Сын города - Том Поллок

Бет мчалась по Лондону. Она чувствовала пристальный взгляд горгулий с шиферных крыш Хайгейта, а высокомерные мужчины пялились на нее из окон многоэтажек – отражения людей, которых там не было. Казалось, ее торопил весь город.

Мимо погремела Рельсовая химера, таща вагоны с пассажирами в следующий рабочий день. Пассажиры были нелюбопытны; если они и видели Бет через грязные окна поезда, то не показывали этого.

Девушка соскочила с рельсов близ Кинге-Кросс, и когда ее высекающие искры ступни ударились о бетон, устремилась мимо китайских забегаловок и постов микротакси на Пентонвилл-роуд, проворно и ловко, словно вода по желобу. Тротуары были забиты пешеходами, кутавшимися в плотные пальто от холода, которого она не чувствовала, трещащими по телефонам, смеющимися, жалующимися на недосып: кровь человечьего города начинала вяло циркулировать, отходя от зябкой ночи.

Они тормозили Бет.

Девушка свернула в закоулки, проносясь мимо изрисованных мусорных баков, бродяг, ютящихся в спальниках, пьяниц, спящих в лужах мочи у черных ходов стриптиз-клубов.

Драм-н-бэйс пульсировал из открытого окна квартиры четырьмя этажами выше – студенты, возможно богатые, учитывая дороговизну района. Она пометила эти улицы несколько лет назад, и сейчас оставляла за собой лишь запах бензина и мокрого цемента.

Когда здания стали стариннее и величественнее, а улицы – уже, Бет замедлилась до шага. Краны нависали над нею; безжалостные крючки соединялись со стрелами пуповинами цепей. Уличный знак на стене гласил: «Динс-Корт, Лондонский Сити, EC2Y». Девушка усмехнулась самой себе. Тротуары, из которых ее ноги вытягивали пищу, принадлежали Выси.

Она свернула за угол, в пешеходный квартал, где стеклянные башни прокалывали нарушенное великолепие старого Сити. Теперь люди ее видели; состоятельные мужчины и женщины, направлявшиеся в эти здания, останавливались поглазеть на призрак из нефти и грязи, дополненный прутом и маниакальным взглядом. На первых полосах их газет она увидела вариации одного и того же заголовка:

«Землетрясение в Лондоне. Мост Челси сильно поврежден».

«Люди верят историям, – говорил Глас, – но не фактам».

Бет улыбнулась, а может, поморщилась или презрительно усмехнулась – кто знает, как сии нарядные воротилы истолкуют ее взгляд.

Она скорее чувствовала родство с обступавшими ее домами, чем с этими людьми. Единственное, что у них было общего, так это плоть.

Святой Павел маячил слева от нее, ужасно красивый в лучах ясного зимнего солнца, и девушка устремилась к нему. Бет вздрогнула, проходя через отбрасываемую Собором тень, и выругалась. Она понятия не имела, насколько сильно его испугается.

«Так, будь я Королем Кранов, где бы я спряталась?».

Девушка глянула вверх. Ближайшие краны проросли за рядом зданий прямо перед нею. Бет неуверенно посмотрела на них и, боясь, что ее заметят, инстинктивно пригнулась, когда один из них зажужжал. Вдохнула сухую цементную пыль, послушала шум и лязг строительных машин и пошла к ним, хотя и обнаружила, с какой неохотой гнутся суставы. Ноги дрожали.

«Хорошо, Би, ты боишься – ничего удивительного. Не раздувай из мухи слона. Иди. Решишь, что делать, когда будешь на месте».

Девушка собралась с духом и пружинистой походкой зашагала к ступеням.