Город Костей - Кассандра Клэр

Клэри резко села на кровати, и ей тут же пришлось пожалеть о своей неосторожности: голову обожгла острая боль, горло сжалось от рвотного позыва. Хорошо, что она давно ничего не ела, иначе бы ее точно вырвало.

Над кроватью висело зеркало. Клэри взглянула на свое отражение и ужаснулась: от уголка правого глаза к краю рта лицо пересекали параллельные царапины. На правой щеке и на шее засохла кровь. Следы крови виднелись спереди на майке и кофте. Клэри испуганно полезла в карман: слава богу, стило никуда не делось.

И тут до нее дошло, что именно было в комнате странным: одна из стен состояла из толстых вертикальных прутьев. «Это камера!» Чувствуя мощный выброс адреналина в кровь, Клэри поднялась на ноги, однако перед глазами все поплыло. Только не падать в обморок!

Послышались шаги: кто-то шел по коридору. Наконец перед прутьями показался мужчина. Яркий свет лампы, которую он нес в руках, ослепил девушку, уже привыкшую к полутьме. Лицо мужчины оставалось в тени. Он был высокого роста, широкоплечий, с всклокоченными волосами. Когда мужчина открыл дверь и вошел в камеру, Клэри узнала его.

Те же старые джинсы и рубашка, грубые ботинки, неровно подстриженные волосы и старые очки, криво сидящие на носу. Шрамы, которые Клэри заметила на его горле в прошлый раз, зажили, превратившись в бледные полоски. Перед ней стоял Люк.

У Клэри закружилась голова – дали о себе знать истощение, голод, страх и потеря крови. Колени подогнулись, она медленно осела на пол.

В одно мгновение Люк оказался рядом. Скорость его реакции поражала: он успел поймать Клэри до того, как она ударилась об пол.

– Клэри? – обеспокоенно позвал Люк, уложив ее на кровать. – Что с тобой?

Она дернулась в сторону, испуганно выставив вперед руки:

– Не трогай меня!

На лице Люка отразилась боль. Он устало провел рукой по лбу:

– Ну что ж, я это заслужил.

– Да! Заслужил!

Люк внимательно посмотрел на Клэри:

– Я не надеюсь, что ты будешь доверять мне…

– Вот и хорошо! Потому что я и не буду!

– Клэри… – Он взволнованно мерил шагами камеру. – Мой поступок… трудно понять. Наверное, ты думаешь, что я бросил тебя…

– Ты действительно бросил меня! Сказал, чтобы я больше не звонила. Моя судьба тебя не волновала, как и судьба мамы. Все оказалось сплошным враньем!

– Не сплошным.

– Да? Значит, тебя и правда зовут Люк Гэрроувэй?

Он поник головой:

– Нет.

На рубашке Люка расплывалось темно-красное пятно.

Клэри рывком села на кровати:

– Это кровь? – Она даже забыла, что злится.

– Да. – Он прижал руку к кровавому пятну. – Наверное, рана открылась, когда я тебя поднимал.

– Какая рана?

Люк задумчиво произнес:

– Диски Ходжа все так же остры, но рука у него уже не та, что раньше. Похоже, он сломал ребро.

– Кто? – недоумевала Клэри. – Ходж? А когда ты…

Люк молчал, и ей вспомнился волк из переулка: на его черной шерсти виднелась единственная белая полоса. Как раз в нее и угодила чакра.

– Ты оборотень! – догадалась Клэри.

– Да.

– Ты убил Ходжа.

– Нет. – Люк покачал головой. – Только ранил, хотя и прилично. Когда я вернулся за телом, оно исчезло. Выходит, Ходж смог уползти.

– Но ты порвал ему плечо, я сама видела.

– Да. Иначе бы Ходж тебя убил. От него еще кто-нибудь пострадал?

Клэри прикусила губу. Во рту сразу почувствовался вкус крови, однако это была старая царапина от когтей и клюва Хьюго.

– Джейс. Ходж вырубил его, а потом отдал… Валентину.

– Валентину? – В голосе Люка послышалось нескрываемое изумление. – Я знаю, что Ходж отдал ему Чашу, но, оказывается, еще и Джейса…

– Откуда ты знаешь про Чашу? – начала было Клэри и тут же догадалась: – Ясно, из моего разговора с Ходжем в переулке. А потом ты на него прыгнул.

– Я прыгнул на Ходжа, потому что еще чуть-чуть – и ты бы погибла.

Дверь камеры открылась, и внутрь вошел высокий мужчина в сопровождении хрупкой женщины, ростом не больше ребенка. Оба были в джинсах и хлопковых футболках. Их неухоженные волосы разлетались в разные стороны: у женщины – светлые, а у мужчины – черные с седыми полосами, как у барсука. Лица незнакомцев поразили Клэри – и старые, и молодые одновременно: кожа не тронута морщинами, однако в глазах страшная усталость.

– Это Гретель и Аларик, мои второй и третий, – представил их Люк.

Аларик склонил голову:

– Мы уже встречались.

Клэри изумленно уставилась на него:

– Когда?

– В «Дюморе». Ты метнула мне в ребра нож, – напомнил Аларик.

– Тогда, наверное, я должна… извиниться?

– Не надо: отличный бросок. – Он извлек из нагрудного кармана кинжал с красным камнем на рукоятке. – Это твое.

Клэри не знала, что и сказать.

– Но…

– Не волнуйся, лезвие я очистил, – произнес Аларик.

Она молча взяла кинжал. Люк тихо рассмеялся:

– Сейчас уже понятно, что налет на отель мы спланировали не очень хорошо. Я распорядился, чтобы волки из моей стаи следили за тобой и при малейшей опасности немедленно вмешались. Когда ты полезла в «Дюмор»…

– Мы с Джейсом прекрасно справились бы. – Клэри сунула кинжал за пояс.

Гретель улыбнулась:

– Та к вот зачем вы позвали нас, сэр?

– Нет. – Люк коснулся пятна на рубашке. – Принеси, пожалуйста, лекарства.

Гретель кивнула:

– Я сбегаю за аптечкой.

Она удалилась, Аларик последовал за ней.

– Гретель назвала тебя «сэр», – заметила Клэри, когда они с Люком остались одни. – А кто такие «второй» и «третий»?

– Второй и третий по званию, – медленно проговорил Люк. – А я вожак волчьей стаи. Вот поэтому Гретель обращалась ко мне «сэр». Ты не представляешь, чего стоило отучить ее говорить «хозяин».

– А мама знала?

– О чем?

– Что ты оборотень.

– Да, с самого начала.

– И конечно, ни один из вас не счел нужным рассказать мне.

– Я бы давно признался, но она твердо верила, что тебе ничего не известно о Сумеречных охотниках и о Сумеречном мире. Я не смогу с ходу объяснить, как вышло, что я стал оборотнем. Именно от таких сложностей и пыталась оградить тебя мама. Я понятия не имею, много ли ты знаешь…