Коричневый дракон - Татьяна Морозова

«Феликс, в прошлый раз вам лишь втроем удалось остановить эту заразу».

«Именно».

«Не перебивай. Как же быть сейчас, когда нас всего двое? И где Ши'А?»

«Кто бы мне это сказал…»

«А вдруг она погибла?» — я боялась об этом думать, но мысль все равно не давала покоя.

«Нет, насчет этого не переживай, ее структуры присутствуют в пси-поле, значит никакого „вдруг“. Вопрос в другом — почему я не могу к ней пробиться?»

«Что будем делать?»

«Буду повторять попытки вновь и вновь. Другого варианта я не вижу».

Рядом сидела Ди и скрупулезно проводила исследования планеты, Меч пытался связаться с Матерью Драконов, лишь только я одна стояла, как бесполезный предмет. Даже стыдно как-то. Вообще-то после таких размышлений моя совесть рассчитывала услышать фразу, что, мол, не переживай ты так, твоя очередь еще настанет и ты внесешь свою лепту, но Меч почему-то промолчал.

— На данный момент вот что получается, — Ди оторвалась от прибора, — спектроинфернальный анализ показал, что две трети Арлила заражено. Одна треть населения планеты погибла. Одним словом — достаточно жуткая картина. Неудивительно, что Карающие тобой заинтересовались, Най.

— Ну я-то тут при чем?! Я, что ли, эту заразу выпустила? Пусть найдут того, кто это сделал, и с ним разбираются!

Кто бы знал, как мне было обидно. Какой-то гад уничтожил миллионы людей, а виновата во всем Коричневая Леди.

— Най, когда ты ночью приходишь на кухню и видишь тараканов, ты на них обижаешься? За то, что по столу ползают? Или это все же твоя вина, что в твоем доме, я повторяю — в твоем, живут эти паразиты?

— А разве я виновата, что меня кто-то вышвырнул из дома? Я больше года искала дорогу домой. Мучилась, нервничала, переживала. Наконец-то нашла, вернулась и — нате вам. Как обухом по голове.

— Успокойся, Най. Я-то тебя не обвиняю. Даже в какой-то мере чувствую себя виноватой в том, что произошло. Надо было сразу тебя отправлять, а не тащить на Станцию. Вот потому-то я тут и помогаю. Это первый случай, когда Хозяева Ключей вмешиваются в дела других структур. Надеюсь, он же будет и последним.

— Скажи, Ди, а почему ты взяла меня на Станцию?

— С тобой весело, — уклончиво ответила девочка и улыбнулась.

«Нашел! Нашел!» — заорал Меч так, что у меня зазвенело в голове.

«Дракону?»

«Нет, отца Лазурия и Заххара. Их единственных и смог найти на Арлиле. Остальные словно в воду канули».

«Где они?» — У меня заколотилось сердце.

«Тебя это удивит — на высокогорье Квертонайской гряды».

«Где?!»

Меч оказался прав, я не то чтобы удивилась, я была шокирована услышанным. Это единственное место на Арлиле, упоминание которого вызывает в моем сердце тупую боль. Именно там погиб Дар — первая и, возможно, последняя любовь Коричневой Леди. Но шокировало меня не это, а сам факт нахождения там премьер-министра и отца Лазурия. Что они забыли на высокогорье? И как вообще оказались именно в Квертонайской гряде?

— Что-то случилось, Най? — дернула меня Дитя Ночи.

— Да, нашлись два наших товарища.

— А дракона? — прищурив левый глаз, спросила малышка.

— Ши'А пока что не выходит на связь, но Меч старается ее отыскать. А нам надо бы сейчас переместиться к моим друзьям.

— Погоди, не торопись, — остановила меня Ди. — Давай первым делом проверим тот участок на предмет заражения. Как, говоришь, местность называется?

Я ответила. Девочка внимательно посмотрела на полученные ранее результаты и покачала головой.

— Нет, туда мы перемещаться не станем. Процент заражения растет с каждой минутой. На, сама посмотри, — она развернула ко мне монитор.

Карта Арлила, знакомая до боли, оказалась окрашена в три цвета — синий, черный и красный. Полуостров Кармансен, территории Гастальской империи и сопредельных государств, Тарман — оказались закрашены черным, все остальное, вплоть до Тайнина, было красным и лишь государство императора Шамри и далее — синим.

— Все понятно? — малышка посмотрела на меня глазами Ди-Эль-Ра.

— Как быстро красный цвет становится черным?

— Определенной динамики я не заметила. Пока что сложно говорить о закономерности. Возможно, это связано с плотностью населения, а возможно, и с какими-то иными аспектами. Нужно время, посмотреть, проанализировать, чтобы сделать окончательные выводы.

— Это понятно. А как быть с моими друзьями?

— Все просто. Не забывай, кто перед тобой. Мы не станем прибегать к помощи твоих доисторических методов и скользить в подпространстве, — хитро улыбнулась девочка. — Я же Хозяйка Ключей, а значит, мне подвластны все Двери.

Не знаю, как выдержало сердце бедного отца Лазурия, когда вдруг неожиданно перед ним и Заххаром открылся портал, в проеме которого стояла улыбающаяся я и махала им рукой. А спасибо за это можно смело сказать Ди. Не говоря ни слова, без какого-либо предупреждения, она открыла видимую только ей дверь между Квертонайскими и Ангриарскими горами. Правда, я тоже хороша — как только увидела своих друзей, повела себя не достойно статуса Коричневой Леди: запрыгала на месте, визжа от радости.

Увидев меня, мужчины вскочили на ноги, а отец Лазурий при этом прижал правую ладонь к груди. Не в силах сдерживать эмоции, я все прыгала и махала руками, зовя их на нашу сторону. По всей видимости, премьер-министр и маг решили, что у них галлюцинации, потому наотрез отказывались идти к нам с Ди. Тонкая пленка Перехода, находящаяся на грани восприятия глаза, отделяла нас друг от друга.

— Как вы думаете, любезный Заххар, уже началось воздействие магии Мертвых? — услышала я вопрос отца Лазурия. — Вначале видения, а потом мы кинемся убивать друг друга?

— Вот что ты будешь с ними делать? Нет меня — плохо, вернулась — тоже нехорошо, галлюцинациями обзывают, — как можно громче сказала я.

— Найяр, это действительно ты? — переспросил премьер-министр, разглядывая меня сквозь зыбкую пелену.

— А вы идите сюда и узнаете.

Мужчины переглянулись, но продолжали стоять на месте. Их можно было понять — действительно они видят Коричневую Леди или все же начались необратимые процессы воздействия.

— Что вам терять? Если я галлюцинация, то вы так и останетесь там, где стоите. Хуже уж точно не будет.

То ли слова мои прозвучали убедительно, то ли мужчины и сами давно хотели покинуть высокогорье, они, не раздумывая более, прошли через Дверь. Сложно передать словами, какие эмоции накрыли нас троих в тот момент, когда мы оказались вместе. Отец Лазурий, не веря глазам своим, трясущимися пальцами дотрагивался до моего лица: щек, носа, подбородка; он коснулся моих плеч, рук.

— Живая… Наша Леди живая, — он не мог больше сдерживать слез и позволил себе заплакать.