Холодные дни - Джим Батчер

– Здесь Леди Мэйв права, – сказала Лилия с явной неохотой. – Времени осталось совсем мало. Я понимаю твою тревогу о последствиях… устранения Мэб… но у нас практически нет выбора. Она просто слишком опасна, чтобы позволить ей продолжать начатое.

Я издал низкий хриплый звук.

– Это безумие.

– Забавно, – сказала Мэйв, морща носик, – не правда ли?

Я по очереди посмотрел на каждую из них.

– Что еще вы скрываете от меня?

Лилия снова вздрогнула, словно мой вопрос был ей очень неприятен.

– Никто не должен узнать, что ты осведомлен о заразе, – сказала она. – Ты же не знаешь, кто из твоих союзников или помощников уже инфицирован. И если ты покажешь, что знаешь это, кто-то из инфицированных либо устранит тебя, либо заразит.

– Что еще? – спросил я.

– Я поговорю с Хватом, – сказала Лилия. – Да вот и все.

Я кивнул. Затем посмотрел на Мэйв.

– Ну а ты? Что ты недосказала?

– Я хочу забрать тебя в свой будуар, чародей, – сказала Мэб, облизывая губы. – И проделывать с тобой вещи, которые доставят тебе такое наслаждение, что у тебя мозг истечет кровью.

– Ух, – сказал я.

Ее лисья улыбка заострилась.

– А кроме того, – сказала она, – мои люди скоро попытаются убить тебя.

Лилия расширившимися глазами посмотрела на Мэйв.

– Я ему ничего не обещала, – засопев, сказала Мэйв. – Кроме того, надо же соблюдать приличия! Я уверена, что глаза моей матери следят за каждым его движением. Мирная встреча со мной наверняка заставит ее что-то заподозрить.

– А, – сказала Лилия. – О Боже.

Мэйв склонилась ко мне, перейдя на доверительный шепот:

– Они тоже не знают о заразе, чародей. Так что их попытки будут совершенно искренними. Советую сопротивляться. И поэнергичнее.

Семь фигур вышли из угла сада с дальней стороны мостика и уверенным шагом двинулись к нашей небольшой группе. Сидхе. Красная Шапка шагал в центре.

– Адские колокола, – прорычал я, невольно делая шаг назад. – Прямо здесь? Сейчас? Могли бы дать мне пару минут закончить разговор, черт вас дери.

– А как же забава? – спросила Мэйв, надув губки. – Я это я. Я люблю насилие. Люблю предательство. Люблю твою боль, и самое сладкое здесь то, что я делаю это для твоего же блага. – Ее глаза вокруг зрачков засветились белым. – Это когда я на стороне хороших.

– Извини, Гарри, – сказала Лилия. – Я не хотела этого. Я думаю, тебе следует уйти…

Она повернулась к Мэйв.

– …чтобы Зимняя Леди могла представить меня своим вассалам. Мы ведь встречаемся впервые.

Мэйв заморгала, а лицо ее помрачнело от злобы.

– Ах… Ах, ты, ханжа этакая.

Лилия ответила почти искренне: – Я сожалею, что это лишит вас удовольствия, Леди, но протокол есть протокол.

Мэйв топнула ногой, хмуро посмотрела на меня, а потом схватила Лилию за запястье. И потащила Летнюю Леди навстречу приближающемуся антуражу.

Лилия подмигнула мне с выражением лица, желанным как чашка горячего шоколада – и я начал почтительно отступать. Как только я сошел с мостика, то тут же развернулся и побежал. Заранее не скажешь, на какое время тактика Лилии задержит Красную Шапку и его приятелей, и я хотел оказаться в машине и катить отсюда, пока формальная церемония представления не закончилась.

Все шло вполне по плану, пока я не начал бежать вдоль огромной стены каких-то толстых вечнозеленых растений. Тогда-то нечто маленькое и размытое вынырнуло из кустов на полшага впереди меня. Это был мелькнувший Капитан Крюк в своих миниатюрных доспехах, тащивший за собой какую-то веревку. Мои ноги запутались в ней и я рухнул на землю.

Я попытался сохранять спокойствие, перевернулся в падении и снова вскочил на ноги, и это мне удалось бы, когда бы из-под меня рывком не выдернули одну ногу. В общем, я просто неуклюже рухнул наземь, проехав на груди и щеке несколько футов по мокрому асфальту.

Оу-у-у!

Я снова встал на ноги, двигаясь как можно быстрее. Я пока не чувствовал никаких уколов стальными гвоздями, и поднял глаза к небу, высматривая на ходу, не приближается ли вражеский Малый Народец.

Поэтому я не был полностью собран, когда мужчина в байкерской кожаной куртке выскочил из кустов и грохнул меня бейсбольной битой по основанию черепа. Мои ноги превратились в желе и я рухнул, приземлившись на подбородок.

Я кое-как перевернулся на спину, в полусознании, поднимая руки нескоординированным и бесполезным защитным жестом. И получил носком мотоциклетного ботинка прямо по яйцам – и весь мой мир вспыхнул сумбуром и болью.

– Ага, – прорычал этот тип. Он был среднего роста, с курчавыми темными волосами и козлиной бородкой. – Все правильно, сучонок! И кто теперь ползает по земле?

Задавать вопросы значило лишь разозлить его. Он пнул меня по ребрам, потом добавил правой ногой в живот – и я, задыхаясь, свернулся клубком.

Надо было срочно валить отсюда – Красная Шапка уже близко. Я не мог издать ни звука, чтобы дать Томасу понять, что вляпался, и, хоть и накачан я был неслабо, этого оказалось недостаточно, чтобы мгновенно преодолеть ошеломляющую боль от ударов. Обычно они лупят по нервной системе, сбивая работу машины, посылающей сигналы телу. Так что я пребывал в далеком нигде еще несколько секунд.

– Добить его, – мужчина сплюнул, и эти замерзшие иглы голой боли, которую я чувствовал раньше, расцвели из моего тела – из правой руки, левой лодыжки, и где-то из области поясницы. Я слышал жужжание маленьких крыльев, когда агрессоры пролетали мимо, втыкая в меня гвозди, как гарпуны в барахтающегося кита. Было так больно, что я едва смог открыть глаза, чтобы посмотреть на того, кто на меня напал.

Я узнал его.

Туз, подменыш, один из родителей смертный, другой фэйри. Один раз он оказался жертвой Ллойда Слейта, другой раз предал Хвата, Лилию и девушку по имени Мерил. Он посмотрел на меня глазами, полными ненависти и несколько раз встряхнул в руке алюминиевую бейсбольную биту.

– Я целые годы ждал этого.

И начал охаживать меня по голове.