Сияющие руины - Вик Джеймс

Собака посмотрел на пистолет, казалось, его мозг усиленно работает, чтобы вспомнить, затем со знанием дела он просунул руку между прутьями ворот и схватил пистолет.

– О, четырехмиллиметровый, – проворчал он, вставляя магазин. – Почти полный. Для кого раздобыла?

– Для Уиттема Джардина.

У Аби стало тесно в груди. Она предполагала, что Мидсаммер так и ответит на ее предложение, как она ответила. А Собака? Это правильный выбор. Все равно что приставить пистолет к голове Уиттема и нажать на курок.

Но действительно ли она этого хочет?

Нет. Конечно нет. Но это необходимо сделать. Она видит, что творит семья Джардинов во главе с лордом Уиттемом. Той ночью в Астон-Хаусе, когда Аби обратилась за помощью к Дженнеру, ее сердце остановилось. И не важно, что с медицинской точки зрения это совершенно невозможно, – просто тогда Аби ясно поняла, что мужчина, которого она обожает, предал ее, передал в руки своему отцу.

Какой хрупкой и беззащитной она почувствовала себя, когда лорд Уиттем своими толстыми пальцами схватил ее за подбородок, прикидывая, какую роль отвести ей на Кровавой ярмарке. Как он ходил вокруг нее и плел правдоподобную ложь о том, что они с Люком с самого начала были частью сети повстанцев, замышляющих насилие. Подобной ложью они опутали и осквернили честное имя отца, доброго и порядочного человека.

Уиттем Джардин должен умереть – иного способа очистить светлое имя отца Аби не видела.

И эту миссию выполнит Собака, чтобы Мидсаммер никоим образом не была втянута в это дело.

– Думал, ты – хорошая девочка, – проворчал Собака, не выпуская из рук пистолета. – А твой брат – горячая голова.

– Он…

Аби не могла договорить. Горло сдавило, язык вдруг оказался таким большим, что едва мог повернуться.

Но она должна сказать. Должна назвать преступление, за которое этот человек умрет.

Аби с трудом сглотнула и начала выдавливать из себя слова. Она рассказала Собаке о рейде в Фулторп и чем все это закончилось. Они считали, что операция удалась, но Джардины их переиграли и повернули событие так, как им было выгодно.

– Они застрелили их, а потом объявили самыми жестокими зачинщиками бунта в тюрьме моего отца и еще троих заключенных.

Собака посмотрел на нее, и Аби приготовилась к неизбежному: «извините, соболезную». Но ничего такого Собака не сказал, лишь молча кивнул.

Затем он молниеносно взмахнул пистолетом и выстрелил куда-то в листву деревьев, Аби даже вскрикнуть не успела. Мгновение спустя что-то маленькое упало на землю. Удивительно, Собака не только что-то увидел в темноте среди деревьев, но и сумел попасть в цель.

– Уиттем в моем списке, – обнажая кровавый оскал, проговорил он. – Я сделаю это. Вообще-то, я предпочитаю свое оружие. Но эта штука имеет свои преимущества.

– В этом деле тебе нужна помощь Сильюна? Он не привязал тебя к этому поместью, как он делал со всеми слугами в Кайнестоне? Я помню, что он снял с тебя привязку в ту ночь, когда взорвался бальный зал, а мою – когда нас с родителями отправили в Милмур.

– Я свободный человек, – пожал плечами Собака.

Аби стояла напротив Собаки, с которым ее разделяли невысокие ворота. «Неужели все так просто?» – подумала она.

– И ты можешь уйти в любое время, когда захочется?

– Так он сказал. Тебя я не могу впустить. А сам могу выйти.

– Ну тогда пошли. Тебе что-нибудь нужно с собой взять из дома? Деньги у меня есть.