Господин моих ночей. Книга 2 - Алиса Ардова

На это Тири охотно согласилась. Все, что угодно, лишь бы отправиться вместе с нами.

И вот сейчас она свернулась клубком на моих коленях, делая вид, что дремлет. Но на ласку, тем не менее, напрашиваться не забывала.

Через полчаса разговоров ни о чем, молчания и напряженного ожидания откуда-то издалека донеслось: «Бом... Бом»...

Эвераши не спеша поднялись, а вслед за ними подскочили и мы.

Мама окинула меня быстрым взглядом, расправила складки моего тяжелого ритуального платья, коснулась волос, убирая выбившуюся из прически прядь, удовлетворено кивнула и встала рядом. Я одной рукой перехватила присмиревшую Тири, другой нашла мамину ладонь, стиснула ее похолодевшими пальцами, и мне ответили таким же крепким пожатием.

— Не торопитесь.

Кронерд неслышно подошел сзади. Замер, приобнимая нас за плечи. Мама сначала резко выпрямилась, а потом вдруг расслабилась, даже назад откинулась, опираясь на грудь отца. Словно искала у него поддержки.

— Мы идем самыми последними. Моего наследника эти умники решили оставить на закуску, — отец усмехнулся и, наклонив голову почему-то к маминому уху, шепнул: — Смотрите.

Стена напротив брызнула россыпью чернильных искр, распахивая теневую тропу.

На территории храма открывать личные порталы строжайше запрещалось, все пользовались только стационарными. Этот вел в большой зал, где сейчас и начиналась церемония. Пока не настал наш черед пройти мы не могли, зато имели возможность видеть все, что происходит в зале. Такой своеобразный аналог зеркала Ларуит, с той лишь разницей, что артефакт Хозяйки показывал все, что она желает, а вытянувшийся во всю стену полупрозрачный фиолетовый овал — только ритуальный зал. Огромное помещение, в котором, казалось, собрались сегодня все высшие Лагора и куда как раз входил первый юный наследник в сопровождении гордых родственников.

Мальчик лет тринадцати, не больше, собранный, бледный от волнения, глядя прямо перед собой, степенно двигался между двумя рядами алхоров. Вперед, к алтарю и окружавшим его членам совета. За ним шли родители — высокий, серьезный мужчина и очаровательная пепельноволосая женщина в роскошном платье. На шаг от них отставали еще трое высших.

— Тебор Раха. Очень талантливый мальчик, — раздался позади голос отца. — Круг предков проходят в разном возрасте. Чем сильнее ребенок, тем раньше его принимают духи. Наследнику Раха — всего двенадцать, а он уже имеет собственный нхоран. Раньше него метку получил только Айтон, — отец запнулся. — и Ройстан Тэйн. Оба были самыми одаренными в своем поколении.

Тебор остановился перед членами совета, произнес положенную ритуальную формулу приветствия и отступил в сторону, на невысокий помост, освобождая место другому новичку. Его родные присоединились к остальным высшим в зале.

А в зал уже входила следующая семья.

В этом году юных алхоров оказалось шестеро. Нет, семеро. Со мной. Хотя рядом с этими детьми я себе казалась почти древней старухой.

Еще один мальчик...

Еще...

И наконец...

— Пора, — произнес отец, легонько подталкивая меня.

Тропа почернела, плеснула тьмой, давая разрешение войти.

Я глубоко вдохнула, потянулась к внутреннему источнику, дождалась, пока теневой плащ послушно окутает плечи, а потом прижала к себе замершую Тири и шагнула в портал.

Блестящая лента наборного паркета легла мне под ноги — единственное свободное пространство, весь остальной зал занимали высшие, ни одного пустого места. И я двинулась вперед, слушая как смолкают шепотки, и нас окутывает пронзительная, почти осязаемая тишина. Растерянная. Озадаченная. Ошеломленная.

За спиной шлейфом развивался теневой плащ, под сердцем ярко пылало серебряное солнце, в крови пела освобожденная магия. На опущенных вниз руках, как в колыбели уютно устроилась незримая Тири, а рядом шли родители. Удивительно молодые и очень красивые. Они не стали пристраиваться за спиной, а, вопреки правилам и не сговариваясь, встали по бокам, защищая меня, оберегая. И я была им за это очень благодарна.

Жаль, для деда и прадеда не нашлось места — слишком проход оказался узкий. Им пришлось идти сзади, чуть отставая от нас.

Я старалась смотреть прямо перед собой, чтобы не сбиться с шага, но совсем не коситься по сторонам не получалось. Взгляд то и дело выхватывал среди множества чужих лиц знакомые.

Вот Айтон, его я увидела сразу же. Замер в первом ряду и чуть заметно улыбается, одними уголками губ. Знаю, он готов броситься ко мне при малейшей опасности, чтобы прикрыть собой, и невидимая пружина внутри чуть разжимается.

Тэйн-старший. Рот сжат в тугую полоску, кулаки стиснуты, на скулах играют желваки, ноздри прямого аристократического носа нервно раздуваются.

Ройстан. Мертвенно-бледный, словно восковую маску надел, в широко распахнутых глазах такое отчаяние пополам с решимостью, что на миг становится не по себе.

Чидлисы, отец и сын, застыли в двух шагах друг от друга, а на лицах одинаковые нечитаемые выражения, будто с них все эмоции стерли.

Мужчины… мужчины… Подтянутые, представительные, зрелые и еще совсем молодые. И ни одной женщины, кроме матерей юных наследников и меня.

Последний шаг — и я остановилась у угольно-черного алтарного камня. Обвела взглядом членов Совета, все еще потрясенно изучающих мою ауру и впечатанный в нее нхоран. Отчеканила звонко и твердо, как полагается:

— Элис Эвераш, дочь Кронерда Эвераша и Гестины Бэар, здесь присутствующих. Признанная предками наследница рода и магии. Дар — Хозяйка.

Далее следовало скрестить ладони в ритуальном жесте и произнести итоговое приветствие, и вот тут вышла заминка. На руках у меня все еще сидела не видимая никому Тири. Повернулась, передавая звереныша маме, и уже хотела продолжить речь, но в этот самый момент своенравная лисичка решила, что пора явить себя миру.

Она медленно «проявилась», разбрасывая вокруг радужные искры, тут же поменяла цвет шерстки с золотого на серебряный, потянулась и широко зевнула прямо в лица архам и членам совета.

Повисла пауза.

— Это недопустимо, — вдруг проскрипел один из высших.

Я впервые видела такого старого алхора. Похоже, в силу возраста, он уже ничему не удивлялся, поэтому и пришел в себя раньше остальных.

— Всем нам известно, разумеется, что Хозяева очень привязаны к подопечным. Но магических существ не следует забирать из питомника и, тем более, приносить сюда. Свои обязанности надлежит исполнять в свободное от посещений храма время.

— Простите, — пробормотала я. — Дело в том, что это не простой питомец. Вернее, питомец, но личный... Тири — мой собственный фамильяр. Она недавно появилась на свет, еще совсем юная и пока не может обойтись без меня.

Вот теперь проняло даже пожилого арха. Он окаменел, уставившись на меня и забавно приоткрыв рот в беззвучном: «О-о-о»…