Три подруги и таинственный жених - Анастасия Солнцева

— Ахренеть ты страшная, — выдала подруга, едва узрев мой светлый лик. И повела в дом.

— Дай попить, а? — попросила я, практически без сил падая на пуфик в прихожей.

Из кухни, вытирая руки кухонным полотенцем, вышла Ната и увидев меня тут же кинулась на помощь.

— Что с вами? — испуганно спросила девчонка, подхватывая меня за талию, когда я попыталась подняться, но тут же стала заваливаться в сторону из-за подогнувшихся коленей.

— Ты что, повстречалась с Кинг-Конгом? — хмуро поинтересовалась Ниса, разглядывая моё лицо.

— Да уж лучше бы с ним, — простонала я, стараясь не дышать глубоко. — Он будет поприятнее, чем мой папочка.

Поддерживая с обеих сторон, Ната и Ниса повели меня в одну из спален и сразу же уложили в кровать, за что я была безмерно благодарна, наконец, почувствовав себя в безопасности.

Ната метнулась на кухню и принесла стакан воды, который я тут же осушила, а она помчалась наполнять его еще раз.

— Тебя что, отец так избил? — Ниса достала из шкафа сложенное покрывало и заботливо укрыла меня, подоткнув края.

— Нет, — я провела рукой по лицу, скрывая проступившие слезы. Большие девочки не плачут, а я всегда была большой девочкой. — То, что ты видишь — результат встречи с Лозовским. А потом пришлось увидеться с папулей, и, кажется, эта встреча меня добила.

— Я могу тебе как-то помочь? — Ниса знала, что отношения с отцом у меня, мягко говоря, были напряженными, а потому лишних вопросов никогда не задавала. Сдержалась подруга и в этот раз, хотя я видела, как её подмывало начать расспросы. Но именно за это я и любила Нису, считая её более родной, чем всех кровных сестер вместе взятых. Она знала, когда нужно было быть рядом, а когда стоило отойти в сторону и позволить мне все пережить самой.

— Дай мне какое-нибудь обезболивающее, — попросила я с натянутой улыбкой. — И хорошо было бы поспать.

— Ты же не умрешь во сне? — с подозрением покосилась на меня Ниса, доставая из прикроватной тумбочки блистер и выковыривая сразу несколько таблеток.

— Вряд ли этот мир отпустит меня так просто, — попыталась пошутить я, глотая таблетки и запивая принесенной Натой водой. Но подруга мой черный юмор не оценила. Покачала головой неодобрительно, встала, выключил свет, вытолкнула свою гостью и, закрывая за собой дверь, проговорила:

— Когда ты так шутишь мне хочется тебя побить.

— Все уже сделали, — пробормотала я, погружаясь в благодатный сон. — За тебя и до тебя.

— Вот от этого-то и печально, — услышала я прежде, чем глубоко уснуть.

— Это было глупо, — зло заявил Лозовский, стоя напротив меня под фонарем, который заливал нас ярким теплым желтым светом, очерчивая круг в непроглядной тьме, клубившейся вокруг и создававшей впечатление, будто мы одни во вселенной.

— Хотелось бы чуть больше конкретики, — вздохнула я, скрещивая руки на груди. — Что именно вы считаете глупым? Мой приход к вам?

— И это тоже, — кивнул Лозовский, лицо которого было настолько бледным, что казалось театральной маской. — На что вы рассчитывали? Что я сознаюсь во всех грехах?

— Во всех мне не надо, — честно заявила я. — Меня не особенно интересует ваша биография. И еще меньше меня интересует какому котенку вы в детстве к хвосту жестяную банку привязали и у какого четвероклассника мелочь на обед отобрали.

— Я не настолько стар, как вы себе представляете, — хмыкнул Лозовский, уставившись на меня так, словно видел первый раз.

— Это меня тоже не интересует, — пожала я плечами, но едва успела договорить, как Лозовский неожиданно закончил со сталью в голосе:

— На самом деле я еще старше. Я старше, чем ваш драгоценный отец, на встречу с которым вы сегодня так непредусмотрительно отправились.

— Откуда вы знаете? — мне не было страшно. На самом деле, мне было как-то… все равно. — Следили за мной?

— Не за вами, — ответил Лозовский. — За братом.

И вот тут всё моё безразличие смело, словно ураганом.

— Там были только двое, — шагнула я вперед, всматриваясь в молодое выразительное лицо. — Мой отец и мой… жених, — выговорить последнее слово оказалось непросто. — У отца братьев нет, значит, вы… брат Макса?

— Уверены? — нехорошо прищурился Лозовский. — Уверены, что у вас нет родственников, о существовании которых вы даже не подозревали.

Я отступила, закусывая губу.

— Но сейчас не об этом, — мужчина склонил голову набок, глядя на меня с упреком, который в его глазах было видеть странно. — Отправляться к отцу в вашем состоянии было верхом глупости. Вы должны были поехать домой или в больницу, а не встречаться с тем, кто расценивает вас исключительно как средство для достижения цели. В принципе, как истинный король. Вы знаете это?

— С тех пор, как научилась ходить, — пришлось признать мне. — И всю жизнь живу с этим знанием. Ничего нового или необычного. Вы за этим вторглись в мой сон? Чтобы рассказать мне, какой Таллас хороший правитель, но дерьмовый отец?

— Правитель из него тоже так себе, — раздраженно отмахнулся Лозовский. — Но нет, я здесь не за этим, а за тем, чтобы сказать вам… я не виноват. Я не убивал тех девушек. Да, мы были знакомы. И они интересовали меня в определенном плане, но совсем не в интимном. И я не имею никакого отношения к их смерти. На самом деле, для меня гораздо выгоднее было, если бы они оставались живыми.

— Почему я должна вам верить? — спросила я прямо, устав играть в прятки.

— Не должны, — согласился Лозовский. — Но у вас нет другого выхода. Либо вы поверите мне, либо скоро узнаете об еще одном нападении. Я не знаю, на кого они нацелились в этот раз. Список большой и предугадать сложно.

Я колебалась и не скрывала этого. Решение было принять очень трудно, но эта была одна из тех ситуаций, когда даже не выбирая ничего, ты все равно делаешь выбор.

— Зачем они нужны были вам? Элли, Ольга и Ниса?

— Я хотел их завербовать, — просто ответил Лозовский.

— Завербовать? — поперхнулась я, меньше всего ожидая услышать подобный ответ. — Куда? ЦРУ? ГРУ? Моссад? Морская пехота?

— Работать на меня. Грядут большие перемены, Ваше Высочество, и хотите вы того или нет, но вы тоже будете их частью.

— Вы мне угрожаете? — возмутилась я.

— Нет, я просто хочу вас предупредить, — качнул головой Лозовский, с каждой минутой все меньше и меньше напоминая человека. — Девушек убили, чтобы подставить меня.

— Не всех их убили, — рыкнула я. — Кое-кто выжил, если вы забыли.

— Да, — легко улыбнулся Лозовский, кажется, этот факт его радовал. — Ваша подруга. Она сильная, очень сильная. Сильнее многих среди своих, и я бы очень хотел видеть её на своей стороне.