История оборотня - Кирилл Алейников

Герадо крупнее любого берсерка и намного сильнее. Конечно, не один раз охотники пытались уничтожить демона, едва информация о его уязвимости стала известной. Но, сами понимаете, все попытки заканчивались неудачей. Все-таки сложно одолеть существо, неуязвимое даже для меча лиандра — оружия ангелов. Герадо неизменно побеждал любого противника из числа людей и вампиров, а когда вступал в схватку с оборотнем, действовал очень осторожно: едва почуяв слабость, Герадо предпочитал ретироваться с поля боя. А слабость Герадо одолевала примерно раз в пятилетку, когда силы его истощались. Тогда демон возвращался в Яугон и впадал в двухлетнюю спячку, накапливая новый запас энергии. После «подзарядки» Герадо был натурально непобедим.

Я говорю о демона в прошедшем времени по той простой причине, что ныне его уже не существует. Астеры и здесь не прогадали, бросив охотника в битву с Герадо именно тогда, когда последний был истощён... Прецедента такого уровня ещё не видали миры, чтобы могущественный демон пал на поле боя от обычного охотника.

Любопытный и, казалось бы, абсурдный факт: некоторые территориальные подразделения Ордена Света в своих боевиках имеют больше демонов, нежели людей. Представляете? Конечно, такая ситуация сложилась не везде, но всё же факт имеет место быть. Происходит такое потому, что проклятые люди, как я ранее уже говорил, осознав себя действительно проклятыми, насильно брошенными на сторону Зла, незаслуженно отверженные Светом, не хотят мириться со своей участью. Большинство впадает в депрессию, иногда очень глубокую, и спасает таких людей от сумасшествия или аутизма лишь мощный заряд влитой вместе с инфекцией тёмной энергии. справившись с депрессией, завершив самокопание и перестав жалеть себя любимого, одни решают не усугублять своё положение, не рыть дальше и без того глубокую яму, не навлекать двойного прокляитя. Такие индивиды честно и откровенно признают себя адептами Тьмы и становятся членами организаций нечисти: стай и кланов. Другие же, плюнув на всё, в том числе и на собственное будущее, переходят на сторону охотников, потому что им противно сеять зло, истинное зло. Орден, безусловно, всегда рад новым кадрам. Посредством массированной обработки психики гипнотическими, фармакологическими и магическими методами (которые активно используются обеими сторонами) новоприбывшим промывают мозги, окончательно закрепляя преданность Свету. Вот вам ещё одно доказательство того, что границу между Добром и Злом увидеть невозможно — она слишком сильно размыта, граница эта.

Принимая вампиров и оборотней в охотники, Орден решает свою важнейшую проблему. Не помню, говорил ли я вам уже о так называемом грехе пролитой крови, грехе смертоубийства. Смысл его в том, что ни один человек, кем бы он ни был, не имеет права лишать другого человека жизни, кем бы ни был этот другой человек, а так же не может быть явным виновником чьей-то смерти. К примеру, отец семейства, святой человек, защищая своих детей в собственном доме от вторжения кровожадных серийных убийц-маньяков, не имеет права никого из этих маньяков убивать. Даже случайно. Таков суровый закон. Не спорю, закон не всегда справедлив, но он есть, и никуда от него не деться. Самый святой человек, лишив жизни самого скверного человека, лишает вместе с тем самого себя пути в Актарсис, зато «тёпленькое» местечко в Преисподней ему обеспечено. Точно также никто из ангелов не может убить обычного человека, ибо в таком случае Актарсис считает его взбунтовавшимся, предавшим цели и идеалы Света, достойным низвержения в Ад. Но ведь, как вы уже знаете, Орден с подачи Актарсиса иногда проводит зачистки всяческих сектантов, сатанистов и прочих приверженцев тёмной стороны, охотится на особо опасных преступников. Для этого Ордену как раз и нужна нечисть. Вампиры и оборотни уже прокляты, более того — прокляты обеими сторонами, следовательно, терять им нечего, и всю грязную работу по физическому уничтожению нежелательных элементов они берут на себя. Но, тем не менее, демоны-охотники никогда не пойдут против невинного человека. Взять ля примера Джонатана Диерса: с Настей он обращался так, словно она приходилась вампиру родной дочерью.

Иногда, скажу вам по секрету, демоны-охотники выходят из-под контроля. Никакая программа не может быть совершенна и рано или поздно просто обязана дать сбой. Сложнейшая система перепрограммирования и подготовки демонов-охотников, заставляющая их слепо повиноваться приказам Наставников, хоть и близка к совершенству, но совершенством не является. Успешно пройдя испытательный срок (который для оборотней равен трём годам, а для вампиров — пяти), демон может, что называется, сорваться. А вышедший из-под контроля охотник не менее опасен, чем Герадо... Начинается крупномасштабная облава на такого охотника, и он, в конце концов, погибает, убитый своими же.

Вспомнился мне тут один случай, рассказанный Ириконом и произошедший в Красноярске лет пять назад. Случай был настолько необъяснимым, что одно только расследование длилось почти год. В ходе него удалось выяснить, что некий довольно сильный дух за одну ночь сумел совершенно свести с ума обычного гражданина в его собственной квартире. Данным фактом заинтересовался Орден Света, и на квартиру были направлены два охотника: человек и оборотень, для выяснения подробностей. Но едва они переступили порог той злополучной квартиры, оборотень потерял контроль над собой и убил на месте напарника, после чего вернулся в штаб-квартиру филиала, уничтожил сначала Наставника, а потом и всех охотников, находившихся в то время в здании.

Говорят, Дворец культуры Красноярского алюминиевого завода, в подвалах которого располагался Орден, до сих пор стоит «полумёртвый», вскоре после случившегося снятый с баланса завода...

Да, чёрт возьми, в мире творится столько всего, что волосы на коже начинают самостоятельное перемещение по телу...

Помните Николая Власевича, следователя прокуратуры? Вы как-то уже спрашивали, куда он подевался, почему не присутствует в рассказе... Теперь я вам объясню. Когда я перешёл в экипаж ППС, подконтрольный Ирикону, Николай как сквозь землю провалился. Его домашний телефон не отвечал, сотовый тоже, а в самой прокуратуре мне постоянно, раз за разом говорили, что Власевич отбыл в командировку. Несколько раз я пытался застать приятеля дома, но, сами догадываетесь, безрезультатно. Прошло два месяца, и я бросил попытки ответить на вопрос, почему Николай не звонит, не пишет, не телеграфирует, не заходит в гости и куда он вообще пропал. Через полгода я стал забывать приятеля, через год забыл окончательно. Но суждено было нам встретиться, о чём расскажу далее...

* * *

Павел вернулся с работы как обычно, в половине шестого. Закончилась пятница, закончились трудовые будни, и впереди уже маячили весёлые, жизнерадостные краски выходных. Суббота — день рождения приятеля-сослуживца, воскресенье — свидание с любимой. Эх!..

Павел не глядя кинул бейсболку, и она аккуратно повисла на крючке вешалки. Затем молодой человек двадцати пяти лет с приятной наружностью прошел на кухню, включил импортный чайник, налил в тарелку вчерашний суп, пометил её в камеру микроволновой печи, после чего направился в ванную комнату, чтобы всполоснуть руки и лицо. Вернувшись, он открыл дверцу микроволновки и удивленно уставился на пустую, девственно чистую тарелку без малейших признаков супа. Удивление Павла возросло ещё больше, едва он натужное шипение совершенно сухого чайника, который, как и тарелка, оказался пуст. «Что за чертовщина», раздраженно подумал Павел. Пришлось повторить действия, которые, как казалось, он уже совершал, и дождаться, пока подогреется суп и вскипит вода.