Искра - Елена Литвиненко

Ради кого?

Ради этой серости вокруг? Тупого стада, одержимого желанием получше устроиться за чужой счет? Беспринципного, трусливого, жадного, жалкого, готового убить, продать и продаться?.. И ладно в Уайтчепеле, с его хиндостанскими законами джунглей — там только выжигать и строить заново, — но в Вест-Энде, который раньше казался оплотом здравомыслия и порядка? Откуда столько… в людях, чей самый сложный выбор — что надеть к завтраку? И с какой стати он должен быть с ними любезен? С дураком-адвокатом, не способным оформить покупку Медных Буков, с лордами, которых не звал? С леди, мечтающими запустить холеные ручки в фамильные драгоценности Райдеров? С Шелл?..

Прекрасная мисс Уилбер шла к титулу герцогини с непробиваемостью броненосца. За три недели, на которые он выпал из жизни, Шелл не только завязала дружеские отношения со всеми его родственниками, но и стала лицом светской хроники, словно невзначай демонстрируя газетчикам помолвочное кольцо с трехкаратным бриллиантом.

Невеста герцога Райдера была всюду: о ней говорили на балах и приемах, за счастье «доброго ангела» молились в приютах, благотворительный фонд мисс Уилбер всплывал в мыслях обитательниц трущоб, от нее не удавалось отделаться даже в собственном особняке, все больше напоминающем шкатулку для рукоделия. Возвращаясь домой, чтобы хоть немного отдохнуть, Александр то и дело натыкался на следы присутствия Шелл — белые и голубые драпировки, забытые веера, атласные ленты на карнизах, переставленную мебель. По комнатам плыл запах лилий — мисс Уилбер подбирала цветочное оформление свадьбе.

От лилий тошнило. От мисс Уилбер тоже. Отоспаться не было ни малейшей возможности — стоило задержаться в спальне до завтрака, и в дверь начинали колотить:

— Мистер Райдер, мисс Уилбер ждет вас в гостиной.

— Мистер Райдер, прибыл портной.

— Мистер Райдер, вас просит о встрече граф Найтли.

— Мистер Райдер, привезли приглашения.

— Мистер Райдер, вы просмотрите смету для праздничного обеда?

— Мистер Райдер…

— ВОН! — рявкнул Алекс, швырнув в дверь бутылкой. В коридоре стихло. — Твою ж мать… — процедил маг, угрюмо глядя на засыпанный осколками ковер и винные брызги. — Твою ж паучью…

Стараниями Шелл он чувствовал себя мошкой, упаковываемой в тенета традиций и ожиданий. Пользуясь его отсутствием, мисс Уилбер перешла в активное наступление, убедив Ландон, что свадьба — дело ближайшего времени: дата выбрана, но держится в секрете от газетчиков. Занятый формулами голем Шона только кивал, настоящий Уилбер не отвечал, леди Дэмиан сдружилась с тетушкой Джиневрой, дом заполонили какие-то люди, чьих имен он даже не знал, на столе в спальне ждало подписи объявление о венчании, внизу кто-то постоянно топал, кричал, курил, и Александр зверел всякий раз, когда приходил поесть и переодеться.

А уснув в трущобах, очнулся босым и с медленно зарастающей дырой от ножа в боку. На ладонях кровили мозоли, болела спина. За каким чертом он помогал разгружать телегу кирпичей, Алекс так и не вспомнил. Въевшаяся красная пыль не отмылась до сих пор.

