Злые чары Синей Луны - Саймон Грин

– Что вы знаете о нашей судьбе? – резко спросил Хок.

– Больше, чем вы думаете.

– Вы не можете заставить нас делать то, чего мы не хотим, – упрямо заявила принцесса. – Попробуйте только надавить на нас, и мы...

– Вам нужны ответы? – перебил ее Магус. – Вы найдете их только в Опрокинутом Соборе.

– Какие ответы? – уточнил Хок.

– На все вопросы.

– Включая и вопрос о том, кто убил Харальда?

Чародей вздохнул:

– Вы исполните свои обязанности. Ваша природа не позволит вам сделать иной выбор. Теперь ступайте. Я устал.

– Мы никуда не пойдем, пока вы не ответите на несколько вопросов, – заявил Хок. – Начнем с самого простого. Где вы находились в момент убийства короля Харальда?

– Здесь, – терпеливо ответил Магус, словно давая поблажку настырному ребенку. – Я всегда здесь, если мое присутствие не требуется где-либо еще.

– Вы можете это подтвердить?

– Со мной была Лунный Блик.

Хок взглянул на фею, которая обрушила на него всю силу своей улыбки. Страстные глаза под тяжелыми веками пылали.

– Мы оба были здесь, капитан. Вы будете допрашивать меня следующей? Я бы так хотела, чтобы вы меня допросили! Мы могли бы уединиться. У меня есть замечательные новые наручники... Уверена, вы сможете убедить меня рассказать вам все, что угодно.

– Отвали и немедленно, – холодно велела Фишер. – Хок, если ты сделаешь еще хоть один шаг в ее сторону, я тебе ноги переломаю.

Хок бросил на красавицу извиняющийся взгляд.

– Беда в том, что она не шутит.

– У меня в мозгу взвыли бы сирены, попробуй кто-нибудь только коснуться моих защитных барьеров, – медленно продолжал Магус, не обращая ни на кого внимания. – Но я не почувствовал ничего. Когда мне сообщили об убийстве, я сразу же поспешил в апартаменты короля. Барьеры не были повреждены. Что технически невозможно. Я установил их таким образом, чтобы никто не мог войти, кроме ближайших родственников короля. А королевы в тот момент и близко не было. Я вложил в эти барьеры немало труда и мог бы поклясться на стопке гриму аров, что во всем королевстве и за его пределами не существует волшебника достаточно сильного, чтобы пробить их. Разве что пройти мимо них, не потревожив мои сигнальные центры. Что беспокоит меня больше всего.

– У вас нет предположений, кто мог бы это проделать? – спросила Фишер.

– Верховный маг.

– Но он мертв, – напомнил Хок.

– Это не обязательно исключает его кандидатуру.

– Не потрудитесь ли объяснить? – потребовала Фишер.

– Нет, – ответил Магус. – Я очень тщательно обследовал место преступления, применив все доступные мне магические приемы, но оказался не в состоянии обнаружить никакого ключа или магического следа. Что опять-таки невозможно. Никто из присутствующих в Лесном замке не смог бы так быстро и тщательно убрать за собой.

– За исключением вас, – уронил Хок.

– Ну да, – согласился Магус. – Но если бы я на мгновение спятил и решил кого-нибудь убить, у меня хватило бы ума сделать это способом, который не указывает на мою персону столь однозначно. Кроме того, все-таки Харальд был моим королем. Я присягал на верность ему и его трону. А я своим словом не разбрасываюсь.

Хок посмотрел на Фишер:

– Как по-твоему, мы ничего не пропустили? Значит, можем идти. Нам предстоит повидать еще множество народу. Спасибо, что нашли для нас время, сэр Магус, и вам, сударыня. Мы вернемся, если у нас возникнут дополнительные вопросы.

– Остерегайтесь правды, – тихо произнес Магус, не глядя на него. – Она не сделает вас ни счастливыми, ни свободными. Некоторые вещи скрыты не зря. Раскрытие убийства не обязательно приведет к концу дела. А справедливость никогда не дается дешево.

– Предполагается, что я что-то из этого понял? – поинтересовался Хок.

– Нет. Но вы поймете.

Магус откинулся в кресле и закрыл глаза, давая понять, что больше ему сказать нечего. Лунный Блик изящно поболтала пальчиками на прощанье. Хок и Фишер вышли, тихонько прикрыв за собой дверь. Плащ в своем углу вывалил на пол кучку костей. Некоторые из них были довольно большими, с кусками шерсти и мяса. Магус, не открывая глаз, окликнул фею.

– Следуй за Хоком и Фишер. Иди, куда идут они, смотри, куда они смотрят, слушай, что говорят, и возвращайся. Не показывайся. И не дай им поймать себя.

Красавица широко ухмыльнулась и в мгновение ока сделалась не больше дюйма. У нее выросли разноцветные крылья, и вскоре она уже порхала за Хоком и Фишер, с легкостью проникнув сквозь большую замочную скважину в запертой двери.

Магус тяжело вздохнул. Синяя Луна скоро будет здесь, тьма уже собирается в замке, и все планы, которые он так осторожно запустил с открытием Трещины, больше не казались ни точными, ни утешительными, как прежде.

* * *

Королева Фелиция не впервые проснулась поздно и с ужасным самочувствием, которое теперь изливала на тех несчастных, которые вынуждены были прислуживать ей. Завернувшись в шелковый халат, она мерила шагами приемную, преследуемая небольшой армией слуг и придворных, которые отчаянно сражались друг с другом за ее внимание. С самого утра требовалось подписывать бумаги, принимать решения, одобрять планы и давать поручения. И как всегда, все надлежало сделать незамедлительно. Послушать царедворцев, преследующих королеву, пытающуюся укрепить свой дух кофе и сигаретами, – так судьба всего Лесного королевства зависит от того, чтобы ее величество обратила свое высочайшее внимание в первую очередь на них, а потом уж – на кого-нибудь другого. В прошлом кое-кто из наиболее решительных пытался последовать за монархиней даже в уборную, но подобные выходки она пресекла, затушив об одного из них сигарету. Теперь придворные сохраняли уважительную дистанцию, но это приводило только к тому, что каждый говорил как можно громче.

Королева Фелиция вышагивала по комнате, разглядывая разнообразные наряды, представленные слугами ей на одобрение. Она подписывала бумаги и объявляла решения явно наобум. Фелиция любила показать, кто здесь главный. Это заставляло людей стоять на цыпочках. Вскоре у них закончились важные поводы досаждать ей, и Фелиция с помощью угроз, проклятий и летящих предметов изгнала их. Королевские горничные приучились следить за тем, чтобы под рукой у нее всегда оказывалось некоторое количество полезных в этом отношении вещей. В противном случае она начинала швыряться дорогими деталями обстановки.

Фелиция выбрала один наряд, махнула, чтобы убрали остальные и жестом велела маячившей поблизости служанке с кофейником наполнить заново чашку. Королева сделала большой глоток и вздохнула. Ничто так не бодрит сердце, как хорошая доза кофеина с утра. Мановением руки она отослала слуг, и те быстро удалились, пока госпожа не придумала для них новое занятие.