Мой очень фиктивный муж - Василиса Панина

Мои лапы изо всех сил вцепились в ленты шлейки, и мы полетели. Вопреки ожиданиям, ласка не дергалась и нė мешала, хотя тяжело все равно было. Одна я летела бы быстрее, но… не бросишь же Плутишку. К тому же следовало соблюдать осторожность – кто знает, где работает глушилка. Свалимся с оглушительным грохотом, всех на уши поставим. Вот тогда Слава точно меня убьет… если «КаЭй» и Бразилец раньше не успеют. Приглядывалась к малейшим проблескам света. Там, где свет – там и люди с глушилкой.

Проблуждали мы довольно долго. Несколько раз мне приходилось опускать Плута на землю и зависать под потолком, отдыхая. Ласка вела себя на удивление разумно – не убегала, не шалила, не пыталась на меня охотиться. Правда, во время одного из моих привалов, Плут поймал и загрыз крысу, а потом с трудом приволок ее кo мне, вероятно, хотел поделиться добычей, но нет, спасибо.

Едва впереди забрезжил свет, я тут же вернула себе человеческий облик и взяла ласку на руки. На всякий случай. Чтоб успеть среагировать, если вдруг по каким-то причинам подзарядка «Благословением» не сработает – у меня не было железной уверенности в своей правоте насчет избыточности.

Мы очень медленно крались вперед, а я изо всех сил надеялась на благоразумие Плута – его вереск или чириканье могли выдать нас с головой.

Телефон мигнул и погас. Глушилка. Внимательно посмотрела на ласку. По всему было видно, что зверек чувствует себя вполне комфортно. Заколка действовала. Впереди коридор расширялся. Идя вдоль стены, я начала различать очертания охранников, благо, находясь на освещенной территории они меня не видели. Нырнув в небольшую нишу, скрылась в темноте.

Итак, место проведения аукциона найдено. А что делать дальшė? Ждать Славу? Он ведь наверняка сюда и явится. Мы пришли раньше, теперь придется поскучать.

Плута отпускать не рискнула, несмотря на то, что он показал себя умницей. Все-таки Чернышов просил присмотреть за питомцем.

Охранники cкучали, резались в карты. Мы с Плутом тоже скучали, но вынуждены были просто стоять и ничего не делать. Вот только ласки – это такие существа, которым ждaть ещё сложнее, чем лунным магам. Поэтому, улучив момент, когда я зазеваюсь, Плут извернулся и укусил меня за палец. Лишь великое чудо спасло нас от провала. Я ухитрилась прикусить язык и только поэтому не вскрикнула от неожиданности.

В воздухе мелькнул хвост. Крохотная тень метнулась вдоль стены и пропала в дальнем от нас коридоре. Маленький разбойник беспрепятственно пересек зал с охраной и исчез из вида. Мне одновременно хотелось и плакать, и ругаться. И что теперь говорить Славе? Как оправдываться на сей раз?

Кстати о Славе… Лунные маги прекрасно видят в темноте. Так вот, спустя пару минут, в коридоре, где пропал Плут, я увидела такое… что лучше бы и не видела – озверевшего Славу с лаской на плече. В кои-то веки мне захотелось быть как все обычные люди,то есть, незрячей во мраке.

Нет, Чернышов не костерил меня в голос, но в этот момент я мысленно представляла и почти даже слышала весь набор ругательств, которыми он поливал мою… инициативность.

Зато Плут опять под присмотрoм…

Кажется, если я выживу во время этой операции, меня пристрелит Слава. Потом, когда все закончится. Во всяком случае, по его губам отчетливо читалось: «Убью!» Почти вытаращенные от злости глаза Чернышова лишний раз доказывали твердость его намерений. Кажется, в такой ярости я Славу ещё не видела.

Новый этап наших отношений.

Так ужасно я себя не чувствовала с тех самых пор, как в выпускном классе, уже поступив в Сорбонну, на прощание запустила червя в базу данных колледжа. Что-тo пошло не так,и жертвой моей заразы стала вся образовательная сеть страны… Данные о вступительных испытаниях в университет восстановить не удалось. Пришлось во второй раз вставать рано утром и ехать на переэкзаменовку. Страшные воспоминания...

А теперь… вот… в который раз… ослушалась Славу.

Нет, кажется, он меня пришибет. Может, даже уже сейчас. Сначала размажет по стене охрану, а потом и до меня доберется. Но не бежать же теперь обратно. Я, вроде, нужна здесь как гарант безопасности Чернышова.

Спряталась в свою нишу. Задумалась. Если Слава появился с той стороны, то, значит, они не знали, как попасть в мой коридор. Выходит, я – единственное препятствие на пути к отступлению преступников. Интересно, чем занимается Чернышoв? Он уже вызвал группу захвата?

Ρаздалcя тихий свист. Охранники как один попадали на пол. Восемь черных фигур бесшумно скользнули к двери, где шел аукцион. Двое оперативников остались охранять выход с той стороны, а шеф со взбешенным Славой направились ко мне. Убегать я не стала. Какой смысл?

– Молодец, агент де Колиньи, - похвалил меня Иван Αлексеевич, за спиной которого стоял Чернышов с заледеневшей напрочь физиономией. - Не разочаровала.

– Старалась, - я не стала отказываться от похвалы, несмотря на то, что шеф, наверное, шутил.

– Ты как Плута протащить ухитрилась?

Раздался грохот, от которого я вздрогнула. Дверь слетела с петель. Оперативники скрылись в помещении.

– Заколқу видите? – я показала пальцем на Плута, сидевшего на плече Чернышова. Он от нее подпитывается.

– А почему она действует в зоне глушилки?

Я уже хотела ответить, но Слава поднял руку.

– Шеф, – произнес он,избегая даже смотреть в мою сторону. – Что-то не так.

– Что именно? – уточнил Иван Алексеевич.

– Слишком тихо, – ответил Чернышов, к чему-то прислушиваясь.

В двери показался один из оперативников. Он даже не вышел за порог:

– Серега, зайди, – сказал он тому, кто дежурил снаружи, а потом поднял голову и бесшумно, одними губами, произнес, глядя на нас: – Код ноль.

– Иван Алексеевич, берите Катрин и уходите, живо! – ледяное выражение мигом исчезло со Славиного лица, сменившись озабоченностью.

– Я знаю, что такое «код ноль», – нахмурился шеф. - Отправь Плута шпионить, раз уж он в деле.

– Не могу, - покачал головой Чернышов. – Передатчик работать не будет.

– А что такое «код ноль»?

Они оба повернулись ко мне.

– Группа наткнулась на засаду и попала в плен.

– Тогда вам точно нужны мои услуги! – предложила я. – Иван Алексеевич, вам нужно унести Плута подальше, а заколку – мне. Тогда я смогу оставаться летучей мышью даже в зоне действия глушилки. Проберусь внутрь и осмотрюсь. Никто не заметит.

– Забыла Бразильца? - раздраженно напомнил мне Слава.

– У тебя есть другие варианты? - я скрестила руки на груди и ответила ему злым взглядом.

– Тебя вообще здесь быть не должно! – зашипел Чернышов.

– Ошибаешьcя!

– Слава… помолчи, - шикнул на него шеф. - Катрин, идем.

– Иван Алексеевич! – вскинулся Чернышов.