Пыль, грязь, голоса в голове и провалы в памяти — благодаря Королеве и неподконтрольному дару его жизнь превратилась в ад. Обреченность, витавшая над Уайтчепелом, отравила, сделала уязвимым. Защищаясь от собственных демонов, он впустил в себя жестокость и злобу, вскормил их ненавистью, и теперь они распирали его, как зреющий нарыв. Достаточно надавить, и…

— Мистер Райдер, простите мою настойчивость, но нам нужно обсудить дату свадьбы, — постучала Шелл. — Я понимаю, что вы заняты, мы с матушкой взяли на себя все приготовления, но…

Казавшийся раньше серебряным колокольчиком, с похмелья ее голос взорвался в голове, как пушечный снаряд. В спальню хлынул мутно-желтый поток фабричных отходов, где плескались властолюбие, жестокость, притворство и эгоизм, и Александра буквально подбросило на кровати: жениться на этом?!

Сдерживая рвотные позывы, маг прошел по осколкам бутылки и распахнул дверь:

— Мисс Уилбер, свадьбы не будет. Кольцо можете оставить себе, компенсацию я выплачу. Любую, только избавь меня, наконец, от своего присутствия! — рявкнул он.

— Как… не будет? — побледнела Шелл. За ее спиной сдавленно охнули леди Дэмиан и тетка Джиневра. — Почему не будет?

— Меня от тебя тошнит, — наклонившись к девушке, доверительно сказал Александр. — Вы, мисс Уилбер, редкая стерва, которую мало пороли в детстве, и будь вы даже последней женщиной в мире, я бы на вас не женился. — И совсем тихо, почти шепотом: — Я скорее расплавлю корону, чем надену ее на тебя. Все ясно? — улыбнулся он.

На мгновение из-под маски прелестной дурочки выглянула другая Шелл — неверящая, ненавидящая. Выглянула и исчезла.

Девушка всхлипнула и, зарыдав, бросилась к матери.

— Мистер Райдер, что вы себе позволяете?! — отмерла леди Дэмиан. — Девочка моя, да он болен!

— Александр, ты не в себе! — От крика тетки Джиневры, намеревавшейся приписать к свадебным счетам пару нолей, заложило ухо. — Триединый, на кого ты похож! От тебя разит виски!

— Ага, — держась за дверной косяк, усмехнулся Алекс. — И вином. Еще, насколько помню, пивом и джином. — Усмешка исчезла. — Пшла вон из моего дома, пока я не велел Эшли пересчитать посуду и вазы, — добавил маг, с удовольствием глядя, как Джиневра задыхается от возмущения и слишком тесного корсета.

Младшую сестру отца, разбазарившую его наследство, он не выносил.

— Мистер Райдер, я пожалуюсь сыну, — обнимая плачущую дочь, заявила леди Дэмиан. Ее голос, такой же пронзительный, как у Шелл, ударил по темени, вызвав новую волну тошноты.

…какого черта эта ведьма забыла в Ландоне, у нее же траур? Ищет в мужья нового смертника?

— Вы… вы…! — На щеках леди Дэмиан проступили красные пятна, и Алекс понял, что последние слова сказал вслух. — Я все расскажу сыну, уверена, Шон Роуэн призовет вас к порядку! Вы еще пожалеете! Вы…

— Успехов, — отсекая крики, захлопнул дверь Александр.

Сглотнул клейкую слюну, прижался лбом к стене, закрыл глаза, дожидаясь, пока перестанет мутить. Плечи придавило раскаянием и здравом смыслом — поторопился. Стоит пойти слухам об отмене свадьбы, и газетчики снова откроют на него сезон охоты. В дело пойдут поисковые плетения, и если хоть один репортер встретит его в Уайтчепеле, на деле Потрошителя можно будет смело ставить крест.

— Вот дрянь…

Но и терпеть самоуправство Шелл, сбегая от нее порталами, претило. Первые недели сестра Уилбера его забавляла, потом начала раздражать, но сейчас… От одной мысли о Шелл и сопровождающих ее эманациях на ладони мага вспыхнул сгусток огня. Алекс с усилием потушил пламя, стиснул зубы, пытаясь утихомирить ментальный дар. Или хотя бы отгородиться от людей — щит за щитом, плетение за плетением.

Не вышло. Маг чертыхнулся и потянулся к бутылке.