Боевой устав Гоблина - Вадим Косинцев

– Ну, вода не главное. – Я отодвинул сплоховавшего орка плечом. – Нам бы в миссию «небесных повязок» звякнуть. Телефона не найдется?

– Заблудились, что ли? Есть пневмопочта, но она только для внутренней связи. А если нужны ваши, ступайте дальше по коридору. Дверь без номера, с единорогом и деревом. Там же у ваших штаб! Ну и тупых же новобранцев присылать стали, умора.

– Кстати, если очень хотите встретиться, – добавила другая гоблинша, – то мы туда заглянем после шести вечера. Готовьте по двадцать метикалов.

– Зачем, детка? – удивился Зак.

– А ты странный! Только что с той стороны свалился? Чтобы мы своими пленительными ручками приласкали усталых воинов, конечно.

– Ого! А не дороговато просите?

– Это столица, мальчик. Самый центр. Хочешь дешевых удовольствий, двигай в квартал тувлюхов. Там что девочки, что козы – по одной цене.

Красавицы громко и обидно захохотали.

Гоблин обернулся на шум и строгим жестом оборвал веселье. Потом закричал на нас, размахивая зажатым в кулаке роликом:

– Посторонним нельзя! Запрещено! Немедленно покиньте помещение!

– Какого хрена ты орешь, мужик? – возмутился Зак. Он был огорчен поведением развратных красавиц и желал сорвать на ком-нибудь досаду. – Пасть захлопни, чучело! А то я сейчас твой ролик в задницу тебе же и засуну!

– Что? – мирно спросил тот, стягивая наушники. – Не расслышал.

– Ничего-ничего, – сказал я и начал теснить орка к двери. – Мой друг поблагодарил вас за полезный совет. Мы ошиблись офисом. До свиданья.

* * *

Когда мы вышли назад в галерею, Зак был мрачен. Он сорвал с головы железный шлем и принялся утирать потный затылок рукавом.

– Нет, ты прикинь, мужик, какая здесь ерунда творится! Потаскушки дорогущие, какие-то маляры запросто вопят на «небесных повязок». У меня ощущение, что местную верхушку и впрямь пора менять. А что! – вдруг возбудился он. – Давай на самом деле поможем Шаману сделаться большим боссом. Он нас не забудет. Станем видными деятелями администрации, этих стерв бесплатно тра… В смысле научим гвардию любить. Что скажешь?

Я покачал головой.

– Скажу, что ты перегрелся, брат. Или каска оказалась чересчур тяжелой, голову тебе надавила. Совсем разум потерял. Во-первых, с той убогой шайкой, что осталась у Шамана, только бродячих собак да бомжей с помоек гонять. Больше им никого не победить. А во-вторых…

Договорить, что именно «во-вторых», я не успел. В нескольких шагах от нас распахнулась дверь и выпустила в коридор четырех военных. Лейтенант и два рядовых были людьми в форме «небесных повязок», а четвертым оказался давешний гоблин – сержант с КПП! Он что-то с жаром втолковывал офицеру. Тот слушал его вполуха. Было заметно, что рассказ долговязого гоблина интересует миротворца не больше, чем гудение москита.

Заметив нас, лейтенант тут же насторожился:

– Эй, парни! Вы с какого поста?

– С седьмого, – без промедления отозвался я. Привычка врать быстрее, чем мозги отреагируют, не подвела. – Только что сменились. Сержант Стволов и рядовой Маггут, сэр.

Через пару секунд я сообразил, что в данной ситуации следовало говорить правду, но было уже поздно. Лейтенант шагнул к нам, не замечая, как вытянулось лицо сержанта-киафу и как тот потянул из-за плеча жезл.

– Сменились? Замечательно. Вот этот вояка, – лейтенант небрежно махнул рукой на караульного, – утверждает, что несколько минут назад через КПП прошли два подозрительных субъекта. Они заявили, что ищут капитана Перье, но в дежурку не явились. Капитан направил меня разыскивать незваных гостей. Вы поступаете в мое распоряжение! Все посты уже предупреждены, однако нужно и ножками кое-где пройтись. Двинете по противоположному крылу, зацепите бойлерную… Да чего тебе?! – свирепо обернулся лейтенант к гоблину, теребящему его за рукав.

– Это они, сэр.

– Кто они?

– Те двое, про которых я рассказывал.

Лейтенант стремительно повернулся к нам и опустил руку на кобуру.

Мы попятились.

– Та-ак… Ну-ка стоять на месте. Стоять, я сказал! В чем дело, солдаты? Почему не прибыли по назначению?

– Заблудились, сэр.

– Вот как? – Лейтенант прищурился, взгляд его сделался подозрительным. Рука нашарила застежку на кобуре и потянула жезл. – А почему одеты не по форме?

– Господин лейтенант, – высунулся один из «небесных повязок», – помните вчерашнюю ориентировку? Ну, о бандитах, напавших на русского? А вдруг это они? Сейчас и нас разденут догола!

– А ну-ка руки на стену! – рявкнул лейтенант.

– Мы все объясним, – попытался я вступить в переговоры, но офицер меня больше не слушал.

– Молчать! Руки на стену, я сказал! Не двигаться!

– Надо сдаваться, брат, – повернулся я к орку. – Думаю, наши разберутся.

Но в тот самый момент, когда мы потянули руки вверх, у очкарика-сержанта «сорвало предохранитель». Должно быть, гоблин вспомнил намозоливший глаза транспарант. С отчаянными криками «Смерть мятежникам!» он начал стрелять.

Выпущенный поверх головы лейтенанта разряд ушел в потолок, выбив облако известковой пыли. Офицер, крича «Отставить огонь!», тут же бросился на пол – как и его подчиненные. А потерявший рассудок гоблин все палил и палил. На наше счастье, меткость не входила в число достоинств близорукого стрелка. Разряды били куда угодно, только не в цель.

Да и цель, в общем-то, не ждала с покорностью, когда в нее попадут. Развив скорость стартующих гепардов, мы ринулись прочь.

Мы мчались в сторону холла, а смертоносные плети разрядов секли стены, потолок и пол дворца. Треск жезла слился с топотом ботинок и криками лейтенанта. Где-то визжали женщины и падала мебель. И наконец, полностью перекрыв все прочие звуки, взревела глотка сирены.

Коридор закончился одновременно с тем, как истощился кристалл горе-стрелка. Однако считать, что неприятности этим также исчерпались, было рано. Сверху и снизу на лестнице уже маячили какие-то фигуры, безусловно готовые вести огонь на поражение. Не сговариваясь и не сбавляя скорости, мы свернули в холл с витражом и колоннами.

В холле тревожная сирена выла значительно слабее. Парадный вход был заблокирован баррикадой из двух скамеечек и напуганным бойцом киафу. Едва мы показались в холле, боец зажмурился, выставил перед собой жезл, заголосил на языке предков и нажал на спусковой крючок. Мы залегли. Так же поступили наши преследователи на лестнице и в коридоре.

Скорострельность жезла оказалась чудовищной. За каких-нибудь полторы секунды огромный кусок панно превратился в стеклянную крошку и стеклянный звон. Когда разряженный кристалл зашипел впустую, защитник врат, не прекращая орать, сорвал с пояса один за другим два ручных файербола и швырнул туда, где подозревал наличие противника. Глаза гоблина все еще оставались закрытыми, поэтому броски вышли не вполне точными.