Орден Единства. Мастер кинжалов - Анастасия Евдокимова

— Эта мисс сегодня пройдёт со мной. Я ручаюсь за неё и несу полную ответственность.

Стражники только кивнули и пропустили нас вперёд к лестнице. Мы поднимались в обычном темпе, но я чувствовала, как сердце готово было выпрыгнуть из груди. Каждый шаг к аметистовому дворцу стремился провалиться сквозь лазурную плитку, в которой отражались мы и бескрайнее голубое небо. Поднимаясь всё выше и выше, я могла разглядеть королевский дворец. К нему была присоединена большая площадь, покрытая мрамором. Впереди виднелись две громадные статуи: русалки и тритона с очень густой бородой. В русалке я сразу узнала Алонну, с которой уже встречалась ранее. Сам дворец величественно возвышался над городом, имея посередине самую высокую башню, уходящую высоко в небо. По бокам возвышались башни из аквамариновых блоков, поблёскивающих на солнце; они уходили далеко за главную башню, которая сейчас открывала нам свои огромные массивные двери цвета серебра. К нам навстречу выходил высокий мужчина с крепким телом в величественном одеянии. Его лицо украшала густая тёмно-серая борода и такие же брови. Я уже подумала, что к нам навстречу вышел сам король Амефистии, и хотела поклониться ему, но Пэврен вовремя остановил меня рукой и заговорил с мужчиной.

— Приветствую, Хортеос!

— Рад видеть Вас снова, сэр Пэврен! — снисходительно улыбался незнакомый мужчина. — В последнее время во дворце Вас не застать. Неужели Вы перебрались обратно в свой родимый дом?

— Обстоятельства складываются так, что я не ведаю, к чему приведёт меня новое принятое решение.

— А сегодня Ваше решение привело во дворец сию прекрасную даму? — мужчина обратил свой взор на меня и легонько наклонил голову в мою сторону. Я догадалась, что нужно протянуть свою руку навстречу ему и сделать реверанс в знак приветствия и уважения.

— Прекрасная мисс должна побывать на аудиенции у короля. Это… достаточно важно для всех нас.

— Канойя, — представилась я, а мужчина поцеловал мою руку и улыбнулся мне.

— Адмирал Хортиос, глава Совета морских военачальников, — я тут же поняла, с каким высокопоставленным лицом мне пришлось сейчас встретиться, но я не могла сказать что-то ещё. — К сожалению, сейчас король и королева не могут принять вас, у них есть важные дела во дворце. Но через пару часов наступит обед, и тогда вы сможете повстречаться с ними.

— Примерно так мы и хотели. Я советник и посол королевства, поэтому могу свободно передвигаться по территории дворца, а раз мисс Канойя со мной, то она является таким же почётным гостем.

— Я не собираюсь вам препятствовать. Гуляйте свободно, — адмирал спокойно пропустил нас во дворец. Когда мы собирались разойтись, он добавил: ― Мисс Кана, Вы очень похожи на нашу королеву, ― я только слегка покраснела. — Возможно, это просто совпадение, а возможно… в общем-то, это не важно. Хорошего вам дня!

Адмирал оставил нас наедине. Я стала осматриваться. Внутри было очень светло и просторно. В главном зале лежала мраморная ослепительная плитка. Высокие потолки, поддерживаемые изысканными мраморными колоннами, увенчались светильниками в виде медуз. По стенам спадали крупные сиреневые ветви глицинии, что весь дворец благоухал весной. Слева и справа тянулся ряд дверей, а в глубине дворца вела вверх широкая лестница, к которой я почему-то сразу направилась. Пэврен схватил меня за руку и произнёс:

— Туда мы не пойдём. Наверху тронный зал и зал заседаний Совета.

Мы прошли за лестницей и попали в широкий коридор, залитый голубоватым холодным светом. На стенах висели портреты амфибий, облачённых в шикарные костюмы и украшения.

— Я хотела спросить насчёт статуй у ворот дворца, — начала я разговор с наставником, — одна статуя принадлежит океанической русалке Алонне, я сразу узнала её. Её так почитают в Самале?

— Я скажу тебе больше, её почитают все амфибии в королевстве. Для нас она хранительница нашей естественной среды обитания.

— А кому посвящена ещё одна статуя?

— Это первый король Амефистии — Рэйнер. Именно под его руководством была построена столица и организована первая морская армия, поэтому мы чтим память о нём, — Пэврен сделал небольшую паузу. — Скажи мне, как тебе дворец?

— Он восхитителен как снаружи, так и внутри!

— Я заметил, как ты перестала волноваться, — и действительно, я только сейчас заметила, что волнение совсем исчезло, как только мы вошли внутрь. Я стала чувствовать себя на своём месте, словно была дома.

— Это удивительно, но это место меня как-то успокаивает, будто бы оно для меня родное, — лицо Пэврена засияло.

Коридор закончился раздвоением дороги и большой картиной. На ней была изображена королевская семья: король с тёмными волосами и бородой, грациозная королева с фиолетовыми длинными волосами и маленьким ребёнком на руках, закутанным в белые простыни так, что торчала только маленькая ручка. Я уставилась на эту картину, ощущая что-то необычное от неё.

— Они такие молодые и счастливые, — прошептала я.

— Неудивительно. Этой картине уже семнадцать лет. Когда её написали, принцессе Канрин было всего пару месяцев от роду. Король и королева были так счастливы своей маленькой дочке.

— Поэтому дворец сейчас наполнен грустью? Они были счастливы, а через пару лет это всё прекратилось.

— Родители всегда верят, что с их ребёнком всё будет хорошо, однако всё же боятся за своё чадо. Тяжело осознавать, когда что-то происходит с родным для тебя человеком. Ты тоже чувствуешь эту атмосферу скорби? — Пэврен положил руку мне на плечо.

— Именно этот коридор наполнен холодом… ― я потёрла плечи, пытаясь их разогреть. — Давай пойдём отсюда.

— В левом крыле находится вход на кухню и через неё в обеденный зал, а в правом ― мой кабинет. Вот туда мы сейчас и отправимся, — Пэврен приобнял меня за плечи и повёл в коридор, уходящий направо.

Светлая комната с высокими стеллажами и панорамными окнами по-деловому была обставлена чертёжными инструментами, ювелирным станком, бюстами каких-то людей, коробками с мантиями, вещами и книгами. В углу кабинета стоял массивный каменный стол с вырезанными дельфинами и морскими волнами на ножках. Пэврен стал неуклюже пробираться к столу, попутно расставляя коробки на места или отодвигая их подальше к полкам и стенам.

— Не обращай внимания на этот бардак, я тут нахожусь не так часто, как раньше, — он протянул мне руку, чтобы помочь пройти.

Мы стояли у окна, чей вид выходил на побережье близ Самала. Маленькие волны налетали на песчаный берег и превращались в сливочную пену. Чуть поодаль располагался крупный порт с каравеллами, фрегатами и буксирами. Толпа людей сновала по пристани, и отсюда они были похожи на маленьких букашек.

— Самый крупный порт во всей Асиллии, — с гордостью констатировал Пэврен. — Раньше одной из моих обязанностей было наблюдение за портом и Жемчужным заливом. Сейчас этим занимается морская армия под руководством адмирала Хортиоса.