Серебряные Копья - Валерий Козачук

— А вот я бы не прочь поглядеть, — лукаво отозвался подросток — говорят всё при ней.

— Все, вы, мальчишки, на один лад, в этом я давно убедилась. Кроме Шарля, пожалуй, да и то не вполне уверена. — Даниэль внезапно залилась краской, что она такого сказала? — Ты о деле давай, не смущай невинную девушку, — важно заявила волшебница.

— Только выпей сперва стакан молока. — Жан подвинул поднос к предсказательнице. — Детям говорят очень полезно.

Даниэль беззвучно, по-девчоночьи выругалась, но послушно осушила стакан.

— И хлебцем заешь, поджаристым, для тебя отбирал.

— Лучше уж печенюшкой, она с маком.

— Невелика разница. Ты глотай, глотай, а то ещё подавишься ненароком.

— Шантажист и вдобавок надсмотрщик! — вынесла вердикт Даниэль. — Научился, наверное, у Луи, несладко Шарлю приходится.

— Кто бы спорил… Я потом тебя ещё покормлю, — словно, между прочим, добавил подросток. — Словом сумка в комнате гонца, а гонец сейчас со своей зазнобой. Дошло?

— Боюсь, что это надо-о-олго, — уныло протянула красавица.

А теперь хорошие новости. Только… — Жан умильно глянул на поднос.

— Так и быть бери свой пирожок, я одним всё равно не наемся, — разрешила девчонка. — Что ему, скучать в одиночестве?

— Правильно, — мальчик потянулся к подносу.

— Булочку-то, зачем прихватил?! — возмущённо фыркнула Даниэль.

— За компанию, — объяснил недавний ватажник. Каталонский купец, что остановился в ближайшем номере, срочно переехал в соседний трактир. Во избежание. И вдобавок мой знакомый овернец. В старом добром «Грифоне» теперь только два постояльца — благородная Даниэль и гонец маркиза. Или высокородная?

— Не дразнись ты по новой, сам волшебник не из последних. Пирожки вот только сожрал.

— Усыпить надеюсь получится? — деловито спросил слуга. — До полудня, чтобы с гарантией.

— Да будет известно высокочтимому Жану, — Даниэль показала розовый язычок, — что наслать сон на бодрствующего ну ника-а-ак не получится, в этом я слабовата. Другое дело на дремлющего, а тем более сонного — хоть в холодной воде купай, всё одно не пробудятся. А гонец и его… — вредная девчонка поморщилась, — они понятно чем занимаются. И те четверо, — вспомнила предсказательница, — до сих пор, небось, бражничают.

— Через час, другой отправятся на боковую.

— Вот видишь! Поедим вдвоём, а потом спа-атеньки… — красавица протяжно зевнула и благовоспитанно прикрыла рот ладошкой.

— Ты наверно до зари не проснёшься, — Жан предусмотрительно отступил.

— Ровно на четыре часа, в ордене и не такому научат. И тебя подниму, лентяя, но сначала покушаем. — Даниэль ухватила поджаристый хлебец и принялась намазывать его маслом. — Да не бойся ты Жан, до утра пощёчин не будет, я и без того руку отбила.

— Половина форели моя!

Хоть всю забирай, — отмахнулась волшебница, — пирожков только не трогай.

— Тех, что я успел оприходовать?

Кру-угленьких, с творожком, ты их кажется не заметил. Хвала Богине, подносом накрыли.

— Дашь попробовать? — мальчик вновь отступил. На сей раз поближе к зеркалу.

— Погоди… ты меня отвлекаешь?

— Всё лучше, чем себя изводить Я думал, не догадаешься.

— Нашу дверь не забудь запереть, как подумаю, что войдёт хозяйка… — Вредная девчонка опасливо поёжилась.

* * *

Половица предательски скрипнула под мягким сапогом Жана. Только-только выбрались в коридор, что дальше-то будет?

— Тише ты, мамонт! — зашептала в ухо девчонка.

— Слонопотам, — рассеянно поправил подросток.

— Что?

— Читать больше надо!

Даниэль похоже надулась, ничего — перетерпит. Знак Весов на начищенной медной табличке — похоже намёк хозяйки, мол, надо знать меру — ярко-зелёная дверь, да точно, он не ошибся, номер знакомый. Те четверо аккуратно и добросовестно выполнили приказ сиятельной Даниэль, как водится, свалились от непомерных усилий и теперь дружно храпели на весь коридор.

— Ну и запашок, пожалуй, и мёртвый поднимется… а потом отправится досыпать. Даже дверь особо не помогает, — предсказательница наморщила носик. — Они ведь вроде заказали лучшие вина?

— Дело в количестве.

— Ну, пошли, Жан, — Даниэль потянула мальчика за рукав.

— Надо бы нам туда наведаться. Усыпишь ополченцев для верности, им куда меньше досталось.

— Сперва с делом управимся! А у нас, что на двери нарисовано? — вдруг спросила девчонка.

— …

— Я ведь только разок на неё и глянула, а п-потом и вовсе из г-головы вылетело, — зубы Даниэль заметно постукивали.

— Снежно-белый единорог, — недовольно буркнул подросток. — В самый раз для юной непорочной блондинки.

— Блондинки?

— А что, брюнетки?

— Ага. Теперь верно запомню. И дверь кажется розовая, — Даниэль в очередной раз оглянулась и придвинулась к Жану. — Если что, ты мне снова подскажешь, т-только не ругайся пожалуйста.

— Ты бы лучше помалкивала, чего доброго язычок прикусишь, — тихо посоветовал мальчик. — Помнишь как в поговорке?

— Уже. Не до крови, хвала Создательнице, — призналась госпожа предсказательница.

Жан только вздохнул. Дети миновали череду разноцветных дверей — чтобы подгулявшие постояльцы не ломились в соседние комнаты — и поднялись на второй этаж.

— Дверь та самая, с изумрудным дракончиком, — еле слышно зашептала девчонка.

Подросток молча кивнул.

— Жа-а-ан, миленький, может ты первый? Я по правде сейчас боюсь.

А куда денешься? Жан прижал палец к губам.

— Обманка при тебе? — всё же не удержалась волшебница.

Эта и перед казнью будет болтать. Жан слегка щёлкнул по металлической трубочке и направился к двери.

— Только Шарлю не говори, — зашептала в спину девчонка. — Обещаешь?

— Тебя давно пороли?

— Что… ага… — Даниэль послушно кивнула.

Поколдовав немного с замком, подросток устремился в дверной проём, надо же показать пример вредной девчонке. Несколько кошачьи-мягких шагов — что они там на полу раскидали? — и Жан оказался возле широкой кровати. С гонцом похоже порядок, вон как мерно похрапывает. Женщина что-то забормотала во сне — Жан затаил дыхание — и перевернулась на другой бок.

— Живее ты, трусишка, только не споткнись ненароком, — тихонько позвал подросток.

Даниэль мягко по-девчоночьи всхлипнула, переступила порог и без малейшего промедления вцепилась в плечо Жана.