Кадры решают всё - Александра Шервинская

– Наверное, потому что я дал своё слово? – молодой человек насмешливо изогнул бровь и перестал улыбаться: призрак должен помнить, кто здесь главный.

– Я Харви Сэльнур, бывший капитан стрелков Пятого полка, – помолчав, представился призрак, – назови и ты себя, некрос.

– Я Теодор Франциск Холверт, некромант и ректор Академии Последнего Шанса.

– Академии? Ректор? Ну-ну… – призрак насмешливо оглядел Теодора с головы до ног. – А тут-то ты что делаешь… ректор?

– Академия будет здесь, в замке, – любезно сообщил ему Теодор и с удовольствием увидел, как на призрачном лице насмешка постепенно сменяется недоверием, затем озабоченностью, а потом и самым настоящим ужасом.

– Дурацкая шутка, – с подозрением глядя на него, неуверенно сказал призрак, – совсем не смешная, некрос.

– Может быть, это потому, что я не шучу? – по-прежнему миролюбиво поинтересовался Теодор. – Это приказ его величества, и не нам с тобой с ним спорить.

– Они же тут всё затопчут, испоганят, – призрак выглядел потрясённым, чуть ли не раздавленным, – я же сам кадетом был, уж чего мы только не вытворяли! Зато Груль небось доволен, а то ему своих совсем кормить нечем. Того и гляди — свергнут.

– А Груль — это главный по болоту, я правильно понимаю? – проявил чудеса сообразительности Теодор. – И как связана напряжёнка с питанием в болоте с открытием Академии?

– Ну так они же обязательно туда полезут, – как маленькому, снисходительно объяснил ему Харви, – вот и решится продовольственный вопрос. И всем хорошо.

– Особенно попавшим в болото студентам будет замечательно, – Теодор сурово взглянул на призрак, – вот поэтому ты мне и нужен, капитан Харви!

– Загонять дураков в болото? – радостно уточнил призрак. – Это я могу: чем меньше студентов, тем всем лучше. Глядишь, за пару месяцев всех и изведём...

– Нет, – остановил размечтавшегося капитана Тео, – совершенно для другого. Хочу предложить тебе должность начальника охраны Академии. И ради такого дела даже соглашусь тебя воплотить, но только после всех магических клятв, – добавил он, увидев вспыхнувшие глаза призрака. – И ещё мне нужно, чтобы ты подобрал мне две сущности, которые смогут взять на себя обязанности комендантов общежитий. Договорились?

– Слово даёшь, некрос, что воплотишь? – капитан Харви вплотную приблизился к Теодору. – Если да, то не будет у тебя слуги вернее и преданнее, чем я.

– Даю, – твёрдо ответил будущий ректор и добавил, – только мне не слуга нужен, а помощник и советчик. Так что ты подумай до завтра, а утром я приду, всё и решим. И тех, кого подберёшь, тоже приводи.

– Договорились, некрос, – постепенно бледнея, призрак медленно превратился в туман и исчез, а Тео, тяжело вздохнув, направился к болоту, чтобы не откладывать на завтра важные разговоры.

– Я верну тебе речь, если ты дашь честное слово никогда, ты меня хорошо слышишь, Кеннет? – Теодор вынужден был остановиться, так как путь ему преградил разгневанно машущий крыльями и сверкающий глазками мышь. Но прояснить один принципиальный вопрос было необходимо. – Никогда не говорить мне под руку, когда я веду переговоры или занимаюсь некромантией. Потом можешь высказываться сколько угодно, но не во время работы и не при посторонних. Ты меня услышал?

Мышь явно хотел сказать что-то язвительное, но внимательно всмотрелся в безмятежное лицо будущего ректора и просто кивнул. Теодор снова дунул в сторону Кеннета, словно стряхивая с ладони какой-то порошок.

