Наши павшие нас не оставят в беде. Со Второй Мировой – на Первую Звездную! - Юрий Стукалин

Постепенно небо начинает светлеть, легкая дымка тумана обволакивает руины. Зябко.

Сейчас мое время дежурить, и Брюннер спит. Всю ночь на плацу чужаки трудились, но ничего нового мы не увидели. Равномерное уханье да голубоватые вспышки. И без того мощная охрана площадки значительно усилилась – недавно подтянулись еще три десятка летучих танков, столько же бронетранспортеров и несколько взводов пехоты. Количество «крабов» в небе возросло раза в два как минимум.

Такого числа войск достаточно, чтобы начать обширную боевую операцию, но они нагнали их, дабы защитить какую-то дыру в центре Москвы! Как я ни гадал, какова их цель, ничего путного в голову не пришло. Спрашивал у Курта его мнение, но он попросту отмахнулся. В действиях чужаков есть какая-то логика, но нам она не ясна.

От мыслей меня отвлекает странный звук в небе. Равномерное такое жужжание, постепенно нарастающее. Звук все усиливается, постепенно превращаясь в тяжелый гул, от которого закладывает уши. Даже наше здание начинает вибрировать.

Брюннер просыпается, трет заспанные глаза. После короткого беспокойного сна его лицо выглядит опухшим, и глаз почти не видно.

– Что за черт? – спрашивает он, задрав голову вверх.

– Понятия не имею.

Утреннее небо затянуто облаками, но и без того понятно, что сверху на землю спускается нечто большое.

– Вон там, смотри! – завороженно шепчет Брюннер.

Но теперь я вижу все и без его слов. Задрав голову, неотрывно вглядываюсь в то, что происходит над застывшими внизу на площадке чужаками. Удивительное и одновременно пугающее зрелище.

– Мама родная! – вырывается у меня.

Какая-то неведомая сила моментально разметала облака, и нашему взору предстал огромный инопланетный корабль. Выглядит он странно и скорее похож на гигантскую, скомканную в некое подобие шара гору металлолома. Зрелище грозное и устрашающее. Шар медленно и грузно спускается с неба. Чужаки предусмотрительно заранее покинули площадку, охрана застыла в ожидании по периметру.

Корабль еще высоко, а к плацу подлетают новые «крабы». Их много, даже приблизительно сосчитать не получается. В одну секунду небо становится тесным от летающих эскадрилий. Они постоянно перемещаются, четверка «крабов» проносится прямо над нашими головами. Мы прячемся, чтобы нас не заметили.

Груда железа вызывает подсознательный животный страх.

– Вот это да-а, – тянет, разинув рот, Курт. – Какой же он огромный.

Несмотря на размеры, громадина опускается, словно пушинка. Днище корабля зависает метрах в двухстах над площадкой, из него вылетает катер. Его сопровождает рой боевых «крабов».

– Это кто же такой к ним прилетел? – не выдерживаю я.

– Сейчас увидишь. У нас билеты в первом ряду.

Пока катер садится, «крабы» кружат вокруг него, словно назойливые мухи над банкой варенья. Наконец, он приземляется недалеко от дыры, пробитой ранее техникой чужаков.

Сотни «крабов» устремляются высоко в небо, зависают над городом расходящимися кругами, готовые отбить атаку любых сил противника – и воздушных, и наземных.

– Смотри! – восклицаю я. Сердце мое бешено колотится, во рту вмиг пересохло.

На ближайшем к нам борту приземлившегося катера отходит панель, и тут же раздается отвратительный, режущий ухо звук, похожий на подвывание пса, только более резкий, отрывистый. От неожиданности вздрагиваю. Откуда он исходит, непонятно, но разносится по всей округе. Противнее ничего не слышал.

Из открывшейся двери выходят клубы зеленоватого пара, они окутывают всю площадь. Мерзкий звук прекращается, резко оборвавшись.

Мы с Куртом терпеливо ждем. Ясно, что сейчас начнется некое «представление».

Пар рассеивается, и плац после него приобретает зеленоватый оттенок. Пехотинцы собираются по периметру плаца, замирают, встав в стойку и держа наготове оружие. Из катера выходят чужаки, но выглядят они не совсем так, как остальные, привычные нам. Брюннер присвистывает. Высокие – около двух метров ростом, в абсолютно черных панцирях. Их около пятидесяти. Черные окружают периметр, и тоже замирают.

– Похоже на свиту, – говорю я.

– Или на элитную охрану, – вторит мне Курт.

Неужто мы сейчас воочию увидим инопланетного Гитлера?! Кого еще чужаки могут встречать с такой помпой? Сердце мое готово выпрыгнуть из груди. Снова возобновляется мерзкое подвывание, но уже тише и не так сильно режет слух. Может, это приветственная музыка, которой чужаки встречают своего лидера? Но на хрена ему сдалась эта яма?!

Инопланетяне явно ждут, пока из кабины выйдет кто-то еще. И, наконец, их ожидания оправдываются. Как, впрочем, и наши с Куртом. Из недр катера медленно выезжает нечто, походящее на телефонную будку, только размером с большой сруб. Оттуда появляется белесая субстанция с конечностями. Настраиваю резкость оптики, чтобы получше разглядеть.

Существо медленно выползает из кабины. Выглядит оно омерзительно! Уродливое, белесое тельце полупрозрачно, как у медузы. Шипастая голова на тонкой шее, сморщенная, как у старухи, кожа. Носа на морде существа нет, но два маленьких глаза пылают такой злобой, что у меня мороз пробегает по спине. Безгубый, напоминающий разрез рот монстра открывается, из него наружу то и дело выскакивает узкий, фиолетового цвета язык, покрытый белыми, похожими на червей волосками. Существо двурукое и двуногое, конечности без суставов и напоминают скорее гибкие щупальца, чем руки и ноги.

Существо останавливается: его удерживают тянущиеся из кабины толстые провода, крепящиеся к белесому телу присосками. Спустя секунду провода один за другим отсоединяются от тела и, скользя в воздухе, исчезают в глубине кабины.

– Что за урод? – Брюннер старается оставаться хладнокровным, но голос его не может скрыть изумления.

– Понятия не имею. Чертовщина какая-то.

Камеры, установленные Брюннером, а также встроенные в наши шлемы, все фиксируют. Понимаю, что теперь уж точно нам нужно добраться до базы, чтобы наши командиры смогли увидеть то, что мы сейчас лицезреем.

При появлении белесого черные чужаки тут же опускаются на одно колено. Вслед за ними то же делают остальные твари.

– Прямо генерала встречают, – выдыхает Брюннер.

– Похоже на то. Видишь, как эти чижики подобострастно стоят? Прям готовы кинуться ему задницу лизать.

– А если мы его снимем? – поворачивается ко мне Курт. – Расстояние позволяет. Дадим из двух стволов, и привет.

– Тогда никто из наших не узнает, что здесь творилось. Нас ухлопают через пару минут максимум. К тому же надо посмотреть, что же дальше будет.