Убить Бенду - Лев Жаков

– Канерва, ты меня слушаешь?! – Фрейлина сердито посмотрела на главного егеря.

– Нет. – Он повертел ногой и взялся за другой сапог.

– Господи, ты просто невыносим! – вскричала Элайна. – Есть ли что-то святое для тебя?!

Канерва встал, притопнул, прошел к столу, где лежала куча вещей, от шлема до шнурков и огрызков перьев. Пошарил там, вытянул кожаную перевязь, украшенную только тиснением по нижнему краю.

– Что тебе надо? – Он надел перевязь, вставил в нее ножны с кинжалом. – Я ухожу.

Девушка разразилась слезами.

– Вот черт! – Канерва вернулся к сундуку и вытащил из него после недолгих раскопок белый атласный шейный платок. – У его величества в спальне вечно сквозняк, как он ни запирает ставни, – пояснил главный егерь девушке, которая при его восклицании оторвала руки от мокрых глаз и с надеждой посмотрела на Канерву заступив ему дорогу.

– Канерва, королева ждет меня! Скажешь же ты, наконец, что-нибудь?

– Пусти, красотка, меня ждет король.

– Подождет! Сначала ты мне все скажешь!

– Да что же, дьявол тебя раздери, я должен сказать?! – Канерва в ярости рванул загораживающую выход девушку на себя. Элайна вытянула руки и обняла его за шею.

– Я пришла утешить тебя, а ты не стал меня даже слушать!

– Элайна! – Канерва попытался оторвать ее от себя. – Женщина, пусти меня!

– Ну ударь, ударь меня! – Она вдруг сползла по лорду Мельсону упав перед ним на колени, уткнувшись лицом ему в чресла, отчего Канерва ощутил там невольное движение. Он рывком поднял девушку на ноги и, прижав к себе, поцеловал.

– Хорошо, я приду к тебе ночью. Этого ты добивалась?

Элайна опустила глаза, кусая губы.

– А теперь мне пора. – Канерва открыл дверь и оглянулся на девушку. – Идешь? Тебя ждет королева.

Она вышла, вытаскивая из рукава платочек.

* * *

В Каминном зале монотонно звучал голос чтицы. Королева, устремив взгляд поверх голов фрейлин, витала мыслями далеко от книги. Никто не слушал. Дамы ловко управлялись с иголками, иногда перешептываясь, но так, чтобы не отвлечь ее величество от печальных раздумий. Элайна прошла через зал, гордо неся тяжелую прическу. Поклонилась королеве, которая даже не заметила появления девушки, и села на свое место. Алиция встретила соседку вопросительным взглядом темных глаз – тех самых, что не давали покоя лорду Мельсону. Взявшись за вышивание, светловолосая красавица наклонилась к Алиции:

– Как я и сказала, лорд Мельсон этой ночью снова будет у меня.

Юная фрейлина уставилась на иголку в своих пальцах, мечтая воткнуть ее в Элайну Помолчав, Алиция произнесла негромко, так, чтобы не потревожить королеву:

– Однако же это вы его, не он вас просил. Стук ваших каблучков, когда вы вышли из зала...

– О, он просил, еще как! – перебила ее Элайна. – Валялся в ногах, умолял!

– Отчего же у вас веки красные? – не поднимая глаз, спросила Алиция.

– Ударилась лодыжкой, очень больно было, до слез. Можешь прислать своего брата, этого наглого рыжего мальчишку, сегодня после полуночи к дверям моей спальни, он подтвердит.

– Зачем же я буду учить брата шпионить? – быстро возразила Алиция.

Элайна рассмеялась, но тут же прикрыла рот ладонью.

– Он только этим и занимается, как и все здесь! А Канерва... – Фрейлина закатила глаза.

– Что «Канерва»? – дернула ее за рукав Алиция.

Элайна посмотрела на девушку с неудовольствием.

– Он великолепен, – отрезала она, берясь за пяльцы.

– Ну, это все дамы знают...

– Кроме тебя!

Алиция с мукой улыбнулась:

– Я порядочная девушка.

– Ты малолетняя дура! – ответила Элайна. – Учись, как с мужчинами обращаться надо. Пока он не побывает у тебя в постели, ты для него никто!

– Для лорда Мельсона, насколько я успела заметить, все женщины никто, – ядовито возразила юная фрейлина.

– Говорю же: дура. Женщины для него – все.

– Все женщины, – уточнила Алиция.

Элайна нахмурилась:

– Ты мне завидуешь. Потому что я заполучила самого красивого мужчину двора. Но ты вряд ли заметила за своими пяльцами, что лорд Мельсон с лета ходит только ко мне. Раньше он, конечно, вел себя как последний озабоченный кобель, но ни с кем – ни с кем! – не проводил больше месяца, да и то была большая редкость. А со мной – с лета. Не заметила?

Алиция заметила, еще как. Поэтому, покусав губы, она не нашла ничего лучшего, кроме как спросить:

– Не пора ли свадебное платье заказывать?

Элайна многозначительно улыбнулась.

* * *

В комнате горела одна свеча. Алиция сидела в кресле, подобрав ноги, колени ее были укрыты шерстяным ковриком. Служанка расчесывала темные волосы фрейлины деревянным гребнем. По полу гулял сквозняк. Он поддувал под коврик, отчего девушка ежилась и сильнее поджимала ноги; он шевелил углы старых гобеленов на стене, трепал пламя свечи и подол служанки. Только тяжелый потертый бархат полога был сквозняку не по зубам и оставался непоколебленным.

Дверь приоткрылась, в щель протиснулся рыжий паж. Ветер свистнул, чиркнул по ногам холодом.

– Лисс, немедленно захлопни! – Алиция потерла замерзший кончик носа и добавила: – Ляжешь сегодня со мной.

– Я ночью дежурю! – возмутился Лисс.

– Да я не тебе, – отмахнулась придворная дама с досадой. – Какие холода здесь! Дома хоть у камина можно было погреться, а тут он еще не в каждой комнате. Дворец, называется. Как я замерзла!.. Как я устала!..

Мальчишка уселся на ручку кресла.

– Чего звала-то? Я придумал еще одну дразнилку, слушай: «Канерва – нервный дурень». Почти в рифму, правда?

– Хватит. – Алиция поморщилась. – Слушай, ты. После полуночи будь у спальни Элайны, посмотри, придет ли туда Канерва.

– Не понял. – Мальчишка ссыпался с подлокотника и уставился на сестру. – Ты же говорила, у них все.

Девушка мрачно рассматривала белые кончики своих пальцев, потирая их друг о друга.

– Ты говорила, что он с тобой танцевал! – не унимался Лисс. – Он тебя обнимал! Говорил пароли! Если он после этого на тебе не женится, я его убью!

– Замолчи! – завизжала девушка и швырнула в брата коврик. – Заткнись! Дурак!

Паж поймал коврик и отдал сестре.

– Чего вы все в нем находите? – не обидевшись, спросил он. – Висите на нем, как виноград на лозе!

Алиция вздохнула:

– Он такой красивый... и гордый...

Попрыгав на одной ножке, Лисс заметил: