Коты туманного города - Ата Мёдик

Архивы Управления всегда неохотно демонстрировали свои сокровища. И были то не золото, не бриллианты, а знания. Крупицы старых дел и нынешних надёжно охранялись, дабы ни один посторонний не мог проникнуть туда.

Была в этом особая романтика, вломиться туда, разнести, перевернуть всё вверх дном. В детстве я мечтала, что получу уважение «начальника» и смогу посетить хранилище, однако шли годы, и этого не произошло.

Я рано встала, загоревшись одной интересной мыслью. Но для начала надо было подготовиться. На автомате сгребла все свои наработки по делу мадар в кучку, притащила поближе учебники и принялась читать.

Что ж, по-своему, я оказалась права: красная панда и хорь действительно похожи за исключением того, что Орни – фамильяр-артефакт, который подстраивается под владельца. Ничего нового или же секретного мне выяснить не удалось, однако уже то, что я нашла, наталкивало на мысли.

Во-первых, красная панда – символ спокойствия и скрытой силы. Обычно попадается редко, но не настолько, чтобы ради всего этого устраивать целую серию нападений мадар. Всё-таки дело не в ней.

Во-вторых, Дар Артефактора низшей ступени, сколько бы я ни билась, может только наполнять энергией артефакты и помогать использовать. Но случаев выгорания или же изъятия Дара такого неинтересного вида тоже нет.

В-третьих, в легендах встречаются жизнеописания людей, которые видели всех Духов – оказывается, это не особо ценное качество позволяет сканировать пространство на предмет всяких сущностей независимо от их желания.

Хоть в чём-то вопрос оказался закрыт. Быстро и почти без происшествий приготовила еду, дожидаясь Зельды. Если преступники зачем-то напали на папу с Ксенией, то лучше бы им оставаться с Аятой подольше. Впрочем, не думаю, что она так сильно против.

Наконец пришла Зельда. И она была не в самом радужном настроении.

– Привет, что такое? С тобой точно всё хорошо?

Девушка и правда выглядела неважно: растрёпанная, в небрежно накинутом фартуке, непривычно задумчивая. Она ставила в тупик не столько своим внешним видом, сколько несвойственной ей молчаливостью.

– Может, ты сегодня отдохнёшь? Выглядишь совершенно неважно, – наконец произнесла я, на что она лишь пожала плечами и приступила к работе.

Но всё то время, пока я собиралась уходить, я чувствовала оценивающий взгляд Зельды. Она ничего такого не говорила, просто смотрела, и от этого пробегал мороз по коже. Усугубляло положение ещё то, что я была в доме совершенно одна и не чувствовала себя в безопасности. Казалось, вот-вот выпрыгнет из-за угла какой-нибудь монстр и нападёт. Уж не знаю, страхи это воспалённого сознания или правда, но я явственно видела двуликую тень за спиной Зельды. Показалось, наверное.

– Я побежала, – неловко замявшись на выходе, я изо всех сил стиснула сумку, – напомни мне рассчитаться с тобой сегодня вечером. Из-за нас тебе приходится делать гораздо большую работу. И я не вижу твоего кавалера. Почему он больше не приходит за тобой?

До этого механически перебирающая посуду Зельда замерла. Но тут же продолжила работу.

– Ничего такого, – как-то зябко передёрнула она плечами, – просто он нашёл себе девушку получше. Вот и…

– Мне так жаль, Зельда, – перебила я её. – Надеюсь, всё скоро наладится.

Мне было неловко находиться с ней в одном пространстве. Не знаю, почему моё сердце бешено стучало, а ладони стали потными. Будто от страха. Но кого я подсознательно боялась?

Я уже собиралась уходить, как Зельда негромко меня окрикнула: