

Гален повернулся ко мне, Иви по-прежнему смотрел на Галена.

– Никто здесь никого не убьет, пока я не прикажу.

Тут Иви соизволил повернуться ко мне, в злости появилсяоттенок удивления:

– Что это значит?

– Это значит, что если ты меня достанешь, Иви, то уменя под рукой полдюжины лучших воинов, какие были за всю историю сидхе, и еслия мило попрошу, они нарежут тебя на кусочки.

– Ах, но этим ты нарушишь повеление королевы.

Я чуть-чуть нагнулась – поближе к его лицу, – чувствуя,как расползается на губах мерзкая ухмылка.

– Нет-нет. В момент смерти частенько случается оргазм.Королева велела не показываться ей на глаза, пока твое семя не попадет мне натело. Она ведь не уточняла, каким образом это должно произойти?

Злорадство исчезло в никуда, и издевка поблекла под моимвзглядом – в зеленых глазах остался один страх. Не то чтобы мне доставилбольшое удовольствие его испуг, но какую-то компенсацию я точно получила.

Он облизнул внезапно пересохшие губы.

– Ты точно родня своей тетки.

– Да, Иви, да, и лучше не забывай об этом. – Янаклонилась к самым его губам. – Ни-ко-гда. – Я нежно поцеловала егов губы, и он вздрогнул всем телом.

Я потянулась рукой к его лицу, но Баринтус перехватил моезапястье и отвел в сторону.

– Возможно, королеве следует узнать обо всемслучившемся прежде, чем мы снова воспользуемся кольцом.

Мы все переглянулись. Готорн спросил:

– Что еще стряслось?

– Скажем так, кольцо прибавило в силе, – объяснилБаринтус. – Я не знаю теперь, что случится, если принцесса дотронется имдо кого бы то ни было.

Иви мрачно рассмеялся.

– Вижу, что случилось с тобой, лорд Баринтус! – Онсмотрел на пах Баринтуса с отчетливым темным пятном на штанах.

Аблойк протолкался вперед и присел на колени рядом с Иви. Яеще не видела у него такой твердой походки – холод его протрезвил, наверное.

– Я промок, замерз до костей и протрезвел. Ни одно, нидругое, ни третье мне не нравится. Давайте вы все заткнетесь и пойдем ккоролеве. – Он обвел нас взглядом. – Когда она услышит пронаводнение, она предпочтет обеспечить принцессе должную защиту, прежде чемопять испытывать кольцо.