Путь безнадежного - Аркадий Степной

Арбалетчики, шедшие позади них, были более дисциплинированны, но и среди них нашлось немало таких, кто снял с себя кольчугу и забросил ее в наплечный дорожный мешок.

Гарт, глядя на все это безобразие, только досадливо поморщился и в очередной раз приказал своим бойцам подтянуть ремни и быть начеку. Безнадежные из первого пула с заметной завистью смотрели на остальных, но приказа своего первого капрала ослушаться не посмели.

Барон Глинбор ехал во главе своего войска на статном белом жеребце. Лесная тишина и удушающая жара притупили его страх и осторожность. Он снял с себя закрытый шлем и оставил на голове лишь легкую небольшую шапочку. Барон с удовольствием снял бы и тяжелые наплечники, но золотые украшения на них так ярко горели в лучах полуденного солнца, что тщеславие на время победило все остальные чувства. И барон продолжал истекать потом, утешаясь завистью, горящей в глазах его свиты.

Его спокойствие было бы серьезно нарушено, если бы барон знал, что еще одни глаза любуются игрой солнечных лучей на золотых завитушках на его доспехах. И в отличие от других глаз в этих нет и следа зависти. Вместо этого в них горело чувство радости от предвкушения скорого обладания заветной вещью. Такими глазами мужчина смотрит на женщину, которой в скором времени предстоит неминуемо оказаться в его объятиях.

Да, этот взгляд изрядно подпортил бы барону настроение, тем более что взгляд этот был эльфийским.

Ангейро аккуратно приладил именную бронебойную стрелу и натянул длинный эльфийский лук. Хищный прищур зеленых глаз нацелил граненый наконечник. Рано… рано… рано… пора!

Голова глинглокского генерала взорвалась кровавым облаком. И тут же огромные ели рухнули на землю, преграждая людям дорогу. Две сотни добрых эльфийских луков ударили с двух сторон по застывшим в изумлении рыцарям и растерявшимся коронным копейщикам. С двух десятков шагов бронебойные наконечники пробивают любые доспехи насквозь. В этот кровавый день люди познают, что значит эльфийская стрельба. Тридцать стрел в колчане у лучника, три минуты стрельбы, и можно идти врукопашную.

Из полутора сотен тяжелых всадников уцелело едва ли три десятка, успевших вовремя соскочить с седла и спрятаться за лошадьми. Полк коронных копейщиков потерял почти треть своего состава, в том числе и всех своих командиров.

Ангейро сбросил на землю пустой колчан, оставил лук и резким движением обнажил короткий пехотный меч.

– Арк!

– Арк!!! – подхватили его крик две сотни эльфийских глоток.

На ошеломленных, оставшихся без управления копейщиков с двух сторон обрушились почувствовавшие кровь эльфийские лучники. Копейщики даже построиться не успели, в их беспорядочную толпу ворвались эльфы, словно волки в стадо овец.

Капитан Ангейро вырвался вперед, легко увернулся от выставленного невпопад копья, отбил рукою в сторону щит, на мгновение мелькнули испуганно распахнутые голубые глаза, и вот уже отточенная сталь рубит мышцы, вены, позвонки. Снесенная человеческая голова отлетает вбок.

– Арк!!! – кричат за его спиной бойцы его личного, элитного десятка, воодушевленные доблестью своего командира.

Но ему не до них и не до жертвы, она уже в прошлом. Перед ним другая мишень, широкоплечий копейщик стоит к нему спиной, закрываясь щитом и низко пригибая голову, он не видит, что творится за его спиной. Привыкший стоять в строю копейщик не смотрит назад. Ну что же, это только его вина. Окрашенный кровью меч взлетает ввысь и обрушивается на не защищенную металлом спину. Копейщик приглушенно охает и опадает на землю с перебитым позвоночником, но эльфийский капитан уже забыл про него, он в прошлом. Перед капитаном новая мишень.

Совсем молодой мальчишка бросает от страха копье и съеживается, пытаясь спрятаться за своим щитом. Глупец! Людям пощады не будет! Ангейро ударом ноги выбивает щит из его руки, парнишка падает на колени, закрывает руками голову, что-то кричит. Тяжелый наконечник меча разрубает выставленные ладони, пробивает кожаный шлем, и молодой копейщик падает навзничь с раскроенным надвое лбом. Все, он в прошлом, дальше.

Чье-то копье бьет эльфийского капитана в бок, удар вскользь не может пробить кольчугу, лишь оцарапывает кожу, но вынуждает его неудобно развернуться, теряя равновесие и драгоценные мгновения. Копье тут же ускользает для нового удара. Ангейро бросает яростный взгляд на нового противника, перед ним не желторотый мальчишка, это ветеран, третья шеренга. Щит отброшен в сторону, копье держит в обеих руках, в глазах ни капли страха. Копье устремляется в новый полет. Черт! Как быстро! Ангейро вскидывает меч, уже зная, что это бесполезно, ни увернуться, ни отбить.

Сильный, резкий удар окровавленного эльфийского меча сбивает копье к земле. Другой эльф рубит мечом по закованному железом плечу копейщика-ветерана, меч скользит по броне и тут же снова бьет, пробивая незащищенный бок. Разжимаются мозолистые ладони, скрипят зубы, широко распахиваются в ярости глаза. Поздно! Ты уже в прошлом, ветеран из третьей шеренги. Вовремя подоспели эльфы на выручку своему капитану.

– Арк! – кричит Ангейро.

– Арк!!! – подхватывают за ним эльфийские лучники.

Эх, до чего же здорово биться с копейщиками, потерявшими строй!

Стрелы хлестнули по строю с двух сторон одновременно. Еще секунду назад – лесная тишина, птицы, распаренные сонные лица, и вдруг… Все взрывается криком и болью. Снявшие кожаные доспехи безнадежные падают как подкошенные со страшными рваными ранами на теле. Хлещет кровь из порванных артерий, жуткие вопли боли разрывают барабанные перепонки. Страх пляшет свою дикую пляску на людских душах, наступая своей мерзкой босой ногой и на тебя. Хочется плакать, кричать, бежать, спрятаться.

Страшно… Страшно… Страшно… Паника…

И вдруг спасительный островок посреди ада – твердый приказ:

– Пул, построение еж!!! Капралы, по местам!!!

Голос сержанта как голос Бога в эти страшные минуты.

И руки сами делают свое дело, а ноги меняют позицию, совершенно не согласовывая ее с головой. Да и зачем? Все отточено до автоматизма на злых, ненавистных тренировках. Лязгают, смыкаясь, обитые железом щиты, хищно ощетиниваются копья, плечи товарищей сжимают твои. Злобные стрелы бессильно бьются в твердую кожу и мелкослойную древесину. Щиты содрогаются в руках от попаданий, но сомнений в их прочности нет. Не мы ли сами, по приказу капралов, заботливо их чистили, укрепляли и приводили в порядок?

За выставленными кругом щитами по-прежнему – ад! Крики, смерть, кровь и паника, паника, паника. Эльфийские стрелы собирают свою кровавую жатву, и даже те немногочисленные безнадежные, кто сохранил самообладание и постарался укрыться от смертельного дождя за щитами, гибнут, получая выстрелы в спину. Но это там, за нашими выставленными щитами. А здесь, внутри, страха больше нет. Есть плечи товарищей, есть крепкая защита, есть понимание того, что ты должен делать и где твое место. И над всем этим плывет голос твоего сержанта:

– Держать строй! Сомкнуть щиты! Приготовиться к отражению атаки!