– Я просто хотел тебе сказать, – откашлявшись, проговорил мышь, явно пытаясь сообразить, как ему разговаривать с этим новым, ранее ему неизвестным Тео, – что не нужно призывать Харви, потому что он, как правило, сначала начинает размахивать мечом и только потом интересуется, кто и зачем его побеспокоил. Но, я вижу, мой совет оказался ни к чему.

– Но ты же сам повёл меня на кладбище? – молодой некромант удивлённо выгнул бровь.

– Да, только я не предполагал, что ты сразу решишь призвать главного, – немного сварливо отозвался Кеннет, но в его голосе послышалось уважение, – я, честно говоря, не думал, что ты действительно сильный маг. Прости…

– Не ужели ты решил, что король прислал сюда кого-то, кто не в силах справиться с серьёзными проблемами? Доверил ему основать Академию и выделил на это более чем серьёзные средства? – Теодор насмешливо посмотрел на мыша, который смущённо отвёл взгляд. – Я, конечно, молод, но я действительно маг седьмого, самого высокого уровня. Пусть тебя не обманывает моя внешность, Кеннет. А попал я сюда прежде всего потому что его величество знает меня с детства — моего, разумеется — и решил использовать мою склонность к авантюрам, любовь к нестандартным решениям и доставшую всех близких тягу к приключениям. Но всё вышеперечисленное не отнимает у меня ни знаний, ни умения анализировать, ни способность договариваться.

– А какое у тебя второе направление? После некромантии? – Кеннет выглядел чрезвычайно озадаченным.

– Артефакторика, – с лёгкой улыбкой ответил Теодор, – но я признаюсь тебе, что эти способности у меня развиты в гораздо меньшей степени. Моя изначальная любовь, я бы даже сказал, страсть — это некромантия. Я планирую сам возглавить этот факультет, а четырёх остальных деканов мы ждём со дня на день.

– Да, сумел ты меня удивить, – Кеннет задумчиво почесал когтем за ухом, – я-то решил, что ты совсем бестолковый, если честно. Хотя когда ты предложил мне должность секретаря, мне уже тогда нужно было задуматься и понять, что ты не так прост, как кажешься. А когда ты дал замку имя, то тем более… Впрочем, полагаю, я не последний, кто купится на твои наивные глазки и розовые щёчки. Ну что же, тогда вся эта затея может и выгореть.

– Раз мы всё выяснили, то идём к этому Грулю, – Теодор подмигнул Кеннету, – будем выяснять, как нам существовать на одной территории. И ты помнишь…

– Ты теперь каждый раз будешь мне напоминать о моём промахе? С психологической точки зрения это большая ошибка: ты должен сделать вид, что не заметил моего промаха, а если и заметил, то уже забыл, чтобы не вызывать у меня обсессивно-компульсивного расстройства…

– Какого расстройства? – переспросил Теодор, всматриваясь в открывшееся перед ними огромное болото, заросшее кое-где тростником и высоченной осокой. В окошках чёрной воды живописно плавали кувшинки, на широких листьях кое-где важно восседали крупные лягушки.

– Не вникай, я тебе потом расскажу, – отмахнулся мышь, тоже всматриваясь в болото. – Слушай, ничего такое болотце. Сколько лет здесь живу, в замке, а к болоту ни разу не летал. Неуютно мне здесь как-то...Может, я тебя вон там на веточке подожду? И мешать заодно не буду…

– Как тебе удобнее, – рассеянно откликнулся Тео, прикрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям. Ощущения однозначно говорили, что от болота надо уходить, причём чем быстрее, тем лучше. Краем глаза Теодор заметил, что большой круглый лист кувшинки медленно опустился под воду, и на его месте начала образовываться небольшая, постепенно увеличивающаяся в размерах воронка. Она не была похожа на речной водоворот или омут: больше всего она напоминала неторопливо открывающуюся здоровенную пасть. Он развернулся в сторону образовавшегося провала и стал ждать, приготовив на всякий случай пару мощных парализующих всё живое и неживое заклинаний.