Пансион искусных фавориток. Борьба за жизнь - Екатерина Богданова

Но ни спросить, ни возразить я не могла, как заводная кукла, шагая рядом с советником и продолжая прижиматься к нему со счастливой улыбкой на губах. Злость закипала в душе все сильнее и сильнее, долго сдерживаемые чувства рвались наружу, но не могли пробиться сквозь опутавшую меня сеть магического воздействия.

«Ты даже не представляешь, как пожалеешь об этом, гнусный интриган! Ненавижу!» — мысленно кричала я, чувствуя, что этот поступок Карая был последней каплей. Моему долготерпению пришел конец!

Так, переставляя ноги и не в силах перестать улыбаться, я подошла под руку с магом к обычному прямоугольному дому с плоской крышей и затянутыми полупрозрачной пленкой вместо стекол окнами.

— Прошу, — вежливо проговорил Карай, распахивая передо мной деревянную мореную дверь. В помещении стоял полумрак, и единственное, что мне удалось рассмотреть, — это не был жилой дом. Скорее мастерская или алхимическая лаборатория.

— Надеюсь, вы не будете вести себя как глупая скандальная особа и проявите благоразумие, спокойно выслушав меня, — проговорил маг, вновь легонько стукнув меня по лбу указательным пальцем.

Оцепенение спало, контроль над телом вернулся. Я мгновенно перестала улыбаться, но не произнесла ни слова и даже не пошевелилась, видя, что мужчина пристально за мной наблюдает.

— Вот и отлично, — уверовав в мое благоразумие, произнес он. — Пройдем в кабинет и побеседуем.

Я вежливо улыбнулась и кивнула, искренне надеясь, что тем самым усыпила его бдительность. Теперь осталось только найти подходящее оружие и дождаться, когда он повернется ко мне спиной. Таким людям говорить что-то бесполезно, они понимают только силу. Вот я и объясню ему с позиции силы, что не следует пытаться меня контролировать.

Проходя мимо стола, заваленного всевозможными приспособлениями неизвестного мне назначения, приметила и прихватила увесистый овальный металлический предмет с тонкой ручкой и острыми гранями. Уж не знаю, что им делал Карай, но я собиралась приспособить его к голове советника. Не убью, конечно, но удар должен получиться болезненным.

— Положите инвазийный хронометр на место, — сдержанно улыбаясь, заметил идущий рядом советник.

Я покаянно опустила голову и вернула предмет на стол, взяв вместо него круглый металлический шарик, с легкостью уместившийся в моей ладони. Небольшой, но может пригодиться. Карай этой манипуляции, кажется, не заметил. Во всяком случае, просьбы вернуть его на место не последовало.

Мы вошли в кабинет, где на столе царил полный беспорядок, и мне было предложено присесть на диван. Сам же советник принялся быстро перерывать разложенные в одном ему известном порядке кипы документов. Меня удивило, как быстро он нашел то, что искал. И сразу же предъявил мне найденное. Это оказался предварительный брачный договор с множеством пунктов, и подпунктов, почти каждый из которых в той или иной степени ограничивал мои права и свободы.

Ознакомившись с кабальным для моей персоны контрактом, я встала, бросила документ на низкий чайный столик, тоже, кстати, заваленный какими-то бумагами, и поинтересовалась:

— И что все это значит? Почему именно вы продемонстрировали мне этот абсурдный договор? И самое главное, как мне понимать пункт третий?

— А что там у нас следует под пунктом третьим? — поинтересовался Карай.

— Память подводит? Так освежите, — ехидно ответила я, искренне надеясь, что мужчина не настолько дальнозоркий, чтобы прочитать этот самый смехотворный пункт, не наклонившись.

Как я и ожидала, советник Туманный наклонился над столиком, чтобы поднять контракт, и весьма удачно подставил для удара свою черную макушку. Зажав металлический шарик между согнутыми указательным и средним пальцами, я резко выбросила руку вперед, нанеся не сильный, но действенный удар по ненавистной голове в область затылка. Только бы не промахнуться, иначе Карай отделается небольшой шишкой и моя жажда мести не будет удовлетворена.

Маг резко выдохнул и упал на колени, схватившись за затылок. Но уже спустя пару секунд он сверлил меня ненавидящим взглядом, растирая шею и облизывая пересохшие губы. Попала!

— Я редко ошибаюсь в людях, и в тебе не ошибся, — проговорил он, словно выплевывая слова мне в лицо. — Бедная сирота, получившая шанс попробовать на вкус власть и не преминувшая им воспользоваться, идя к своей цели по телам менее удачливых претенденток. Кукла, рискнувшая занять место кукловода. Только вот мозги как были, так и остались игрушечными.

Как же он злился, сколько презрения было в его голосе! Только меня пламенная речь советника Туманного нисколько не трогала, я с живейшим интересом наблюдала, как он все чаще облизывает пересохшие губы, подмечая, что и голос его стал более хриплым. Еще немного, совсем чуть-чуть…

Следующую фразу Карай договорить не смог, подавившись сухим кашлем. Я быстро подошла к угловому шкафчику и извлекла из него замеченную ранее бутылку крепкого красного вина, видимо прибереженную для не обладающих магией гостей. Плеснула часть содержимого бутылки в стоящий рядом бокал и споро высыпала в напиток порошок — один из многих, спрятанных в потайных кармашках корсажа. Бумажку от препарата отправила за корсаж, чтобы не оставлять следов.

— Выпейте, советник! Вы, должно быть, слишком разволновались, а мне ни к чему, чтобы вы тут сейчас от сердечного приступа скончались, — произнесла, протягивая магу бокал. В таком состоянии он вряд ли будет разбираться, что ему предложили, или проверять напиток на наличие примесей.

И я оказалась права. Карай забрал у меня бокал и выпил все залпом, борясь с нестерпимой жаждой, которая продлится еще совсем недолго, но он-то об этом не знал.

Теперь мне оставалось только дождаться, когда наркотик начнет действовать, и злобный, мужественный маг превратится в туповатого, легко контролируемого увальня. В расчете, что это не обычный человек, а маг, я высыпала все содержимое пакетика, а там было как минимум три дозы. По крайней мере так мне сказала Мадолия, преподнеся новый, напичканный сюрпризами корсет всего полчаса назад. Премудростей в ее подарке было немного: слева — подчинение, справа — от потери сознания до летального исхода в зависимости от дозы, а посередине — противоядие от всего перечисленного. Это, как я поняла, на случай, если сама напьюсь своих же или преподнесенных кем-то другим ядов. Откуда у моей камеристки взялись эти порошки, в особенности универсальное противоядие, я не спрашивала, но подарок приняла без раздумий. Какие времена, такие и нравы.

— Спасибо, — вполне дружелюбно поблагодарил мужчина за поднесенный напиток.

Но обманчивое впечатление дружелюбия было мгновенно развеяно следующей фразой:

— Вино неплохое, мне его, кстати, ваш якобы папенька преподнес. А вот с концентрацией «дурманной пыли» вы что-то напутали, на зубах скрипит, — проговорил маг усмехаясь.

Я отступила на пару шагов, вполне обоснованно опасаясь, что этот озлобившийся человек может напасть, тем более после попытки опоить его. Карай поставил пустой бокал из-под вина на столик, прямо на брачный договор, не опасаясь испортить документ и не особо заботясь о сохранности прочих бумаг, которыми были завалены все горизонтальные поверхности, кроме пола и дивана, потянулся, разминая шею, и сделал всего один большой шаг, оказавшись рядом со мной.