Искра - Елена Литвиненко

Над плато Столовой горы близ Кейптауна стояла безлунная ночь. Резкий порывистый ветер трепал волосы, свистел в ущельях, сек спину песком и кварцитом. Далеко внизу штормил океан.

Высота, ветер и соль завораживали.

Стоя у края мира, Александр смотрел на проносящиеся под ногами тучи, дышал бесконечной Атлантикой, слушал грохот камнепадов Дьявола и громовые раскаты Апостолов. На дрожащего у его ног мужчину внимания не обращал. На вспышку портала тоже не обернулся.

— Привет, Шон.

— Выше не мог залезть? — проворчал Уилбер.

В его голосе странным образом мешались горечь и облегчение. Александр не стал разбираться.

— Выше — в следующий раз, — усмехнулся маг.

— Будет следующий?

Улыбка Алекса увяла:

— Надеюсь, нет.

Всю жизнь держать себя в руках и сорваться. Четырнадцать погибших, две сотни раненых, выгоревшая Санта-Катарина и Уайтчепел-Роуд. Ее Величество в восхищении.

Порыв ураганного ветра чуть не сорвал с Уилбера пиджак, запорошил глаза пылью. Шон чертыхнулся и, запахнувшись плотнее, подошел к краю плато, остановился рядом. Мигающие огни Кейптауна были похожи на мертвенное свечение призраков.

— За тобой Свору пустили, — сказал Уилбер.

— Да, я знаю, — кивнул Алекс. — Я вернусь через час, — добавил он, взглянув на лежащего ничком человека. Шесть порталов подряд иссушили Арчера, запустив процесс, аналогичный мумификации. Как и обещал Дракон, заживо. — Можешь меня не ждать.

— И потерять пять тысяч за Райдера, живого или мертвого? — хмыкнул Шон. — Еще чего.

— Мертвого?

— Особая инструкция Дадли.

— Понятно.

Удивления не было, только сковывающая усталость после слишком длинного дня, начавшегося со скандала в Ландоне и закончившегося в африканской колонии. Хотелось лечь, закрыть глаза и не вставать. Хотя бы до утра.

— Паршиво выглядишь, — достал сигареты Уилбер. Алекс не ответил, и Шон, закурив, наклонился к скребущему камни Арчеру. — Это кто? — спросил он, носком туфли перекатывая человека на спину.

Сломанное ребро громко хрустнуло.

— Осторожнее, — бросил через плечо Александр. — Он очень хрупкий.

— Кто это? — повторил Шон, с любопытством разглядывая выпирающие золотые зубы и сухое тело, тонущее в одежде.

— Клейтон Арчер. Адвокат, мошенник, убийца, продавец краденого, растлитель и просто сволочь, выдававшая свои притоны за работные дома. …Этансель попала к нему, когда ей было тринадцать.

— Вот как, — глубоко затянулся Уилбер. Выпустил дым через ноздри. — Ну и?

— Что «ну и»?

— Попала, а дальше?

— С чего интерес? — повернулся Александр.

— Мне здесь еще час сидеть, — щелкнул портсигаром Шон. — Будешь?

В этом весь Уилбер.

Алекс усмехнулся и взял сигарету. Курить не стал, просто завертел ее в пальцах, рассыпая крошки табака. От приживленной памяти Арчера и остальных он избавился на Камчатке, после пятого перехода. Чужие воспоминания остались как факты, но даже от фактов было паршиво.

— Арчер подобрал Этансель осенью, на станции Уайтчепела, — заговорил маг, — она сбежала из приюта. Красивый ребенок, цвет волос необычный… Сильно простужена и явно не в себе, но сумасшествия под лауданумом не видно. Арчер собирался продать ее какому-нибудь извращенцу, — дернул щекой Александр, — но простуда перешла в лихорадку, лихорадка в пневмонию, и к весне, когда Этансель стало лучше, желающих купить ее не нашлось — похудела и подурнела. И он определил ее в воровки. Когда Искра отказалась красть — избил. За попытку сбежать сломал ей нос и устроил экскурсию в бордель, пообещав там оставить. Больше она не бунтовала. — Смятая сигарета полетела в темноту.

— Говоришь, Вирджиния сумасшедшая? — подал голос Уилбер.

— Нормальная, — отрезал Алекс. — Просто с чудинкой. У нее родители умерли, потом опекуны — тут не только с гобеленами здороваться начнешь.

— А на вокзале она что делала? Попрошайничала?

— Замерзала. — Последние слова Александра заглушил камнепад.

Вспышки молний над Апостолами расцвечивали плато контрастно-синим. Отблески сухой грозы плясали на обломках скал, на кожистых листьях кустарника, на лицах магов, превращая мужчин в языческих духов; принесенная им жертва извивалась на высоком алтаре Столовой горы.

Ветер и песок скоблили иссыхающее тело Арчера, будто наждачкой: сидя на валунах, маги смотрели, как рвется и слетает лоскутами ставшая пергаментной кожа, как сползает, оголяя кости, волокнистая плоть — до тех пор, пока от человека не остался скелет в обгорелой одежде. Налетевший шквал закружил его и, гремя пустым черепом, потащил к обрыву.

— Готов сдаваться Королеве, — встал Александр. — Откроешь портал?

Шон кивнул и тщательно растер окурок о камни. Поднялся.

— С Шелл, я так понимаю, ты порвал, — сказал он, выводя контур пробоя. — Допекла?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Не сошлись характерами, — ровно ответил Алекс.