Буря Жнеца. Том 1 - Стивен Эриксон

– И Единый Бог не поможет вам, настоятелю его храма?

Глаза монаха блеснули:

– Единый Бог не помогает никому. В самом деле, помоги он одному, придется помогать всем, а всеобщая помощь неизбежно приведет к неразрешимому конфликту, и тот, в свою очередь, сведет Единого Бога с ума. Как уже и случилось, давным-давно.

– И это неравновесие никогда не исправится?

– Вы вынуждаете меня заново вас оценить, атри-преда Йан Товис. На интуитивном уровне вы весьма умны. Моя оценка: ваши Десять Тысяч Телесных Секретов текут ровно и чисто, возможно, в результате какого-то кощунства, которое, уверяю вас, меня нисколько не возмущает. Итак, мы достигли согласия по этому вопросу, который отражает суть учения Насмешников. Мы верим, что, если каждый смертный достигнет ясности мысли и твердого почтения к морали, обретя таким образом глубокое смирение и почтение ко всем другим и к миру, в котором живет, тогда дисбаланс исправится и здравый ум вернется к Единому Богу.

– А… Понимаю.

– Уверен, что понимаете. И излечение неизбежно. Благодаря сочетанию путей Высшей Моккры и Высшего Дэнула. Последний дает телесное исцеление, первый – удаление заразы и снятие закупорок. Разумеется, в этом городе названные пути проявлены слабо по различным причинам. Тем не менее я действительно обладаю значительными талантами, и некоторые можно непосредственно применить для решения текущей задачи.

Чувствуя легкую оцепенелость, Йан Товис потерла лицо. Она закрыла глаза, а услышав судорожный вздох Варата Тона, снова открыла их и увидела, как ее заместитель медленно расправляет руки и ноги, как на глазах расслабляются судорожно сведенные мышцы шеи и воин, моргая, медленно поднимает голову.

И видит ее.

– Варат Тон.

Легкая улыбка, омраченная печалью – но здоровой печалью:

– Атри-преда. Значит, у нас получилось…

Она нахмурилась, потом кивнула:

– У вас получилось. И теперь, лейтенант, флот вернулся домой. – Она обвела рукой комнату. – Вы в крыле-пристройке Вечного дома, в Летерасе.

– В Летерасе? – Он попробовал подняться, замер на мгновение, удивленно глядя на кабалийского монаха; потом, опираясь на стену рядом с собой, выпрямился и взглянул в глаза Сумрак. – Но это невозможно. Нам оставалось пересечь еще два океана – как минимум…

– Ваше спасение стало результатом ужасных испытаний, лейтенант, – сказала Йан Товис. – Вы лежали в коме много, много месяцев. Наверняка вы чувствуете слабость…

Гримаса.

– Опустошенность, командир.

– Что вы помните?

Ужас исказил усталые черты, и Варат Тон опустил взгляд:

– Бойню, командир.

– Да. Варвар по имени Таралак Вид выжил, и ягг тоже – Икарий…

Варат Тон вскинул голову:

– Икарий! Да – атри-преда, он… он отвратителен!

– Постойте! – воскликнул старший оценщик, пронзая острым взглядом лейтенанта. – Икарий, воин-ягг? Икарий, Похититель Жизни?

Ощутив внезапный испуг, Йан Товис ответила:

– Да, кабалиец. Он здесь. Как и вы, он бросит вызов императору… – Она замолчала, увидев, как монах с выпученными глазами поднес ладони к лицу, царапнул толстый слой краски и, впившись зубами в нижнюю губу, прокусил ее до крови. Затем дернулся и выскочил из комнаты.

– Странник нас побери, – пробормотал Варат Тон. – Что это было?

Запретный смех? Она покачала головой:

– Понятия не имею, лейтенант.

– Кто… Что?..

– Целитель, – ответила она дрожащим голосом, стараясь успокоить дыхание. – Тот, кто разбудил вас. Гость императора – прибыл с флотом Урут.

Варат Тон облизнул потрескавшиеся, разбитые губы.

– Командир…

– Да?

– Икарий… Странник упаси, его нельзя будить. Таралак знает, он был там, он видел. Этот ягг… его нужно отослать, командир…

Она подошла ближе, топая сапогами:

– Значит, заявления грала – не пустая похвальба? Он принесет разрушения?

– Да.

Она не могла сдержать себя и руками в перчатках ухватила отвороты рваной рубашки Варата, подтянув его к себе.

– Проклятие, скажите мне! Он может его убить? Может Икарий убить его?

Ужас промелькнул в глазах воина; он кивнул.

Странник благослови, вдруг на этот раз…

– Варат Тон, послушайте меня. Через два дня я уведу свой отряд обратно на север. Вы поскачете со мной, так далеко по берегу, как потребуется; потом повернете на восток – в Синецветье. Я направлю вас в штат тамошнего управителя, понятно? Два дня.

– Да, командир.

Она отпустила его, внезапно устыдившись собственной реакции. Хотя колени до сих пор дрожали.

– С возвращением, лейтенант, – сказала строго Йан Товис, не глядя ему в глаза. – Вам хватит сил сопровождать меня?

– Командир… Да, постараюсь.

– Хорошо.

Выйдя из комнаты, они натолкнулись на варвара-грала. Варат Тон хрипло выдохнул.

Таралак Вид, стоявший в коридоре, уставился на лейтенанта.

– Ты… поправился. Вот уж не думал… – Он покачал головой и добавил: – Я рад, солдат.

– Ты предупреждал нас, – сказал Варат Тон.

Грал поморщился.

– Предупреждал. Хватило дурости стать заинтересованным зрителем…

– А в следующий раз? – прорычал Варат Тон.

– Можешь меня не спрашивать.

Лейтенант уставился на дикаря, потом словно обмяк, и Йан Товис с удивлением увидела, как Таралак Вид бросился вперед, чтобы подхватить Варата. Ага, вот, значит, что они пережили. Вот что. Вот.

Грал посмотрел на нее:

– Он еле жив от истощения!

– Да.

– Я помогу ему – куда поведете нас, атри-преда?

– В более гостеприимное место. Что вы делаете здесь, Вид?

– Внезапный страх, – сказал он, поддерживая бесчувственного Варата.

Атри-преда пришла на помощь:

– Какой страх?

– Что его остановят.

– Кого?

– Икария. Что вы его остановите – особенно сейчас, раз этот человек пришел в себя. Он расскажет – расскажет вам все…

– Таралак Вид, – жестко сказала она, – лейтенант и я покинем этот город через два дня. Поскачем на север. И до тех пор заботиться о Варате Тоне буду только я. И больше никто.

– То есть никто, кроме меня.

– Если настаиваете.

– Вы уже знаете, да? Он уже рассказал…