Иконы - Маргарет Штоль

Мы все трое сидим в мрачной, серой камере посольской тюрьмы, в точности как предполагал Лукас. Бетонные стены, основательная железная дверь, отвратительная раковина и унитаз – вот наша единственная компания.

Мы ждем в холодной, сырой тишине.

Именно я нарушаю ее:

– Мне бы следовало сообразить. Мы не можем сбежать от симпов.

– Почему это? Сбегали же раньше, – пожимает плечами Ро.

В моей памяти звучат шаги охранников, выходящих из тени под лестницей. Перед мысленным взором стоит лицо Лукаса, пытающегося воздействовать на них. Его глаза изумленно расширяются, когда он понимает, что не в состоянии как следует сосредоточиться.

Я смотрю на грубые наручники на своих запястьях. Кожа под ними розовая, воспаленная. Да, вот я и снова сижу в кандалах, точно так же, как в ту ночь, когда впервые очутилась в Посольстве.

Слова Тимы звучат очень тихо:

– Нет. Она права. Ты побежишь, и они убьют тебя.

После того как я видела гибель падре, после безжизненно упавшего рядом со мной предсказателя, после мгновенной смерти моего преследователя там, в парке, я даже и пытаться не стану сбежать. Но, сидя здесь, я гадаю, а не должна ли я это сделать?

– Мне очень жаль, – в отчаянии говорю я.

– Да? Конечно. Я-то никогда не доверял им.

Ро пристально смотрит на меня поврежденным глазом и морщится от боли, когда наклоняется вперед. Его рубашка изорвана и окровавлена.

Я отвожу взгляд:

– Мне просто невыносимо видеть тебя таким.

– Таким? Да ладно, ерунда. А вот тот парень… те парни – их состояние определенно похуже моего.

Ро пытается поднять руку над головой в своем жесте победы, но наручники не позволяют ему сделать это, и Ро сдается.

Тима сидит, опустив голову, сжавшись в комочек. Она говорит сама с собой:

– Я не могу здесь оставаться. Мне нужно вернуться к Бру. – Она таращится на наручники, дергает их туда-сюда. Когда она наконец заговаривает громче, то словно бы и не замечает меня. – Дол знает, почему мы здесь, Ро. Она прошлым вечером была с Лукасом, а его здесь нет. Даже ты в состоянии вычислить, в чем тут дело.

Ро смотрит на Тиму:

– Или, может быть, наш супершпион Док уже разобрался в библиотеке. Ты ведь не вернула на место все те коробочки?

Я повышаю голос:

– Ты и сама ничего такого не думаешь. Лукас пришел, чтобы предостеречь меня… предостеречь всех нас, только он опоздал.

– Если он так хотел предупредить нас, то почему оказался в твоей комнате, а не в моей или Ро? Мы ничего не сделали. Мы не должны быть здесь! – Глаза Тимы сверкают.

– Он… Лукас… – Я продолжаю говорить, сама не веря собственным словам. – Он все рассказал Послу. О том, как мы ходили к Иконе, и о том, что Тима узнала из архивных записей, и о планах Фортиса. Все.

Рот Тимы открывается сам собой.

– Д-должно быть, у него были веские причины… – бормочет она. – Множество причин. Он не хотел, чтобы мы в это ввязывались. Не хотел, чтобы его жизнь изменилась. Не хотел, чтобы мы причинили вред его семье…

– Тима, ты сама-то себя слышишь? Очнись! – Ро встает и принимается шагать по камере. – Я так и знал, что ему нельзя доверять. Это он все подстроил. Чтобы все погубить. Нас, Сопротивление, Фортиса. Нас просто продали! – Он колотит в дверь.

Я вижу, как проминается и кривится металл. Я вижу, как кулаки Ро становятся красными от крови. Но я слишком измождена, чтобы остановить его.

Пока мы сидим в полутьме, я обдумываю наши возможности.

– Послушайте… Я знаю, что нам всем не хочется говорить об этом, но Лукас…

– Грязный мошенник? – Ро снова ударяет в дверь.

– Но думаю, мы должны обсудить. – Я смотрю на них по очереди. – Тима, есть ли хоть самый малый шанс уничтожить Икону?

Тима смотрит в пол, собираясь с мыслями:

– Вообще-то, да. Очень небольшой. Тут слишком много переменных. И нам понадобится помощь. Я не люблю рисковать, но я бы попыталась.

– Кстати о риске. Что, если Лукас прав и Лорды в таком случае отомстят? Подумайте, какое множество людей может погибнуть. Не только мы одни подвергнемся опасности.

– Об этом я уже думала, – возражает Тима. – Но что, если Лорды нуждаются в нас или, по крайней мере, в ком-то из нас? Подумайте об их стройках. – Она некоторое время молчит. – И если рассуждать тактически, для нас лучше всего сделать ход прямо сейчас, пока мы еще остаемся элементом неожиданности. То есть уже не совсем, но хотя бы частично.

Я смотрю на Ро. Он сидит с закрытыми глазами, прислонясь спиной к двери, прижав к себе разбитые руки… служащие ему отлично.

– И?.. – Я бросаю на Ро многозначительный взгляд.

– Ну, Дол, тебе незачем спрашивать меня, что я думаю. Я всегда хотел ухватить шанс сразиться с этими Безликими. И если он нам подвернется, я не упущу его и не стану оглядываться. – Ро снова ударяет кулаком в дверь, чтобы подчеркнуть свои слова.

– Согласна, – киваю я.

Мы знаем, что думает Лукас. Теперь мы знаем и то, что думает каждый из нас.