Черные клинки. Ветер войны - Евгений Перов

Прямо напротив гигантского ложа стоял деревянный столик с большим овальным зеркалом и мягкий стул с высокой спинкой. На столике было беспорядочное нагромождение расчесок, коробок, всевозможных баночек, колб и сосудов различных размеров, цветов и форм.

Женщина.

Денар понюхал содержимое одного из флаконов. Пахло довольно приятно: смесью цветов и фруктов. Он открыл коробочку. Внутри оказался нежно-желтый крем. В другой – розоватый порошок.

На миг Денар задумался, как это должно быть сложно – знать назначение всех этих кремов, порошков и жидкостей. И как, наверное, ужасно невзначай перепутать и по ошибке намазать лицо кремом для рук.

Денар случайно зацепил локтем один сосуд, на самом краю столика, и едва успел его поймать. Выдохнув, поставил флакон на место и посмотрел на свое отражение в зеркале.

Глазам предстала не слишком приятная картина.

Обратно смотрел человек с недельной щетиной и мешками под глазами, напоминающий уличного попрошайку. Причем – обитателя самых захолустных трущоб. На челюсти у проходимца красовался бордовый синяк, а бровь над левым глазом была рассечена. Однако кто-то сшил края раны аккуратными стежками.

Дальнейшее изучение побоев прервал звук открывшейся двери.

В комнату вошла совсем молоденькая девушка с подносом. Увидев Денара, она вздрогнула, поставила поднос на пол и, не сказав ни слова, быстро убежала.

Денар шагнул в сторону двери, но обо что-то споткнулся. На полу лежала его сумка.

Как он мог позабыть о ней?!

Денар торопливо схватил ее.

По-прежнему тяжелая. Он резко открыл и, задержав от волнения дыхание, заглянул внутрь. Золото поблескивало цветом, не сравнимым ни с чем другим. Денар с облегчением выдохнул.

Дверь снова отворилась.

На этот раз на пороге стояла темнокожая женщина. С удивлением Денар узнал в ней ту самую даму, с которой поднимался в банк на пароподъемнике.

Из одежды на незнакомке были лишь отделанные золотом сандалии, юбка, оставляющая одну ногу полностью открытой, ожерелье из длинных, усеянных жемчугом, нитей, которое практически не скрывало роскошную грудь, плохо упрятанную в небесного цвета лиф.

Огромные темные глаза смотрели прямо на него.

Уголки полных губ слегка искривились в ухмылке.

Сарказм? Презрение?

– Разве пустила бы я вас к себе домой, если бы намеревалась ограбить, – сказала женщина чуть-чуть хрипловатым голосом.

Денар понял, что до сих пор держит открытую сумку и вид у него сейчас довольно-таки глупый. Он почувствовал, как кровь прилила к лицу. Выпрямившись, выпустил сумку из рук.

– Денар – к вашим услугам, – он насколько мог галантно поклонился хозяйке дома.

Отражение в зеркале подсказало, что трюк удался плохо.

Тем не менее смуглая красавица широко улыбнулась. Блеснули белоснежные зубы, контрастирующие на фоне темно-вишневых губ.

– Непременно ими воспользуюсь, – женщина подошла ближе. Звук шагов поглощал толстый ковер и казалось, что она плывет по воздуху. При этом ее грудь совершала плавные движения вверх и вниз, отчего нити жемчуга раздвинулись с одной стороны. – Мое имя – Сибэль, – сказала хозяйка дома и протянула руку с разноцветными ногтями.

Непростительно долго задержав взгляд на полуобнаженной груди, Денар взял протянутую ладонь и прикоснулся к ней пересохшими губами.

Кожа цвета кофе, разбавленного молоком, на ощупь была необычайно бархатистой и нежной. Денар даже испугался, что может случайно оцарапать ее своей мозолистой ладонью. От руки исходил аромат, похожий на тот, которым пахла жидкость из флакона на столе.

Денар почувствовал растущее желание.

Он тут же пожалел, что бросил сумку на пол. Понимая, что одеяние не в состоянии скрыть похоть, он попытался отвернуться, но женщина схватила его за плечо. Ее пальцы оказались неожиданно сильными. Ногти больно впились в плоть, но от этого почему-то стало даже приятно.

– Не нужно стыдиться своих чувств, – Сибэль улыбнулась и на мгновение прикрыла глаза веками с самыми длинными ресницами, которые Денар когда-либо видел. – Будем считать это за комплимент.

Отпуская его, она будто бы случайно скользнула рукой по его натянувшимся штанам в том самом месте.

Остатки разума мгновенно улетучились.

Денар едва сдержался, чтобы не наброситься на нее прямо здесь и сейчас.

Но, прежде чем он успел что-то ответить или сделать, Сибэль повернулась спиной. Раскачивая слегка великоватыми бедрами, она подошла все той же ленивой кошачьей походкой к подносу, оставленному служанкой, и неторопливо наклонилась, чтобы поднять.

В горле Денара испарились последние остатки влаги. Сердце колотилось так, словно он только что пробежал до Дхур-Унтеша и обратно. Кровь отчаянно пульсировала в висках.

Юбка с длинным разрезом явно не была рассчитана на подобные реверансы, а Сибэль, похоже, не утруждала себя заботой о наличии нижнего белья. Взяв поднос в одну руку, она, как ни в чем не бывало, поправила одеяние другой и, подойдя намного ближе чем того требовалось, передала поднос Денару.

– Ваша одежда.

***

– Еще вина? – спросила хозяйка дома.

– Почему бы и нет, – улыбнулся в ответ Денар.

Сибэль щелкнула пальцами. Тут же молоденькая служанка, та самая, что принесла одежду, наполнила его чашу почти до краев темно-багровой жидкостью.

Денар отхлебнул, едва не пролив содержимое. Похоже, стоило остановиться пару бокалов назад. Вино было крепким, с терпким вкусом, дорогим. Явно не то пойло, которое делали в этих краях.

Несмотря на плотный ужин, выпитое давало о себе знать.

«Этот последний», – подумал Денар и почти сразу же сделал большой глоток. А затем рассказал очередную не слишком смешную и излишне пошлую шутку.

Сибэль засмеялась, широко открыв рот и продемонстрировав свои безупречные белые зубы. Она сидела прямо напротив. Когда женщина смеялась, в уголках глаз образовывались небольшие морщинки, но это нисколько ее не старило, а даже придавало шарма.

Весь вечер Денар безуспешно пытался прикинуть, сколько же ей лет.

Если бы не эти морщинки – возраст мог быть любым, в промежутке от девятнадцати до сорока. Широкие округлые скулы и цвет кожи указывали на южное происхождение, но для чистокровной уроженки Южного континента она была недостаточно смуглой, а черты лица – слишком аккуратными.

Денар прежде не встречал такой женщины. Одновременно прекрасной, богатой, сильной и властной.

И он ее хотел.

Хотел так, как никогда никого не хотел. Всепоглощающая, лишающая разума, животная страсть владела им полностью. Словно почувствовав его влечение, Сибэль принялась играть одной из ниток с жемчугом.